Непаханое поле

Перед украинскими агропроизводителями открылось светлое будущее с высокими технологиями и еще более высокими урожаями. К 2030 году оно или наступит, или потускнеет. Все зависит от решений, которые принимаются прямо сейчас

Александр Пасховер

Рожденная в СССР метафора — битва за урожай — в неожиданном виде ожила перед глазами Дмитрия Скорнякова, гендиректора агрохолдинга HarvEast: Крым, 2011 год Идет уборка ячменя. На улице +50˚С.

По полю навстречу друг другу ползут полтора десятка старых отечественных комбайнов. Из некоторых валит дым. Техника ревет, глохнет, но не сдается. У одной из таких машин срезана кабина, а потный, забрызганный маслом механизатор с ног до головы облеплен ячменной шелухой.

“Он реально выглядел как черт, обмазанный перьями, — вспоминает Скорняков. — А поле — как танковое сражение. В большей части мира такое можно было увидеть в 1950‑х. А у нас — всего семь лет назад”.

В тот благословенный год HarvEast собрал воедино архаичные сельхозпредприятия, что принадлежали Мариупольскому меткомбинату им. Ильича, и приступил к строительству агрокапитализма.

С тех пор сельскохозяйственная отрасль изменилась до неузнаваемости, и рекордный урожай 2011 года сегодня выглядит просто позорным. Ныне среди трендов отрасли — самоходная техника, координируемая спутниками, беспилотная авиация, управляемая с планшета. Скорость перемен в одном из самых архаичных видов человеческой деятельности впечатляет.

“За последние 5–7 лет мы ворвались в элиту агрорынка, поэтому чтобы сохранить и даже приумножить свои позиции, нужно выдерживать конкуренцию,— вступает в дискуссию Алексей Павленко, глава Украинско-нидерландского делового совета и экс-министр аграрной политики и продовольствия. — К 2030 году мы увидим крепкий союз агро и IT”.

2030 год как некий рубеж взят не с потолка. Это красная черта, на которую засматривается весь мир. Прогноз Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций (FAO) дает представление о том, как будет выглядеть мировой аграрный рынок к этому году.

Рост населения, неблагоприятные климатические изменения и гонка сельскохозяйственного вооружения изменят мир до неузнаваемости. Причем ключевые участники этой битвы за урожай уже определены. Украина, которая сохранит статус житницы Европы, в их числе.

“Я прошу прощения,— вступает в дискуссию с самим с собою Скорняков. — Мы — житница, потому что имеем до хрена земли. А разве мы много качественных продуктов производим?” Ответ на этот вопрос и определит место Украины в продовольственной корзине мира в 2030 году.

По расчетам FAO, к 2030 году население планеты увеличится на 1 млрд ртов. А значит, возрастет спрос на основные виды продовольствия. Свинины потребуется больше, чем сегодня, на 19%, мяса птицы — на 17%, а молока и молочных продуктов — на 10%. Даже если взглянуть на более близкую перспективу, то уже к 2026 году, согласно сельскохозяйственному прогнозу FAO от 2017 года, планетарное потребление зерновых увеличится на 13%.

К 2026 году Китай покроет 2 / 3 мирового импорта бобовых. Индия с такой же скоростью будет наращивать импорт растительных масел. В сумме на этих рынках проживает четвертая часть планеты. Но это не все рты мира. К тому времени основными потребителями молочных продуктов станут развивающиеся страны Азии (50%), Африки (16%) и Среднего Востока (13%).

“Уже сейчас следует готовить свой бизнес к решению мировой проблемы — отсутствия качественной пищи для миллиарда человек”, — реагирует Юрий Косюк, собственник Мироновского хлебопродукта, крупнейшего национального производителя мяса птицы.

Говоря об отсутствии или дефиците продовольствия, бизнесмен ссылается на выводы FAO о том, что уже сегодня более 800 млн человек, то есть почти каждый десятый землянин, голодают.

А 2030 год с его значительным приростом населения планеты не так уж и далеко.

Страшно? Нисколько, парирует Скорняков и переворачивает все тревожные представления о наступлении тощих времен с ног на голову. Рост населения, каким бы он ни был, существенно отстает от невиданного доселе роста производства. Еще никогда рынок производства зерновых не рос такими олимпийскими темпами, как сейчас.

И если в 2011‑м украинцы собрали рекордный урожай — 57,8 млн т, то теперь за такой результат им было бы стыдно. В 2016 году уже без учета аннексированного Россией Крыма и без части Донбасса, погруженного в затяжной вооруженный конфликт, Украина собрала 66 млн т зерновых. Пятикратный рост производства кукурузы за последние десять лет — это еще не предел. По прогнозу Министерства аграрной политики и продовольствия, к 2030‑му украинские аграрии будут собирать урожай в 100 млн т.

Примерно такими же темпами растет и весь мир. Из нынешних 2,6 млрд т зерновых производства в год — 0,5 млрд т аграрии планеты нарастили за последние 10 лет. По данным FAO, в 2030‑м зерновых понадобится около 2,7 млрд т в год. Уже сейчас понятно, что эту планку мир преодолеет гораздо раньше.

Скорнякову радоваться бы, но он в тревоге: глядя на эти результаты, он прогнозирует к 2030‑му колоссальное перепроизводство.

“Если бы сегодня Бразилия не ездила на биоэтаноле, мы уже сейчас имели бы перепроизводство сельскохозяйственной продукции”,— считает он. США, крупнейший производитель кукурузы в мире, почти 40% своего урожая перерабатывает в автотопливо. А ведь Северная и Латинская Америка в любой момент могут пересесть на машины, чьи двигатели работают на альтернативных источниках питания. Тогда перепроизводство сырьевых рынков произойдет почти мгновенно, и Украина, а вместе с ней и весь агромир, станут на тонкий лед разорения классических хозяйств.

Потенциал перепроизводства зашит еще в одну слабость современности. Она вскрылась во время Gulfood, международной выставки продуктов, напитков, оборудования для гостинично-ресторанного бизнеса и кулинарии стран Персидского залива в нынешнем феврале в Дубае. Выступая здесь, глава египетской госкорпорации, одного из крупнейших в мире закупщиков зерна, заявил, что 60% импорта урожая Египта уходит в отходы или на корм скоту.

“Я подошел к нему и переспросил: вы не ошиблись? — пересказывает Скорняков.— Он мне ответил: у нас невероятно дешевый хлеб — это госполитика. В итоге этим хлебом кормят животных. Вы представляете, что случится, если они начнут работать эффективно? С рынка уйдет один из крупнейших импортеров. Сельхозпроизводителям надо готовиться к жесточайшей конкуренции”.

Наталья Шпигоцкая, аналитик инвесткомпании Dragon Capital, отмечает, что Украина к 2030 году сохранит свои экспортные возможности на традиционных рынках Северной Африки и Ближнего Востока, а также преумножит позиции на рынке Юго-Восточной Азии. Рост потребления продуктов животноводства в этих развивающихся странах невозможен без постоянного прироста импорта фуражного зерна, так как его выращивание на этих территориях затруднительно. Таким образом, без украинских зерновых не обойтись.

На продовольственной выставке в Дубае Скорняков посетил украинский стенд и увидел там нечто, поразившее его,— презентацию кабачковой икры. “Кто в мире ест кабачковую икру? — вопрошает он НВ. — Мы — одни из крупнейших производителей помидоров. Вы видели наши вяленые помидоры, которые теперь ест весь мир? Но мы не хотим производить их, а хотим изготавливать кабачковую икру”.

Скорняков подтрунивает над консерватизмом отечественных производителей, что делает их продукцию неконкурентоспособной, а то и вовсе незаметной на продуктовых полках мира. Вместе с тем рубеж-2030 — это только для тех, кто научится готовить конечный продукт, не отказываясь при этом от сырьевого производства. И этот процесс пошел.

Тарас Высоцкий, гендиректор Украинского клуба аграрного бизнеса, отмечает, что с 2015 по 2017 год объем экспорта готовой продукции с дополнительной стоимостью в агросекторе возрос с $2 млрд до $3,4 млрд. На зарубежных продуктовых полках появились украинская мука, сухофрукты, кондитерские изделия, сахар, соки, молочная и мясная продукция. Продолжение следует.

Украина, как бы банально это ни звучало, — страна с невообразимым потенциалом. Или, как говорит Косюк, “она уникальна”. Здесь работают семейные фермы размером до 500 га. В Европе это стандартный размер большой агрокомпании. Средние хозяйства в Украине — 10 тыс. га, а в мировой практике это уже крупный агрохолдинг. Украинские холдинги — это сотни тысяч гектаров.

“Конкурируя между собой, эти разные типы хозяйств и будут определять ключевые направления изменений отрасли в ближайшее время”, — прогнозирует Косюк.

Первым очевидным признаком этой внутренней конкуренции между карликами и гигантами станут продуктовые полки, изобилующие отечественной продукцией. Кабачковой икре здесь тоже найдется место. Но не центральное. Павленко говорит о самых простых, но популярных продуктах — от чипсов и меда до деликатесов.

“Все больше будут акцентироваться на производстве органической продукции, — уточняет он. — Кстати, на последнем всеукраинском Хакатоне [форуме разработчиков] победа досталась именно проектам, связанным с органическим производством”.

Артем Беленков, директор и сооснователь агрокомпании SmartFarming, еще более категоричен в своих представлениях о сельском хозяйстве-2030. Будут меняться бизнес-модели, сельхозпроизводители — идти в нишевые сферы, в переработку, так как производство товаров перестает быть сверхмаржинальным.

“Те, у кого нет переработки, — это медленная смерть”, — вот как звучит приговор от Беленкова.

За последние пять лет во всем мире инвестиции в Agritech возросли в десять раз и превысили планку в $ 3 млрд в год. В Украине эта статистика скромнее — около $ 4 млн. Но это только начало пути.

“Если говорить о размерах рынка, то мы плюс-минус вышли по валютным объемам на то, что было до войны, — отчитывается Беленков за отрасль. — Это более $ 50 млн”.

Тем временем в процесс впрягаются небольшие компании и крупные корпорации. По оценке агротехнологической ассоциации AgTech Ukraine, сегодня как минимум 70 отечественных стартапов разрабатывают инновационные решения для агросектора. Зачастую эти проекты финансируют отраслевые гиганты. В числе таких “звезд” — МХП, Астарта и Кернел.

К тому же к сельскохозяйственному бизнесу прирастают и далекие от полевых работ компании. Например, холдинг KM Core украинского IT-предпринимателя Евгения Уткина. Вместе с партнерами он вложил разом $ 1,2 млн в eFarmer — компанию, которая занимается разработкой мобильной системы управления фермерским хозяйством.

Подобных примеров уже десятки, если не сотни. Самый свежий — от мобильного оператора Киевстар, который совместно с Министерством аграрной политики и продовольствия в марте запустил тестовую версию приложения для украинских аграриев. Оно содержит информацию о ценах на продукцию и расходные материалы, о вредителях, а также сводки погоды. В широкие массы приложение поступит в апреле. Затем отправится на зарубежные рынки — в страны Европы и Азии.

Как быстро аграрные IT вырастут в самостоятельных игроков, предсказать невозможно. Но достаточно взглянуть на рост всего украинского IT, чтобы понять: речь идет о ближайших перспективах.

По подсчетам ассоциации Информационных технологий Украины, объединяющей аутсорс-компании, в 2017‑м объем услуг на экспорт достиг отметки в $ 3,6 млрд (в 2015‑м он составлял $ 2,1 млрд). На текущий год прогноз составил $ 4,5 млрд. К 2025 году — свыше $ 8,5 млрд. Какова здесь доля аграриев, трудно сказать, но, очевидно, не самая маленькая.

“Наверное, только мы и израильтяне делаем такой глубокий сплав IT и сельского хозяйства, — говорит Скорняков. — И этот продукт будет продаваться в мире”.

Сельскохозяйственная отрасль чрезмерно важна для страны. Сегодня она дает 40% всей экспортной выручки. В 2017‑м это означало рекордные $ 18 млрд. Спустя 10 лет данная цифра вырастет до $ 40 млрд, утверждает Скорняков.

Тарас Высоцкий посвятил этой теме отдельное воззвание или, как он сам назвал, — дорожную карту развития агросектора, опубликованное на сайте Украинского клуба аграрного бизнеса (УКАБ) 6 марта. В числе самых важных заданий — производство минеральных удобрений. Так, УКАБ передает привет Дмитрию Фирташу, собственнику холдинга группы Ostchem, чье монопольное положение вымывает из карманов фермеров миллиарды и стало одной из ключевых причин сдерживания роста урожайности. Высоцкий ожидает от либерального правительства либеральных мер — обнулить таможенную пошлину на ввоз всех удобрений, кроме тех, которые поставляет Россия. Демонополизировать Укрзализныцю и допустить бизнес к железнодорожным перевозкам.

Также срочно необходимо вывести из тени операции по аренде земли. Из-за них селяне теряют примерно 6 млрд грн в год. Зачастую эти средства оседают в карманах тех, кто вот уже 18 лет “бережет” пашню от ее запуска в коммерческий оборот и притока внутреннего и иностранного капитала.

Аграрный сектор может легко и эффективно переварить $ 5 млрд инвестиций ежегодно, утверждает Высоцкий. Но только в условиях завершения земельной реформы и отмены моратория на продажу пашни.

Если к 2030 году рынок земли в Украине не заработает, монополии сохранят свое положение, а государственная политика как и прежде будет направлена на фискальное изнасилование предпринимателей, все прогнозы на светлое будущее окажутся под большим вопросом. Просто потому что невозможно построить развитый капитализм в условиях незрелого социализма — ни в этом веке, ни в следующем.

Прогноз погоды

Ахиллесова пята сельского хозяйства Украины — это изменения климата

Среди причин, по которым прекрасное будущее для украинского сельского хозяйства может не наступить, специалисты называют климатические изменения. Из-за резких погодных перепадов и климатической неустойчивости мир переживает техногенные катастрофы, потери плодородных земель и урожая.

Вазира Мартазинова, завотделом климатических исследований и долгосрочных прогнозов метеорологического института НАН Украины, много лет наблюдает за строптивым поведением страны и планеты в целом. То, что она видит последние 20 лет, ее беспокоит.

Февраль теперь сравнительно теплый, говорит климатолог, но в нем появились пиковые низкие температуры, которых не было раньше. Самый заметный тренд — в апреле осадков стало значительно меньше, что превращает этот важный для посева месяц в самый засушливый в году. Лето стало жарче и короче — в середине августа оно переходит в осень. Атмосферная и почвенная засуха появляются одновременно.

Причем среднемесячная норма осадков сильно не изменилась. Изменилась их густота. Если раньше они выпадали равномерно, то теперь — безудержным ливнем в короткий промежуток.

Мартазинова демонстрирует НВ карту прогнозов по среднемесячному выпадению осадков на территории Украины в 2021–2030 годах. В западных областях осадки будут значительно выше нормы, а всей остальной Украине придется молиться о ниспослании дождей. Сельскохозяйственный бизнес в этих местах должен будет позаботиться о дополнительном орошении, что скажется на себестоимости продукции.

В 2014 году Мартазинова серьезно озадачила своих зарубежных коллег. Выступая на конференции в США, она открыла им одну из самых загадочных причин планомерного изменения климата Земли. Кроме уже общепринятых причин — загрязнения окружающей среды и прочих злодеяний человечества, — есть и куда более загадочное явление: планета нагревается изнутри, констатирует исследовательница.

На территории Украины есть несколько таких зон, в основном они проходят по центральным областям страны: от Николаевской и дальше на север. Эта полоса способствует теплой зиме.

“Мы это уже 20 лет наблюдаем”, — говорит ученый, подчеркивая, что теперь процессы стали более активными. В результате происходят резкие перепады в погоде, говорит Мартазанова.

В декабре прошлого года Томас Филлипс, старший аграрный страховой агент Swiss Re Corporate Solutions, выступая в Киеве, отметил, что высокая температура способствует увеличению испарений из моря и почвы. Да и снег тает раньше обычного. Это приводит к снижению запасов воды в почве на лето и длительным периодам засухи.

“Из-за таких погодных условий будет наблюдаться снижение урожайности, — прогнозирует Филлипс. — Все эти факторы сильно повлияют на ведение сельского хозяйства в Украине”.

Инна Метелева, директор британской инвестиционной группы Charter House Corporate Partners в Украине, раскрывает суть нарастающей проблемы. Из-за повышения влажности зерно приходится досушивать. А это существенные траты на энергоносители, например газ.

Говоря о загадочной теплой подземной полосе, Мартазанова отмечает: “Пусть она только не усиливается”.

Однако, сравнивая украинскую ситуацию с климатом с тем, что происходит в других странах, Мартазанова демонстрирует оптимизм: “О, мы в прекрасном состоянии. У всех хуже. Украина — божественная страна. Везде происходят сильные катаклизмы. Наша страна защищена пока. Нам бы сохранить это".