Анатомия гречки. Почему люди продают свой голос за продукты
Многие не понимают, почему от выборов к выборам избиратели ведут себя одинаковым образом и не учатся на своих ошибках. Почему они ждут пакетов с гречкой и трухлявым чаем, обсуждают, кто дал больше и, привычно матеря «ворюг», за этих самых ворюг неизменно голосуют.
Взять хотя бы Чернигов. Разве это самый бедный избирательный округ в стране? Разве продуктовый набор, полученный один раз в жизни, к выборам, сделает этих людей богаче? Конечно нет. Так почему они так трепетно относятся к раздающим подачки кандидатам?
Люди голосуют не за гречку. Гречка сама по себе – не ценность. Гречка – это визуализация, наглядное отображение истинной ценности. Истинная ценность для маленьких людей, любящих продуктовые наборы, совсем не эти наборы, а забота. Тот самый, советский еще миф заботы государства о простых людях, жив и востребован. Кандидаты проходят своеобразный кастинг: у кого продуктовый набор круче, тот сможет лучше заботиться о людях, готовых отдаться в заботливые руки. Избиратели мажоритарки хотят богатого и влиятельного депутата, покровителя, доброго барина.
Истинная ценность для маленьких людей, любящих продуктовые наборы, совсем не эти наборы, а заботаКонечно же, добрый барин все равно стрижет со своего округа больше, чем в него вкладывает. Конечно же, на одного доброго барина приходится три недобрых, забывающих о своем округе сразу после выборов. Безусловно, у всех есть телевизор и все помнят, как в Киеве пенсионеры выбрали за гречку потерявшего связь с реальностью Черновецкого. Но продуктовый избиратель верит в лучшее. Как алкоголик, регулярно покупающий лотерейные билеты, он на каждых выборах ищет себе не слугу, выполняющего свои обязанности, а барина, который точно будет пороть и, возможно, иногда окажет милость.
И не стоит удивляться, что государственные органы не реагируют на этот беспрецедентный подкуп Чернигова в прямом эфире. Политикам выгодно поощрять холуйство в гражданах. Ведь быть наемным менеджером хлопотно, а быть барином – комфортно и даже весело. Смотреть в окно своего лимузина, как дерутся на раздаче милости твои крепостные, делать скорбное лицо на телевизионных ток-шоу да рассказывать, что люди должны хорошо кушать.