Явка обязательна
В декабре 1947 года в Западной Украине первые для этого региона прошли советские выборы
Послевоенная разруха и только-только отмененная карточная система, вернувшаяся московская власть, повстанцы в лесах и горах и охотящиеся за ними силы госбезопасности — примерно в такой обстановке 21 декабря 1947 году прошли в Западной Украине первые для этого региона советские выборы.
Агитационная кампания за народных избранников началась почти за полгода до голосования. Партия в стране в то время была одна — Коммунистическая, поэтому вопрос политической конкуренции не стоял. Хотя именно это и считалось признаком истинной демократии.
В советской прессе того периода ходил оригинальный термин — сталинский блок коммунистов и беспартийных, как бы подразумевающий, что в стране существует некоторый плюрализм мнений, но весь он оказался «внутри» этого всеохватывающего «блока»
Чтобы понять эту логику, стоит прочесть, например, передовицу советской газеты Культура и жизнь, напечатанную в номере от 20 декабря 1947‑го.
В ней, в частности, был такой пассаж: «Десять лет назад товарищ Сталин в своей речи на предвыборном собрании избирателей Сталинского избирательного округа города Москвы говорил, что только в нашей стране, где нет капиталистов, нет помещиков, а стало быть, и нет давления со стороны имущих классов на неимущих, выборы являются действительно свободными и действительно демократическими».
На самом деле властям было важно, чтобы избиратели просто пришли на выборы. Особенно в западных областях.
Там активно действовала Украинская повстанческая армия (УПА), а местное население еще не боялось ее поддерживать и резко критиковать Советы.
Пожалуй, наиболее точно ситуацию обрисовал львовский композитор Станислав Людкевич, который после прихода Красной армии в 1944‑м сказал: «Они нас освободили, и ничего с этим не поделать».
«Освободители» добились своего: на выборах 1947 года в УССР, по официальным данным, приняли участие немногим больше 21,5 млн человек — почти 99,5% избирателей.
Эти цифры наверняка демонстрируют принцип, приписываемый советскому вождю Иосифу Сталину: «Выигрывает тот, кто подсчитывает голоса».
Основными методами пропаганды и агитации власти избрали привычные для СССР инструменты: угрозы, террор и насилие.
По крайней мере, так ход происходящего рисуют сохранившиеся отчеты членов УПА.
Проверить точность изложенных в них фактов сложно, но серьезным аргументом в пользу их правдивости служит то обстоятельство, что отчеты готовились для самой УПА и ее руководителей, а не для пропагандистских целей.
О том, что такое агитация по‑советски, на Галичине узнали в начале зимы 1947‑го. На носу был день выборов, и потому пропагандисты начали активно ездить по селам, собирая митинги.
В изложении московских журналистов Культуры и жизни все это выглядело так: «На многочисленных собраниях, митингах, на встречах кандидатов в депутаты с избирателями трудящиеся всесторонне критиковали работу местных советов, внесли немало предложений, высказали пожелания, направленные на улучшение работы местных советов, на устранение недостатков в их работе».
Московские «акулы пера» вряд ли даже подозревали, как на самом деле проходили «многочисленные собрания» на западе Украины.
Местные жители преимущественно реагировали на них так, как это описано в отчете бойца УПА Вия о событиях в селе Ходаки Шумского района — сейчас это Тернопольская область.
«Большевики приезжали восемь раз и сгоняли людей на собрание. Никто не шел. На девятый раз 15 большевикам удалось собрать 20 человек. Одна женщина попросила слова: «Товарищи! Почему вы не спрашиваете, есть ли у нас хлеб, который вы отобрали? Рассказываете, за кого голосовать. Разве за тех, кто отобрал хлеб?»
[IMAGE_DESCRIPTION]Церковный приход к урнам: В ходе выборов 1947-го во Львове призвали на избирательные участки даже священнослужителей. В итоге власти обеспечили явку почти в 100% [/IMAGE_DESCRIPTION]
Большевики прервали ее, а в конце собрания один подошел к возмущенной крестьянке и сказал, что если на следующих собраниях она будет так говорить, то может попрощаться со своей семьей, так как больше ее не увидит", — указал в отчете повстанец.
Схожая картина наблюдалась и во множестве других населенных пунктов региона. Местное население, слушая приезжих агитаторов, нередко ставило тех в тупик.
Так, в селе Германовка один из присутствовавших на предвыборном митинге крестьянин спросил у оратора, расхваливавшего советскую власть: «Если у вас там так хорошо, то почему же из‑за Збруча [река, служившая границей между СССР и Польшей до 1939 года] к нам люди идут за куском хлеба?»
Вопрос был насущным: в 1947 году по востоку и центру Украины прокатилась волна голода, и многие жители тех регионов бежали от нее на запад.
Как сказано по этому поводу в отчетах УПА, лишь в одном из сел Тернопольщины власти в ходе облавы задержали четыре десятка людей из Восточной Украины, которые пришли туда в поисках хлеба.
А в тернопольском селе Торское уполномоченный по организации выборов некто Иващив, столкнувшись с отсутствием избирателей на собрании по случаю кампании, обратился за помощью к правоохранителям.
В итоге в воскресный день с вооруженным конвоем он прибыл к местной церкви, где собралось на службу все население Торского, и под дулами автоматов препроводил селян на митинг.
Порой на почве выборов возникали и анекдотические ситуации.
В те времена в Союзе было принято, что в каждом округе коллективы предприятий или ведомств в обязательном порядке выдвигали «по собственной инициативе» в качестве кандидатов в депутаты Верховного совета и даже в местные советы представителей высшего руководства государства: Сталина, Никиту Хрущева, Лазаря Кагановича, Лаврентия Берию и других.
Все эти персонажи даже и не пытались работать депутатами от всех выдвинувших их коллективов, тем более что это было физически невозможно.
В этом смысле показательна цитата из той же предвыборной передовицы газеты Культура и жизнь, автор которой воодушевленно рапортовал, что «первым всенародным кандидатом в депутаты Московского, Ленинградского, Киевского, Тбилисского, Бакинского, Минского и ряда других местных советов наш народ единодушно назвал великого вождя товарища И. В. Сталина».
В галицких селах о подобной практике не ведали, а потому призывы к выдвижению «своих кандидатов» воспринимали буквально.
«В селе Турильчине Скала-Подольского района, — пишет один из хроникеров УПА, — гражданка Мария Царук вместо Сталина выдвинула местного завклубом Дзюбу, чем вызвала смех в зале. Главе исполкома Кириллову с трудом удалось исправить эту ошибку».
Всего нескольких лет нахождения в составе СССР хватило галичанам, чтобы по достоинству оценить советскую власть.
Поэтому участвовать в проводимых ею мероприятиях население Западной Украины не просто отказывалось, а даже пыталось их сорвать.
Накануне выборов в населенных пунктах Галичины участились случаи появления на стенах зданий и заборах самодельных листовок с призывами бойкотировать процедуру голосования.
В селе Вишневик на Тернопольщине, как говорят документы УПА, были арестованы с десяток молодых людей, клеивших подобные антисоветские плакаты. В их домах провели обыски, обнаружили пулемет, автомат и 12 гранат.
Всех задержанных, несмотря на сильный мороз, босиком и в одних подштанниках и рубашках водили на следствие и пытали.
«У бухгалтера райпотребсоюза 19‑летнего Дидуника Богдана из села Михайловки большевики нашли подобные листовки. Арестованного три дня пытали, а в день перед „выборами“ и во время самих „выборов“ водили босого в одном белье по улицам Тернополя, чтобы припугнуть людей», — указано в повстанческом отчете.
Судьба Дидуника, к слову, была печальна, о чем тоже сообщают документы УПА. Когда допрашивавший его начальник райотдела вышел из кабинета, парень схватил оставленный там автомат, выпустил очередь в вернувшегося милиционера, выскочил в окно и потерял магазин. Он погиб от пуль преследователей.
И все же выборы состоялись. Правда, местным властям пришлось провести ряд негласных мероприятий, чтобы в официальных документах появились цифры о массовом участии в них населения и об избранных большинством новоприобретенных Страной Советов граждан народных депутатах.
В отчете повстанца Вия сказано, что голосование в день выборов на Тернопольщине закончилось в 17:00. Дальше же начался подсчет голосов.
«Испорченные бюллетени большевики посчитали как действительные. На многих были надписи Смерть Сталину, Смерть НКВД. В селе Иловица на некоторых бюллетенях была нарисована свиная голова с подписью Сталин», — указано в сообщении информатора УПА.
Он же упоминает, что в селе Богаткивцы из 930 избирателей поучаствовали в выборах лишь 250 человек, за остальных «проголосовали» сами организаторы выборов.
Такая ситуация замечена летописцами повстанческой армии в нескольких десятках населенных пунктов.
И это только те фальсификации, о которых есть документальные свидетельства.
Среди материалов УПА того периода остались воспоминания одного из галицких селян, который рассказал о пережитой им облаве и привел слова проводившего ее советского офицера.
Тот якобы сказал местным: «Мы знаем, что мы вам надоели. Наверное, дольше года мы не протянем, потому что народ волнуется».
Секрет более-менее успешно проведенных выборов, как и дальнейшего многолетнего существования советской власти на западе Украины, заключался в масштабной репрессивной политике Кремля.
Только в ноябре 1947‑го, за месяц до дня голосования, по приказу главы НКВД Лаврентия Берии из Западной Украины депортировали 76 тыс. «активных националистов и бандитов». Из них 61 тыс. отправилась на работу на шахты востока СССР.
Автор: Олег Шама
Реализация: Леся Владзиевская
Материал опубликован в № 24 журнала Новое Время от 24 октября 2014 года
В тексте использованы фото davno.ru, DR
