Гонения по национальному признаку

18 мая отмечается День памяти жертв геноцида крымскотатарского народа. За период 1944-1947 годов советские власти депортировали с родной земли 238,5 тысяч крымских татар. Во время насильственной высылки коренного населения полуострова погибли 109,9 тыс. человек

Современная Россия, оккупировавшая Крым, продолжает использовать методы Советского союза, предавая гонениям оставшихся на полуострове крымских татар. Преследования, угрозы, аресты и пытки — по состоянию на конец 2017 года в российских тюрьмах содержалось более 50 заключенных крымскотатарского происхождения.

Сегодня мы вспоминаем семь крымских татар, которые пострадали из-за своих убеждений и национальной принадлежности.

Российские силовики пришли в дом 31-летнего жителя крымского села Новый Мир Исмаила Рамазанова утром 23 января 2018 года. Крымского татарина задержали якобы за хранение патронов к пистолету Макарова и арестовали решением незаконного суда на один месяц.

Уже в зале суда мужчина заявил об избиении его сотрудниками ФСБ, также ему отказывали в оказании медицинской помощи. “Болит бок, затылок и голова. Я не знаю, могу я принимать участие в заседании или нет”, — сказал Рамазанов на суде.

Стоя перед судом, Рамазанов заявил о том, что его не кормили и отказывали в воде с самого момента задержания, — за это время прошло 40 часов. Он сильно мерз, ведь спецслужбы РФ забрали его в домашних вещах, а передачу с домашней едой от отца изъяли.

В отношении Рамазанова суд оккупантов возбудил уголовное дело об экстремизме, обвинив крымского татарина “в распространении сведений, разжигающих межнациональную рознь и межрелигиозную ненависть”. По мнению стороны обвинения, “экстремистские сведения” он передавал через интернет-рацию Zello.

“В октябре 2017 года подозреваемый, используя возможности интернет-радиостанции, публично осуществлял высказывания, которые согласно заключению эксперта являются экстремистскими. В настоящее время выясняются все обстоятельства совершенного преступления”, – такое заявление сделала так называемая пресс-служба крымского главка Следственного комитета РФ.

Исмаил Рамазанов до сих пор содержится под стражей, недавно эта мера пресечения была продлена оккупационными органами РФ до 16 июня.

Фото: Осман Арифм via Facebook

12 октября 2016 года российские спецслужбы вторглись с обысками в дома пятерых крымских татар: Рустема Исмаилова, Узеира Абдуллаева, Тимура Абдуллаева, Эмиля Джемадинова и Айдера Салединова, арестовав их на два месяца. Тогда журналистка Лиля Буджурова, которая сообщила, что у них не нашли ничего, кроме религиозной литературы, предрекла их обвинение российскими оккупантами в терроризме.

“И к бабке не ходи, и они окажутся „хизбами“ и „террористами“, да такими страшными, что одной только верой в Аллаха и молитвой угрожают безопасности России. По пока предварительным данным, в пяти семьях, из которых сегодня увели отцов, растут 17 детей. И они теперь — наши дети. До этого момента общественное движение „Бизим балалар“ с вашей помощью опекала 47 детей заключенных, пропавших без вести и убитых крымских мусульман. Сегодня их стало больше - 64”, — написала Буджурова в своем Facebook.

Узеиру Абдуллаеву, который до ареста жил в селе Строгановка и был чемпионом Украины по тхэквондо, предъявили обвинение по части 2 статьи 205.5 УК РФ (участие в террористической организации) - за членство в запрещенной в РФ организации Хизб ут-Тахрир. У него осталось четыре малолетних ребенка. Подконтрольный Кремлю суд несколько раз продлевал арест задержанных, отклоняя апеляционные жалобы.

29 апреля 2018 года крымский адвокат Эмиль Курбединов сообщил о резком ухудшении здоровья Узеира Абдуллаева, который содержится в СИЗО Симферополя. “Он уже не может самостоятельно передвигаться, и состояние здоровья резко ухудшается”, — прокомментировал он. Мать крымского мусульманина Диляра Абдуллаева рассказала о высокой температуре Узеира и опухоли на ноге.

На следующий день жена Абдуллаева Фера сообщила, что ее мужа перевели в медсанчасть СИЗО Симферополя. Позже его вернули обратно в СИЗО, о чем сообщила мать Абдуллаева: “К сожалению, не госпитализировали, а только вывозили на осмотр специалиста, чтобы исключить сосудистое заболевание, сейчас он в СИЗО. Со слов начмеда, Узеиру сделали УЗИ сосудов и они не видят необходимость его госпитализировать… Сейчас Узеир в СИЗО, со слов врачей, состояние удовлетворительное, больше сведений не имею”.

Это стало не первым случаем обвинения крымских мусульман в участии в организации Хизб ут-Тахрир. Дело получило невероятный резонанс вместе с обыском и последующим задержанием Руслана Зейтуллаева в январе 2015 года, когда мужчину обвинили в создании ячеек запрещенной в РФ организации в трех селах. Следствие рассказывало о “скрытной антироссийской, антиконституционной деятельности в виде пропагандистской работы среди населения”. Зейтуллаева приговорили к 15 годам лишения свободы. Другого крымскотатарского активиста и правозащитника Эмира-Усеина Куку задержали через год и один месяц за якобы членство в той же организации. “Дело Хизб ут-Тахрир” стало одним из самых резонансных свидетельств нарушения прав человека оккупационной властью.

Одна из самых трагических страниц в истории крымскотатарского народа после оккупации Крыма относится к 23 ноября 2017 года, когда группа крымскотатарских активистов, куда входили Бекир Дегерменджи, Асан Чапух и Кязим Аметов, была задержана российскими спецслужбами якобы за “вымогательство в особо крупном размере” у гражданина Турции.

Ситуацию прокомментировал крымский активист Нариман Джелял, который рассказал, что мужчины пытались вернуть деньги, украденные у 82-летнего ветерана крымскотатарского национального движения Веджие Кашки.

“Гражданин Турции Юсуф Аитан является аферистом, он втерся в доверие к одной известной крымскотатарской семье и украл у нее крупную сумму денег. Задержанные активисты, зная о проблеме этой семьи, пытались убедить турка вернуть деньги. В итоге или сам турок решил избавиться от внимания, или силовики использовали эту ситуацию, чтобы оказать давление на эту группу активистов”, — сообщил он.

В момент задержания ищущих справедливости мужчин Веджие Кашке стало плохо, и с места событий ее увезла скорая помощь. Не выдержав серьезного стресса, женщина скончалась в больнице.

“Она - не только ветеран движения крымских татар. Ее называют женщиной-легендой. Она - та, которая вдохновляет своей мудростью, стойкостью и неустанной борьбой. Позор вам, нападатели. Вы неоднократно это слышали в свой адрес. Но с каждым разом этот кокон презрения увеличивается. До такой степени, что ваши сердца не выдерживают этого, воюя друг с другом, или суицидально заканчивая свою жизнь”, — написала тогда крымскотатарская активистка Мумине Салиева.

В дом с обысками к гражданскому активисту и журналисту Нариману Мемедеминову российские силовики пришли утром 22 марта 2018 года. Оккупационные структуры РФ оцепили целую улицу в селе Холмовка, где проживал мужчина. “Периметр вокруг дома оцеплен, автозаки, большая концентрация различных силовых структур”, — писало объединение Крымская солидарность, в котором работал крымскотатарский активист.

Обыск проходил в грубой форме с использованием нецензурных выраженией, рассказала тогда жена пострадавшего Лемара. Спецслужбы не стали изобретать новые причины задержания — журналиста обвинили в публичных призывах к осуществлению террористической деятельности и оправдании терроризма.

Сразу же после обысков крымскотатарского активиста увезли в так называемое управление ФСБ России в Симферополе на допрос. На следующий день Киевский райсуд оккупированного Симферополя арестовал Наримана Мемедеминова до 16 мая. За день до истечения ареста его содержание в СИЗО продлили до 15 августа по причине “затянувшегося предварительного расследования”. Сторона обвинения также, пойдя привычной для них дорогой, отработанной на предыдущих задержаниях крымских мусульман, обвинила Мемедеминова в участии в организации Хизб ут-Тахрир. По мнению свидетеля, арестованный активист часто бывал в Украине и других странах для поддержания контактов с другими входящими в запрещенную в Россию организацию.

Нариман Мемедеминов передал супруге, что с ним все хорошо, а его сокамерники также являются верующими мусульманами, которые готовятся к посту Рамадан. Крымскотатарского активиста под стенами суда в тот день поддерживали около 50 небезразличных людей.

21-летнего Муеддина Аливапова арестовали 23 января 2016 года в Алупке по подозрению в поджогах автомобилей. Мать задержанного рассказала координатору Крымской контактной группы по правам человека Абдурешиту Джеппарову, что силовики предоставили ордер на арест и старшего брата Муеддина, который в то время находился на территории материковой Украины. Женщина также рассказала, что ее сын и правда очень любил автомобили, но относился к ним с трепетом и любовью, сам недавно приобрел Жигули и точно не стал бы заниматься поджогами.

“Их семья граждански активная, постоянно принимала участие в различных общественно-политических мероприятиях. Есть предположения, что именно из-за политических взглядов ребят их и преследуют правоохранители”, — писал первый заместитель председателя Меджлиса крымскотатарского народа Нариман Джелял в Facebook.

Вместе с Аливаповым по данному делу также задержали еще двоих парней. Хотя их взяли под стражу 23 января, поджоги продолжались до 3 марта 2016 года. Адвокаты и правозащитники сразу стали отмечать “грубые швы” в смоделированном деле — один из подозреваемых, Сергей Кудряшов, не знал двух других арестованных, у них был разный круг общения, и они не имели общих знакомых. А во время задержания по делу о поджогах Кудряшов не смог правильно выговорить имя Муеддина.

Семья задержанного крымского татарина рассказала, что Муеддина били, а также угрожали сексуальным насилием. Суд не рассматривал факты избиения — следов побоев не оставляли. 18 января оккупантский “Верховный суд Крыма” приговорил юношу к лишению свободы на 4,5 года в колонии-поселении и обязал выплатить 3 миллиона рублей пострадавшим от поджогов.

В октябре 2016 года Сулейман Кадыров сделал репост видео в Facebook о создании украинского добровольческого батальона Крым, который сопроводил комментарием “Крым – это Украина. Всегда была, есть и будет! Спасибо автору за видео! Поддерживаю!”. К жителю Феодосии российские силовики вломились с обыском, объяснив его “оперативными мероприятиями”, изъяв у него компьютер и телефон для поиска улик в “госизмене”.

Несколько дней спустя его обвинил в призывах к сепаратизму. Тогда городской суд Феодосии назначил наказание Кадырову в виде двух лет условного лишения свободы и запрета публичной деятельности.

Феодосийский городской суд приговорил Кадырова к двум годам лишения свободы условно. Но гораздо важнее для него, и активист сам это признает, дополнительное наказание – запрет заниматься любой публичной деятельностью.

“Вынеся обвинительный приговор по этому делу, суд создает очень опасный прецедент. Кадыров осужден за призывы при отсутствии призывов. Все эксперты, которые проводили экспертизы, пояснили, что никаких призывов в комментарии Кадырова нет. Точно так же можно судить за кражу без факта самой кражи, говорить про убийство, которого не было. Это тупиковый путь”, — сказал адвокат Кадырова Алексей Ладин во время рассмотрении апелляционной жалобы “Верховного суда Крыма” 3 мая 2018 года.

“Как можно судить человека только за его мнение, за то, что у него есть своя позиция, но при этом без каких-либо призывов? Во время судебного процесса не было ни одного человека, который бы указал, что я кого-то обидел, оскорбил. Мне не очень понятно обвинение за мои высказывания «Крым – это Украина!». Я вообще никогда не скрывал свою позицию”, — таковым было последнее слово на суде Сулеймана Кадырова.

В тот день суд отклонил апелляционную жалобу и оставил приговор в силе.

Фото: chobanzade.org

26 апреля 2018 года в Белогорске целью обыска российских силовиков стали дома крымскотатарских активистов, предпринимателей и меценатов, среди которых был и Ресуль Велиляев, — ему принадлежат торговая сеть «Гузель» и фирма «КрымОпт».

“По всем местам проведения обысков сосредоточены значительные силы спецподразделений, оснащенных стрелковым оружием, установлены оцепления по периметру мест проведения обысков”, — сообщил на своей странице в Facebook председатель Меджлиса крымскотатарского народа Рефат Чубаров.

После трехчасового допроса его вывезли из Крыма в Москву, где против него возбудили дело по ст. 238 Уголовного кодекса России (Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности) и арестовали на два месяца.

“Таким образом хотят уничтожить круг крымскотатарских предпринимателей, которые, несмотря на все формы давления остаются обычными людьми. Они не выходят на площади, не протестуют против оккупации... но они и не кланяются, они не подпевают оккупантам, не поддерживают их фейковые мероприятия”, – рассказал Чубаров.

Сам крымскотатарский предприниматель принял абсурдные обыски и задержание очень стойко и не пожелал предавать делу общественный резонанс. Крымский адвокат Николай Полозов отметил, что считает такую тактику ошибкой, поскольку “Лефортово – персональная тюрьма ФСБ” и “оттуда на свободу практически никто не выходит”. Заместитель председателя Меджлиса крымскотатарского народа Ахтем Чийгоз уже сообщил, что для освобождения Велиляева подключат все международные площадки.