Рано подводить итоги

2018‑й оставляет нам ощущение американских горок, когда ты застыл на самой высокой точке, но через мгновение сорвешься вниз, чтобы дальше наматывать круги

Сергей Жадан,
Писатель

Мы все начинаем подводить итоги года. Делать выводы, прогнозировать, пытаться фиксировать ситуацию, демонстрировать постоянство развития со­бытий. Но выходит не очень убе­дительно. Какая стабильность, какие прогнозы? Смахивает на длительное плавание в штормовом море — от страха уже не тошнит, хотя буря и не планирует заканчиваться. В этом случае аналитика не столько показывает реальное положение дел, сколько выдает субъективные страхи и надежды аналитиков. А вся частная бытовая социология свидетельствует о чьей‑то цели выдать желаемое за действительное.

Так что же с 2018‑м? Как его оценивать? Что служит маркером? Томос или стоимость коммунальных услуг? Какой должна быть общая характеристика всего произошедшего за этот год? Допускаю, что четкой и конкретной оценки быть не может. Это забег на слишком длинную дистанцию, чтобы говорить о ней уже сейчас, не сбив при этом дыхание.

Мы все слишком поляризованы, разведены по углам ринга, общий настрой можно охарактеризовать разве что общим недоверием и нер­возностью. И в реалиях войны это вполне объяснимо. Пятый год общество дрейфует между ежедневными зрадами и победами, настроение каждого отдельно взятого гражданина меняется в зависимости от того, какой телевизионный канал он с утра посмотрел. Однако вряд ли по нашим личным неврозам и истерикам можно делать выводы о смене общественного сознания. Неблагодарное дело говорить стюардессам спасибо за хороший полет, пока самолет не прошел все зоны турбулентности.

Поэтому никаких итогов лично у меня нет. Есть, скорее, ощущения. Скажем, того, что этот год не сделал нас более стойкими и неуязвимыми перед популизмом и манипуляциями. Мы все так же легко впадаем в крайности и с готовностью лепим кумиров, которых завтра будем снимать с пьедесталов. Мы все так же легко включаемся в охоту на ведьм, не проверяя первоисточники. И если за этим и стоит какая‑то тенденция, то неутешительная, особенно накануне чертовых выборов, обещающих превзойти всевозможные рекорды по безответственности.

Какая стабильность, какие прогнозы?

Складывается впечатление, что украинские выборы имеют одну печальную закономерность — отправляясь голосовать, прокачанный пропагандой и запуганный технологами украинский избиратель готов не просто выбирать власть на следующие несколько лет — он каждый раз готов спасать Украину. Спасать будущее детей, выбирать меньшее зло, использовать последний исторический шанс. Выборы в нашей стране не дают оснований для оптимизма и надежды на стабильность, они откровенно пугают. Поэтому вполне логично допустить, что нас ждет веселый год. А итогом уходящего 2018‑го станет полная несостоя­тельность общества хоть как‑то этому сопротивляться, пытаясь все же закрепить за собой право осмысленного выбора.

Еще есть ощущение, что ситуацию старательно и добросовестно нагнетают. О полномасштабной войне говорят как о погоде, которая должна испортиться. Примечательно, что это пугает с каждым разом все меньше. С предчувствиями, истощавшими и парализовавшими нас весной 2014‑го, оказывается, можно спокойно жить.

Есть ощущение американских горок, когда ты застыл на самой высокой точке, но через мгновение сорвешься вниз, чтобы дальше наматывать круги. И вот это секундное зависание, балансирование и замирание, оно уже не дает чувства стабильности и постоянства. Скорее, наоборот, напоминает, что путешествие между завалами продолжается, поэтому стоит крепче держаться за штурвал и не терять революционной бдительности.

Полагаю, итоги этого года (да и, в конце концов, последних пяти лет) можно будет подводить лишь весной следующего. И какими они будут, пока зависит, прежде всего, от нас самих. Другое дело — далеко не все хотят, чтобы от них что‑то зависело.

Ну и вообще, есть ощущение, что пока эта война не закончится, говорить в конце декабря об успехах — нонсенс. Как‑то сложно увязать успех со списками погибших. Хотя снова‑таки это мои субъективные неврозы и тревоги.

Это еще один год войны. Год сопротивления и противостояния. Для кого‑то этот год запомнится голодовкой Олега Сенцова, кризисом в Керченском проливе, смертью Екатерины Гандзюк или политзаключенными. А для кого‑то это будет год чемпионата мира по футболу. Что тоже по‑своему определенный итог всего, что с нами происходит.

Однако время идет. С удовольствием перечитаю все, что сейчас написал, ровно через год. Надеюсь, тогда ситуация с итогами будет получше. А с перспективами — вообще хорошо. Почему бы и нет.