На осадном Положении

Блокируемый россиянами с моря Бердянск почти перестал ловить рыбу, с трудом удерживает от краха порт, но живет надеждой на то, что настанет лето и сотни тысяч туристов помогут городу пережить тяжелые времена

Кристина Бердинских,
фото — Наталья Кравчук
(Киев — Бердянск — Киев)

Холодный зимний дождь настойчиво бьется о палубу изрядно поржавевшего рыболовецкого судна, сиротливо стоящего в Бердянском морском порту. По морской терминологии это старое — ему 30 лет — судно называется сейнер. В российских документах он носит имя Норд, а в протоколах украинских пограничников называется нарушителем границы.

Крымский корабль, шедший под российским флагом, задержали 25 марта 2018 года. Всю его команду — а она сплошь состояла из жителей оккупированного полуострова, имевших паспорта граждан РФ, — оштрафовали за нарушение границы. Рядовых рыбаков отпустили, а вот капитана оставили — его сейчас судят.

Норд же оказался на приколе и превратился в символ всего того, что нынче происходит с самим Бердянском и вокруг него. Неподвижный сейнер ржавеет, как и экономика города, оказавшегося в неявной, но от того не менее плотной блокаде со стороны России.

Проблемы здесь начались в 2017 году, когда РФ начала монтировать автомобильную арку моста через Керченский пролив — узкий вход в Азовское море из моря Черного.

Как вспоминает Александр Барчан, начальник администрации Бердянского морского порта, тогда российский Минтранс заявил, что периодически проход по проливу они будут перекрывать. Так и случилось, и суда, идущие в Бердянск, стали временами запаздывать.

А уже в 2018‑м за дело взялись пограничники ФСБ России — они принялись останавли­вать и осматривать абсолютно все корабли, проходящие под Керченским мостом, который открыли в мае. “В тот момент груз из азовского региона потихоньку начал перераспределяться [не в пользу Бердянска]", — объясняет Барчан.

За 11 месяцев 2018‑го мест­ный морской порт принял 215 кораблей — сразу на 108 судов меньше, чем за аналогичный период прошлого года.

И если пару лет назад Бердянск обработал 2,8 млн т грузов — в основном это металл, зерно и стройматериалы, то теперь, по состоянию на 1 декабря, лишь 1,7 млн т.

На войне и блокаде порт уже потерял (начиная с 2014 года) около 350 млн грн прибыли.

А в конце ноября Бердянск и вовсе замер. Случилось это в тот день, когда россияне атаковали группу украинских военных кораблей, попытавшихся попасть в Азовское море. Моряки и суда оказались в плену, оккупанты закрыли Керченский пролив, а президент Украины ввел военное положение в десяти областях страны, включая Запорожскую, в которой находится Бердянск.

“В порт почти две недели не заходило ни единого судна: все ожидали каких‑то действий со стороны оккупанта”, — рассказывает Мирослав Стецюк, начальник отдела пограничного контроля Бердянского пограничного отряда.

Сейчас каждый подчиненный Стецюка живет словно на краю войны — боеготовность повышена до самого высокого уровня.

В середине декабря российские пограничники вновь начали пропускать корабли с грузами в Азовском море.

Впрочем, на центральном прос­пекте Бердянска, Азовском, ничто не указывает на то, что главный курортный город Запорожской области живет на военном положении и находится под угрозой атаки со стороны РФ.

Работают многочисленные кафе и рестораны. На качелях в парках радуются жизни дети. А пустой по случаю зимы пляж возле красивой и чистой набережной оккупировали чайки.

Но в центре города малолюдно. И никто не делает фото или селфи возле одной из главных местных достопримечательностей — памятника азовскому бычку.

Эта рыбка спасала жителей Бердянска от голода после окончания Второй мировой войны — ее в больших количествах ловили тогда в море. Да и сейчас бычок никуда не исчез. “Это у нас основное блюдо на столе: и уху из бычка варят, и котлеты делают. Все — дары моря”, — рассказывает Юлия Дойнова, вице-мэр Бердянска.

С дарами появились проблемы у части местных жителей — рыбаков. Сейчас пограничники откровенно предупреждают профессиональных работников этой отрасли: выходить в море для них опасно.

В порт почти две недели не заходило ни единого судна: все ожидали каких-то действий со стороны оккупанта
Мирослав Стецюк,
начальник отдела погранконтроля Бердянского пограничного отряда

С момента оккупации Крыма и начала войны на востоке жизнь рыбаков и без того сильно осложнилась. Но когда арестовали сейнер Норд, все стало на порядок хуже.

Об этом НВ рас­­сказал глава одной из местных рыболовец­ких фирм — единственный, кто согласился поговорить на эту тему. Да и тот общался на условиях анонимности, опасаясь, что его не так поймут и обвинят в отсутствии патриотизма.

“После Норда украинских рыбаков начали гонять [россия­не]”, — рассказывает этот топ-менеджер.

На его работу (и труд коллег) в ближайшее время повлияет еще один фактор. Ежегодно, даже после аннексии Крыма, заседала украинско-российская комис­сия по вопросам рыболовства в Азовском море. Представители обеих стран делили квоты на вылов рыбы.

В прошлом году комиссия собиралась в российском Ростове-на-Дону, а в этом должна была поработать в конце октября в Киеве.

И россияне прибыли в украинскую столицу. Но на заседание пришел депутат Рефат Чубаров и потребовал прекратить переговоры с РФ. Тем более что некоторые российские участники встречи посещали аннексированный Крым.

С точки зрения государства бердянский рыбак эти действия не осуждает. Но в итоге о квотах на 2019 год представители стран не договорились. “С Нового года для русских мы браконьеры. Теперь можно ловить рыбу разве что с удочкой”, — объясняет этот человек, подчеркивая: местные рыбаки поддерживают Украину, но как им работать дальше, они не знают. А ведь с рыбного промысла живет где‑то треть населения города.

Не стоит пугаться пустынности городских улиц — примерно такими словами встретила НВ Оксана Бычкова, начальник отдела курортно-гостиничной деятельности Бердянского исполкома. Просто сейчас не сезон, пояснила чиновница.

Летом население 114‑тысячного города удваивается, а то и утраивается: Бердянск — один из самых популярных нынче украинских курортов на Азовском море. А в сезон-2016 здесь отдохнули и вовсе 1,5 млн туристов.

После аннексии Крыма поток желающих провести отпуск у моря заметно увеличился, признают в горисполкоме. Сюда, на теплое и самое мелкое в мире море теперь едут не только из Запорожской области, но и из Днепропетровской, Донецкой, Киевской и Львовской. Также много туристов в город традиционно прибывает из Беларуси: просто курсирует прямой поезд Минск — Бердянск, объясняет Бычкова.

Да и из Киева сюда можно добраться без пересадок, хотя железнодорожный состав тащится из столицы целых 17 часов.

Когда сезон заканчивается, город накрывает тишина и спокойствие. И так было всегда. Поэтому единственное явное отличие жизни на военном положении для среднестатистических горожан — это то, что они теперь всегда с собой носят паспорта. На всякий случай.

Когда сезон проходит, главным средоточием жизни в Бердянске становится порт. Он — государственный и является крупнейшим предприятием города.

“Мы надеемся на порт и поддерживаем портовиков”, — говорит вице-мэр Дойнова.

По официальным данным, здесь с учетом администрации, государственного и частных операторов работают более 2 тыс. человек. Еще больше рабочих рук за­действовано в транспортной сфере и логистике.

И речь не только о том, что от российской блокады страдают эти люди. В прошлом году бюджет Бердянска составил чуть более 1 млрд грн. Из них пятая часть, бо­лее 200 млн, в местную казну при­шла из портовой отрасли.

Отчисления падают, потому что уменьшается грузопоток. Пос­ле атаки российских пограничников на украинские корабли в Азовском море отсюда ушел, например, важный клиент — компания Метинвест миллиардера Рината Ахметова, перевозившая через Бердянск металл. “Бизнес реагирует на подобные события четко”, — объясняет Барчан.

Теперь порт перешел на четырехдневный режим работы. И перспективы безрадостные: по словам Барчана, администрация ведет переговоры с бизнесменами по поводу работы в следующем году, но те откровенно напуганы. “Мы становимся неконкурентоспособными по сравнению с черноморскими портами”, — констатирует он.

Благо пока дело не дошло до сокращений сотрудников.

Стецюк добавляет, что иногда корабли, идущие в Бердянск, по две-три недели ожидают в море в районе Керчи проверок со стороны российского ФСБ. “Задержка судна в первую очередь влияет на финансовые расходы”, — объясняет пограничник.

Стецюк говорит об этом, а за его спиной у причала качается на мелкой волне задержанный его коллегами сейнер Норд.

Возможно, он принесет ка­кую‑то пользу Украине: Нацагентство по вопросам выявления, розыска и управления активами, полученными от коррупционных и других преступлений (АРМА), готовится 26 декабря продать судно на аукционе. Стартовая цена — 1,47 млн грн.

А город готовится к другому событию, до которого еще надо пережить зиму и весну, — к новому туристическому сезону. Впрочем, местные чиновники уверены, что с этим делом у них, да и у горожан, все сложится.