«Совершенно омерзительная». Мэр Днепра Борис Филатов о позиции Израиля относительно войны между Россией и Украиной — интервью

21 марта, 22:37
Мэр Днепра Борис Филатов (Фото:dniprorada.gov.ua)

Мэр Днепра Борис Филатов (Фото:dniprorada.gov.ua)

Мэр Днепра Борис Филатов в эфире Радио НВ рассказал о восприятии позиции Израиля в отношении Украины в городе, о настроениях в регионе и подготовке защиты города.

 — Я хотел бы начать с таких, может, более глобальных геополитических вопросов, потом перейти к неотложным местным. Я видел то, что вы писали о том, как реагирует Израиль на войну Украины с Россией, и мы знаем о том, что в Днепре большая еврейская община очень влиятельна. Как вы думаете, может ли она как-то повлиять на принимаемые в Израиле решения?

Видео дня

— Давайте я объясню свою позицию, почему я занял ее настолько принципиально. Для понимания я награжден специальной наградой израильского правительства за развитие дипломатических отношений между Украиной и Израилем. Кроме того, я первым из мэров в Украине официально признал Иерусалим столицей. Хотя мы местное самоуправление, не имеем права вмешиваться во внешнюю политику, но это была принципиальная моя позиция. А кроме этого, мы на мэрии Днепра, когда Израиль бомбили ракетами из Сектора Газа, вывесили флаг Израиля. И фактически Днепр — это еврейская столица Украины. У нас порядка восьми процентов жителей города себя относит к еврейской общине. Поэтому нам позиция израильского правительства, я подчеркиваю, а не израильского народа, она непонятна, и очень болезненно мы на нее реагируем. Я лично, как гражданин и как человек, который всегда поддерживал Израиль, и фактически то, чем сейчас занимается Беннет и компания, это фактически предательство. И предательство не только украинского народа, и евреев, проживающих в Украине, и вообще я вам скажу, подобная стена непонимания, она может быть выстроена на десятилетия. Да, в Израиле очень непонятная ситуация с Сирией, с Ираном, это очень долго все обсуждать, но, как минимум, то, что El Al продолжает летать в Москву, что они к санкциям не хотят присоединиться. Тут даже не об оружии идет речь, а о позиции, совершенно омерзительной. Поэтому мы делаем заявления. Я вам скажу, парадокс заключается в том, что почти вся еврейская община осталась в Днепре. Поэтому в том числе нашим гражданам, гражданам Украины и евреям очень больно смотреть на то, что сейчас происходит именно в политике израильского правительства. Подчеркиваю еще раз, не израильского народа.

— Мы видим такую разницу между тем, как граждане Израиля реагируют на то, что они выходят именно с антивоенными протестами, поддерживая Украину, и мы видим то, что на самом деле правительство Израиля якобы к чему-то пытается договориться с Россией, хотя не накладывает санкции и не поддерживает нас вооружением. А как вы оцениваете вчерашнее обращение к израильскому кнессету президента Зеленского? Как думаете, насколько словами можно что-либо изменить в том, что сейчас делает правительство Израиля?

— Я слежу за отзывами в израильской прессе касаемо выступления Владимира Александровича. Мнения разнятся. Но опять же я бы не хотел давать оценку выступлениям президента. Мы сейчас президента поддерживаем всемерно, везде и по всем направлениям, в том числе во внешней политике, в его выступлениях. Эта речь, наверное, это не то, что бы хотели услышать израильтяне. Может быть, они хотели, чтобы мы вызвали к себе какое-то сожаление. Эта речь, которая направлена в будущее. Даже если израильтянам это не понравилось, не понравилось членом кнессета, но эта речь, которая направлена в будущее, и говорит о том, что Украина сейчас строит себя, как реально независимое государство в будущем. Поэтому все тезисы были произнесены правильно. Насколько это повлияет? Смотрите, мы же живем все в информационную эпоху и, скажем так, сила слова, она равна силе оружия. Поэтому все выступления президента и перед Бундестагом, который в том числе хлопал ему стоя, а потом пошел заниматься своими делами, они все равно имеют смысл. Потому что каждый раз в том числе такими выступлениями мы выбиваем, скажем так, кирпич из стены непонимания.

— Видим также то, что со стороны европейских стран мы не видим той столь резкой реакции на эту войну, как мы хотели бы. Есть ли у вас объяснение, почему цивилизованный Запад боится Путина больше, чем мы, украинцы, которые сейчас с ним воюем, разрушаем его славную армию?

— Я в выступлениях своих западным СМИ говорил о том, что в первую очередь виноваты, что на границах свободного мира появился новый рейх, новый фюрер, западный мир. Своей нерешительностью, своей слабостью. Своей коррумпированной элитой, которая сидела на «газпромовских деньгах», на зарплате. Постоянным желанием поставить во главу угла экономические интересы, а не вещи, связанные с ценностями. Поэтому Запад виноват. Но Запад начинает сейчас приходить в себя, созерцая ужас, который происходит в Украине. И во-вторых, видя то, что миф про вторую армию мира, постепенно начинает разваливаться. Вы представляете себе, как сейчас сидят и смеются китайцы. Когда весь мир пугали мультфильмами и рассказывали про «несокрушимую, легендарную армию». А она уже почти месяц не может справиться с Вооруженными силами Украины и с Теробороной. Поэтому вода камень точит. То есть, политики трусливые, лживые, соглашательскую позицию занимают. Если мы говорим, например, про речь Зеленского в Бундестаге, да, они встали, похлопали и пошли заниматься своими делами, будто ничего и не было. Но вы просто не представляете, какой был шквал критики в немецкой прессе. А рано или поздно политикам, даже если они трусливые, лживые, им нужно будет считаться с общественным мнением. Поэтому все не зря. И однозначно с каждым разом мы эту стену разбиваем, каждый раз достаем из нее кирпичик.

— В первую очередь, после выступления Зеленского в Бундестаге, например, издание Bild опубликовало статью своего корреспондента, который находится в Киеве. Там название было такое, что «мне стыдно за мое государство». Потому что после этого члены Бундестага начали поздравлять кого-то с днем ​​рождения. То есть вернулись к своим таким неотложным ежедневным делам, вместо того, чтобы решать то, что происходит в Украине. А сейчас мы говорим о таком единстве и среди украинцев, среди политических элит. Вы же упомянули, что до войны у вас были споры между центральной властью, с президентом Зеленским лично. А если говорить о других вещах на местном уровне. Например, вчера была история о главе военной администрации Кривого Рога Александре Вилкуле, который резко ответил этому алкашу Цареву, что он будто бы должен «сдать» Кривой Рог. Как вы думаете, действительно ли война смывает грехи? Или она, как говорится, меняет людей? Можно ли доверять позиции тех людей, которых мы сочли пророссийскими еще 26 дней назад?

— Я в этой ситуации являюсь самым не заангажированным экспертом. Потому что вы же прекрасно знаете, мы с Александром Юрьевичем давно и системно выясняем отношения еще с 2015 года. Он был моим основным конкурентом на первых выборах головы Днепра, на вторых выборах «попил» у меня много крови. Поэтому у нас с ним полная и всеобъемлющая конфронтация всегда была. Сейчас мы с ним созваниваемся по три раза в день. Мы полностью забыли все наши недопонимания. И я вам скажу так. Саша — сложный человек. Но он никогда не был пророссийский, как на него вешает ярлыки до сих пор общественное сознание. Понятно, что он был вице-премьером Януковича, понятно, что он был против Майдана. Но он никогда не был пророссийский и никогда не был против Украины. Поэтому зачем на это тратить время? Никакие грехи, которые есть, ему не нужно приписывать. А то, что сейчас он со своим отцом, Юрием Григорьевичем Вилкулом, с городским советом Кривого Рога, каждый день готовит город к обороне. Я не буду выдавать секреты разные в эфир. Но я вам скажу так. Александр Вилкул сейчас полностью на своем месте.

— Понятно. Есть еще такой сложный человек Игорь Коломойский. И мы знаем, какую роль он играл в 2014—2015 годах. Потому что он занимал публичную позицию. Или сейчас он каким-то образом помогает? Можете ли вы рассказать об этом?

— Я не знаю. Может, он где-то и помогает. Но у нас в штабе обороны области его не видно и не слышно. Крайний раз мои знакомые, я в синагогу не хожу, но рассказывали мои знакомые, что видели его в синагоге, по-моему, на Пурим. Там собиралась община, и он приходил туда. То есть, он в Днепре. А касаемо степени его помощи и участия, я не знаю, может, он где-то помогает по другим направлениям. Может, у него есть какие-то другие контакты с ЗСУ, с Теробороной. Он же человек большой, у него большие возможности, но то, что касается его взаимоотношений со штабом обороны области, его здесь не видно. Хотя он в Днепре. Понимаете, он мог бы сидеть в Буковеле, но он сидит в Днепре. В отличии от многих других уважаемых и авторитетных городских товарищей, которые 24 числа сели в машину и удрали. Даже не на западную Украину, а вообще заграницу.

— Вы его достаточно хорошо знаете. Как вы себе объясняете, почему он не делал никаких публичных заявлений по поводу войны, которую Россия развязала в Украине?

— Я вам скажу так, он находится между молотом и наковальней. Его не любят ни на востоке, ни на западе. Поэтому я думаю, что он просто затаился. И смотрит, как будут развиваться события. Как раз война — это такая субстанция, которая всех расставляет на свои места. И каждому дает оценку. При чем максимально быстро и максимально обнажает это все. Всем сразу стало все понятно. У нас тут такие страшные люди, которые тут весь город пугали и рассказывали, какие они патриоты и все остальное. Но только с 24 февраля их вообще не видно и не слышно. Ни в публичной сфере, нигде. Просто растворились в безвоздушном космическом пространстве.

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X