Люди белых одежд

Скромное буковинское село обшивает свадебными платьями пол-Украины и поставляет свой товар на рынки Европы, США и даже Африки

Кристина Бердинских,
Киев—Волока—Черновцы—Киев

Красавица в свадебном платье, декорированном кружевами и бисером, стоит перед дорогими красными иномарками и смотрит куда‑то вдаль.

Это не эпизод из какого‑то массового сериала о жизни современных провинциальных золушек с их 50 оттенками украинского, а билборд, размещенный возле Калиновского рынка в Черновцах — одной из крупнейших торговых площадок подобного типа в стране.

В некотором смысле это все равно история из жизни провинциальных золушек — ведь огромный билборд рекламирует новую коллекцию свадебных платьев Монако, которые производит не одно из мировых ателье, а село Волока в Черновицкой области.

Причем на сайте компании, которая продает эти платья, указано: съемка рекламного плаката проводилась не где‑нибудь, а в Монте-Карло, что в Княжестве Монако. То есть примерно в 2 тыс. км от Калиновского рынка, на роскошном Лазурном берегу Франции.

Само село Волока находится гораздо ближе к базару — до него примерно 12 км. И его значимость для местных жителей с легкостью затмевает славу Монте-Карло. Потому что Волока — это столица местного рынка свадебных нарядов, точка на карте, продукцию которой знают далеко за пределами Украины.

В этом селе на 3 тыс. человек работает пять полноценных фабрик и еще почти четыре сотни частных предпринимателей. Все они дни напролет заняты одним делом — шьют свадебные платья. От дешевых, которые идут по $ 30 в опт, до выполненных по индивидуальному заказу — такое может стоить более $ 1 тыс. Самое дорогое, что сотворили местные умелые руки,— костюм невесты, расшитый драгоценностями. Волокчане с гордостью сообщают о его цене — $ 10 тыс.

Оценить объем здешнего свадебного рынка — сколько платьев изготавливают тут за год, какие суммы оборачиваются — не смогла даже писавшая о Волоке британская The Guardian: местные любую подобную информацию скрывают. Возможно, потому, что минимизация налогов — это нормальная черта современного рынка.

Шить свадебные платья в селе начали еще в 1970‑х, рассказывает Валентин Глопина, глава волокской объединенной территориальной общины, сидя в своем рабочем кабинете. А к середине 1990‑х свадебный бизнес, по его словам, мощно рванул вперед.

До того село производило свечи. Затем местные взялись за декоративные свадебные цветы, которые возили в украинскую столицу. “Когда был маленьким, ездил с мамой в Киев на рынки, отвозил туда эти цветочки”,— вспоминает Глопина.

Его рассказ трудно назвать особо эмоциональным — сельский голова повествует о необычном локальном бизнесе голосом профессионального экскурсовода. Потому что в подконтрольное ему “свадебное царство” на Буковине часто приезжают журналисты. И местные предприниматели так устали от чрезмерного внимания СМИ, что оставляют честь общения с прессой Глопине.

До войны на востоке, повествует тот, основным рынком сбыта свадебных платьев из Волоки была Россия: туда поставлялось более 80% продукции. Но затем начался спад, и волокские швеи переориентировались на новые рынки сбыта.

“Наши платья можно встретить в Италии, Греции, Португалии, Румынии и даже Франции”,— рассказывает Глопина, и в его голосе проскальзывает нотка самодовольства.

Хотя — и об этом местные говорят тихо и немного стыдливо — в Россию они тоже кое‑что все еще продают.

На первый взгляд Волока — село как село: с церковью, школой, клубом и ухоженным кладбищем с одинаковыми крестами.

Волоку разделяет река Бородач, и этот фактор определил давнюю традицию — расстановку прихожан в местной деревянной церкви XVIII столетия: правобережные располагаются справа, левобережные — на противоположной стороне.

Отсюда до границы с Румынией — 35 км. Поэтому надписи на сельских учреждениях дублируются на двух языках — румынском и украинском. Но в быту преобладает первый.

Вот эти румыноязычные украинцы и превратили Волоку в тотальную зону пошива платьев.

Марин Гуралюк живет здесь с рождения и изготавливает свадебные женские наряды уже два десятка лет. Правда, делает он это в Черновцах, где основал модный дом Maxima. Выбор локации объяснил просто — на малой родине не нашел свободных рабочих рук. А в столице Буковины обрел не только работников — они выпускают Гуралюку ежегодно новую коллекцию из 100–200 платьев ценой от $ 400 до нескольких тысяч долларов,— но и, как ни странно, основных покупателей.

Остальные его клиенты — жители Западной Украины, а также европейцы, американцы и даже африканцы. Заказывают они свадебные платья мелким оптом, выбирая украинское, а не китайское, за лучшее соотношение цена-качество и более гибкие условия сотрудничества.

Местную гибкость порождает невиданная конкуренция. "Здесь производителей платьев на квадратный метр больше, чем оперных певцов в районе Ла Скалы [оперный театр в Милане]",— смеется владелец Maxima.

В селе даже есть специализированный двухэтажный торговый центр Свадебный мир — царство вещей первой местной необходимости: тканей и всякой блестящей фурнитуры.

Имеются в Волоке и несколько ресторанов, самый большой из которых — на 500 мест — часто принимает местных жителей, отмечающих “профессиональный” праздник — свадьбы.

Полсотни посадочных мест — не дань гигантомании владельцев заведения, а необходимость: бракосочетания здесь пышные и многолюдные.

А еще в Волоке удивительная, по сельским меркам, застройка: по селу раскидано множество двух- и трехэтажных дорогих коттеджей с конусными крышами.

Но если оказаться здесь в будний день, то поразят не эти “маеточки”, а необычайная тишина и пустота на сельских улицах. “У нас люди очень работоспособные: до 2–3 часов ночи вышивают платья, а в 5 утра уже на базаре”,— объясняет сельский голова Глопина.

А дальше с радостью рассказывает о том, что жители Волоки (благодаря своему трудолюбию) имеют хорошие заработки. И охотно помогают малой родине.

Так, в 2011‑м они за три недели собрали $ 280 тыс. для строительства дороги в село.

Одна местная предпринимательница за $ 25 тыс. поставила забор возле школы. А ее коллега по цеху за $ 10 тыс. заасфальтировал двор учебного заведения.

В этом же году, несмотря на сложности с реализацией платьев, рынок России почти закрылся и пришлось переориентироваться на Европу,— волокчане скинулись и проложили 15 км уличного освещения.

Теперь, говорит Глопина, селяне собрали финансы на новый проект — хотят сортировать мусор. Баки для раздельного сбора отходов уже куплены — за деньги еще одного местного предпринимателя.

С удовольствием рассказав о самоотверженности местных людей, Глопина возвращается к интонациям экскурсовода и советует обратить внимание на другую диковинку Волоки — национальные костюмы.

Мол, сделанное здесь свадебное платье можно купить за несколько сотен долларов. А вот уникальный народный костюм “мэйд ин Волока” будет стоить от $ 3 тыс. И приобретают их сами селяне, которые зарабатывают — конечно же — на пошиве свадебных платьев. Тех, которые стоят, как выразился Глопина, какие‑то сотни долларов.

Мода на аутентику накрыла село лет десять назад. Ариана Божеску, деловод сельсовета Волоки, рассказывает: теперь у каждой 15–16‑тилетней девушки должен быть хотя бы один народный костюм. Причем — уникальный, не чета обычным платьям.

В селе, мол, есть пять-шесть мастериц, которые изготавливают такие костюмы, обшивая бисером и даже камнями Swarovski.

У нас люди до 2-3 часов ночи вышивают платья, а в 5 утра уже на базаре
Валентин Глопина,
глава волокской общины

Работа эта столь кропотлива, что на нее уходит минимум полгода. “Поэтому мамы заказывают костюм для дочек заранее”,— говорит Божеску.

Стоимость подобного чуда ручной работы может доходить от озвученных Глопиной $ 3 тыс. до $ 7 тыс.

И эти костюмы — как и все здесь — тоже связаны со свадьбами: девушки надевают подобные наряды, если являются подружками какой‑либо местной невесты либо ее близкими родственницами.

Прихотливая волокская мода и зажиточность селян уже привели к тому, что такую торжественную одежду стали заказывать даже для 7–8‑летних девочек.

На очереди — мужские костюмы. Потому что Волока не терпит пустоты, а это — единственный сегмент, до конца не охваченный местным рынком.

И свадьбы тут играют часто.