Землесотрясение

Свободный рынок пашни станет самым заметным явлением в экономике Украины. Однако есть одно но, даже два

Александр Пасховер,
экономический обозреватель НВ

Еще 18 декабря 1990 года председатель Верховной Рады УССР Леонид Кравчук подписал постановление с громким названием Земельная реформа. В преамбуле указано: “у зв’язку з переходом економіки держави до ринкових відносин”. Понадобилось почти 30 лет, чтобы выполнить задуманное. В ноябре 2019‑го парламент приостановил мораторий на продажу сельхозземли, действовавший 18 лет. Что дает возможность с 1 октября 2020 года отпустить пашню в коммерческий оборот. Украина покончила с последним атавизмом коммунизма, признав право землевладельца свободно распоряжаться своим имуществом.

И все же вследствие долголетнего застоя стоимость украинской пашни девальвирована. Средняя нормативная оценка 1 га лучших земель Европы — 1,1 тыс. евро. Для сравнения: в Польше — 9,7 тыс. евро, в Чехии — 6,5 тыс. евро, в Болгарии — 4,6 тыс. евро. Средняя урожайность вдвое-втрое ниже, чем в Западной Европе. Объем всего национального агроэкспорта — $ 20,2 млрд. Самый высокий показатель среди украинских отраслей. Но многим меньше, чем, например, у французского Danone, производителя молочных продуктов питания ($ 27,1 млрд).

Украина уперлась в потолок своих возможностей. Свободный рынок земли снимет это искусственное ограничение. Например, при свободном рынке в первый же год международные капиталы удвоят ценник каждого украинского гектара. За ближайшие несколько лет после 2020‑го гектар подорожает вчетверо, подобравшись к болгарской отметке.

Разрешив фермерам использовать право собственности на землю в качестве залога для банковских кредитов, власть добавит ­1,5 процентного пункта к росту ВВП Украины в 2020 году. Свободная земля приведет в движение всю национальную экономику. В первый же год запуска рынок земли даст ВВП дополнительные 2% роста. В этом случае в ближайшее десятилетие украинский ВВП прирастет дополнительными $ 100 млрд и напрочь изменит сельскохозяйственную карту страны.

До сих пор в Украине лишь 7,4% сельхозземель используются для производства культур с высокой доходностью, в ЕС — свыше 50%, в Нидерландах — 90%. В 2020‑м украинский маятник способен качнуться в сторону европейских показателей. Заманчивая перспектива? Однако это Украина и без «но», как обычно, не обойтись. И вот почему.

Реформа разделила страну на два лагеря: на­­ 45 тысяч фермерских хозяйств, заинтересованных в том, чтобы земля стоила дешево, а еще лучше не продавалась. И на 7 млн пайщиков, владеющих 27 млн га пашни, которые хотят расширения прав и удорожания своих активов. Эти противоречащие друг другу мировоззрения не оставляют места для компромисса.

Иностранные инвесторы отстранены от участия в земельном рынке. В правительстве говорят, что это ненадолго. Фермерские ассоциации надеются, что навсегда. В обоих случаях это означает, что денег в рынок вольется меньше. Земля, конечно, будет дорожать, но не с той скоростью, которая намечалась изначально. Примерно 25% в год.

На приоткрывшемся рынке, куда закрыт доступ деньгам из зарубежья, править бал будут те, кто обладает практически неограниченным кэшем и админресурсом на местах. Кто эти люди? Загляните в электронные декларации прокуроров, судей, высшей государственной бюрократии и получите ответ. Многие из них и составят костяк будущих рантье украинского аграрного сектора. Впрочем, пока рано говорить, куда повернет страну оскопленный рынок земли. Совершенно очевидно одно: в 2020‑м он наконец будет рожден.