Как и за чей счет можно увеличить экспорт высокотехнологичной продукции
Украина экспортирует товары и услуги на десятки миллиардов долларов. Однако большая часть экспорта — это сырье и полуфабрикаты. Что нужно сделать для развития высокотехнологичного производства и сможет ли наша страна стать европейским Китаем?
Предприятие SteelWork из Кривого Рога является одним из крупнейших игроков на украинском рынке металлоконструкций из биметаллических листов. Несколько лет назад здесь решили диверсифицировать клиентскую базу и портфель заказов, начали активно изучать возможности по выходу на внешние рынки. Андрей Панфилов, собственник Апис Холдинг (управляющая компания, в которую входит SteelWork) в разговоре с НВ отмечает практически полное отсутствие государственной поддержки для производителей промышленной продукции с высокой добавленной стоимостью. «До настоящего времени мы не имеем информации о подобных программах, распространяющихся на наши виды деятельности. Надеемся на собственные силы. Но если в будущем появятся госпрограммы поддержки экспортеров, охватывающие нашу деятельность, то это наверняка позволит усилить наши позиции на внешних рынках», — рассуждает Панфилов.
«Доля commodities (сырье, базовые аграрные или промышленные товары) в украинском экспорте товаров и услуг уже много лет поддерживается стабильной в диапазоне 50−60%. По оценкам Альфа-Банка Украина, в 2020 году она составит 58% в общем экспорте или 71% в экспорте товаров (без учета услуг)», — рассказывает НВ Алексей Блинов, начальник аналитического отдела Альфа-Банк Украина. Он уточняет, что в этот перечень входят: продукция растениеводства, масла, минеральные продукты, металл, базовая химия, включая удобрения, древесина.
Но есть надежда, что товарная структура вскоре начнет изменяться в пользу продукции с более высокой добавленной стоимостью. Так, буквально на прошлой неделе Верховная Рада приняла так называемый закон «об инвестиционных нянях», который призван стимулировать инвестиции в экономику Украины. Ранее была озвучена инициатива президента Зеленского о создании двух специальных экономических зон: на Донбассе и на западе Украины.
Многие эксперты скептически настроены в отношении перспектив СЭЗ и других льгот промышленникам. Ведь попытки внедрения подобных стимулов уже неоднократно заканчивались провалом или созданием коррупционных схем.
Впрочем, были и приятные исключения. «Введение пошлин на экспорт зерна подсолнечника привело к появлению в Украине индустрии по производству подсолнечного масла и его мировому лидерству. Благодаря функционированию СЭЗ в начале 2000-х годов были построены производства автомобилей Еврокар, бытовой техники и электроники Джейбил, Электролюкс, лыжного снаряжения Фишер
С ледует отметить еще одну сложность, с которой в середине 2000-х столкнулись многие украинские предприятия-экспортеры.
Например, промышленная компания Интерпайп с момента обретения Украиной независимости отправляла на экспорт трубы и ж/д колеса, произведенные на заводах компании. Однако поставки были сфокусированы на ближайших географических рынках. Так, в 2003 году компания поставляла 46% трубной продукции в страны СНГ, еще 32% оставалось в Украине. Похожая структура сбыта была и в колесном сегменте. Это был риск. В том числе из-за лоббизма конкурентов, который уже в 2005 году привел к искусственным ограничениям на импорт украинской трубной продукции в страны Таможенного союза.
Интерпайп своевременно понял, что географию продаж нужно расширять, и начал внедрять диверсификационную стратегию с прицелом на рынки Ближнего Востока, Америки и Европы. Главной предпосылкой для этого должны были стать инвестиции в модернизацию: от производства сырья до финишной обработки готовой продукции — ж/д колес и бесшовных труб. Это был не только риск, но и вызов.
Технологические и экологические тренды в мировой металлургии требовали переход на более эффективное производство качественной стали. Именно поэтому Интерпайп в 2007 году начал строительство нового электрометаллургического завода в Днепре. Общий размер инвестиций вместе со строительством инфраструктуры составил $1 млрд.
Для финансирования проекта были задействованы различные механизмы. Это были и собственные средства компании, и синдицированные кредиты от западных банков. Кредитные средства оказались доступны, в том числе потому что строительство электросталеплавильного комплекса стало крупным экологическим проектом. После того, как в 2012 году заработало новое предприятие, из эксплуатации был выведен старый мартеновский цех Интерпайп НТЗ. Этот факт позволил получить преимущества в рамках реализации механизмов Киотского протокола, которые были направлены на сокращение парниковых газов. Еще одним важным фактором стало то, что завод под ключ строила итальянская компания Danieli, ведь в западных странах широко применяются механизмы финансовой поддержки высокотехнологичных экспортеров.
Один из них — страхование экспортных контрактов. И украинские металлурги неоднократно использовали такой инструмент, закупая дорогостоящее оборудование в Германии или Франции при всемирно известных экспортно-страховых агентствах Euler Hermes и COFACE.
При этом украинские компании не могли получить подобную поддержку при экспорте своей продукции, особенно высокотехнологичной.
Агенты влияния из агентства
У же в следующем году могут начаться практические изменения. В 2020 году в Украине наконец заработало Экспортно-кредитное агентство (ЭКА), которое должно облегчить работу украинских компаний-экспортеров.
Подобные агентства работают почти во всех странах мира. В Украине тоже долгие годы велись разговоры о необходимости его создания. Но лишь в 2016 году был принят специальный закон. Почему не раньше? «Не было политической воли и понимания важности такого инструмента поддержки», — говорит НВ Руслан Гашев, и.о. председателя правления ЭКА.
Но даже после принятия закона и до практического старта работы Агентства прошло 4 года. В этом году у Экспортно-кредитного агентства появился небольшой бюджет, который даже не стоит сравнивать с бюджетами конкурентов. «Поддержка будет сдержанной, небольшой, точечной. Но это все равно будет лучше, чем сегодняшняя нулевая поддержка», — уверен Денис Красников, вице-президент Украинского союза промышленников и предпринимателей (УСПП).
Уставной фонд Агентства составляет лишь 200 млн грн. Руслан Гашев уточняет, что общий размер страхового покрытия от ЭКА для украинских экспортеров в 2021 году может составить 250 млн грн. Это чуть менее $9 млн. Критерии, которым должны обладать компании, претендующие на такую поддержку, достаточно четко прописаны в профильном законодательстве. В частности, есть существенные ограничения на работу с экспортерами сырьевой продукции.
В Государственном бюджете на 2021 год возможности ЭКА будут расширены за счет увеличения уставного фонда на 1,8 млрд грн. Вместе с другими законодательными инициативами это даст возможность увеличить страховую поддержку экспорта до 24 млрд грн при условии использования международного перестрахования.
В Агентстве надеются, что смогут комбинировать свои продукты с другими инструментами поддержки со стороны государства. «В первую очередь это касается Государственной программы „Доступные кредиты 5−7−9%“. Конечно стоит активизировать работу дипломатических учреждений Украины в других государствах в направлении продвижения украинского экспорта. Для наших дипломатов это должен быть KPI», — говорит Руслан Гашев.
Руководитель Агентства уверен, что внедрение поддержки экспортеров от ЭКА даст возможность запустить и новые банковские продукты, такие как экспортный факторинг и buyer`s credit (кредит покупателю украинского экспорта).
В Министерстве экономического развития, торговли и сельского хозяйства Украины (МЭРТ) сообщили, что по состоянию на начало декабря в ЭКА на рассмотрении находились заявки о страховании внешнеэкономических контрактов от 20 компаний. До конца 2020 года планируется обработать до 100 заявок на страхование договоров ВЭД, в том числе банковских гарантий и экспортных кредитов.
2 декабря государственный Укрэксимбанк выдал первый экспортный кредит под гарантии ЭКА. Получателем стал производитель консервной продукции Сентрал Фиш из Черкасс.
Потребность в системной работе
С тимулирование экспорта предусматривает комплексный подход со стороны государства. При этом стоит говорить о стимулировании именно не сырьевого экспорта. «Есть три основных способа этого — финансовая поддержка, включая страхование и государственные гарантии, обучение и консалтинговая помощь, помощь контактами и политическое содействие», — рассказывает НВ Владимир Власюк.
В МЭРТ отдельно выделяют экономические методы. Это налоговые льготы, субсидии, гарантирование частных вложений, льготные кредиты, предоставление грантов, помощь в решении инфраструктурных проектов
В Украине из перечисленных инструментов системно практически ничего не действует. Собеседники НВ отмечают возмещение НДС, которым пользуются экспортеры (но преимущественно сырьевые), и фрагментарную консалтинговую поддержку от Офиса по продвижению экспорта, грантовые проекты от международных доноров Western NIS Enterprise Fund (WNISEF), USAID, GIZ. Но такие проекты имеют ряд ограничений по отраслям. Некоторые из опрошенных экспертов считают, что это может быть связано с политикой материнских компаний, которые не заинтересованы в развитии тех или иных сегментов экономики Украины.
В 2016 году была разработана Экспортная стратегия. В МЭРТ уточняют, что это «Дорожная карта стратегического развития торговли на период 2017—2021 гг. Указанная стратегия обозначает ориентиры для развития торговых отношений Украины, преодоления препятствий и использования имеющихся возможностей для развития экспорта. В документе определены 48 стран в фокусе экспорта».
Но все равно, по данным Всемирного банка, объемы экспорта из Украины высокотехнологичной продукции не превышают 6% и ежегодно уменьшаются. «Я считаю, что этому „содействует“ слабое локальное законодательство, отсутствие комплексного видения стратегии и ее действенной реализации», — говорит Вита Мирошниченко, руководитель практики таможенного регулирования и международной торговли PwC в Украине. Среди проблемных вопросов она называет неэффективность таможенной инфраструктуры и процессов таможенного оформления. Из-за этого есть сложности у компаний, которые готовы организовать в Украине выпуск продукции по давальческим схемам.
«В результате, сегодня имеем колоссальные асимметрии в поддержке экспорта в Украине и за границей. Это делает практически невозможной конкуренцию украинских производителей сложной индустриальной продукции на глобальном рынке», — сетует Владимир Власюк.
Н есмотря на вышеперечисленные сложности, украинские промышленники находят возможность для инвестиций, развития и успешной конкуренции на мировых рынках. В Интерпайп, придерживаясь генеральной линии, выбранной еще в середине 2000-х, вкладывают значительные средства в разработку новой продукции с высокой добавленной стоимостью. В течение последних 2−3 лет Интерпайп инвестировал около $40 млн в три ключевых проекта: линию для производства труб с премиальными соединениями, финишные мощности для производства колес и строительство линии совместного предприятия Vallourec Niko Tube. Новые производственные линии уже работают.
В трубном сегменте Интерпайп начал производство бесшовных труб с премиальными соединениями собственной разработки. Такие продукты используются для добычи нефти и газа в мире все чаще, так как легкодоступные запасы ископаемых уменьшаются и условия добычи усложняются.
Сортамент железнодорожной продукции также постоянно расширяется. Интерпайп — один из самых больших в Европе производителей цельнокатаных колес для железнодорожного транспорта. Сегодня два из трех грузовых вагонов Европы — с украинскими колесами. А в этом году совершена первая поставка колес для высокоскоростных поездов немецкой Deutsche Bahn. «Это высокоточный сложный продукт. Наши специалисты разработали всю технологию производства — от проектирования конструкции и химсостава до готового колеса», — акцентируют в Интерпайп.
Сначала для себя
Ч тобы нарастить экспорт, продукцию сначала нужно произвести. Но в Украине не уделяется достаточное внимание внутреннему рынку, который мог бы стать базой для создания того или иного производства. В качестве примера в УСПП приводят пищевую промышленность. Например, в ЕС, США и странах-соседях Украины жестко регулируются вопросы, связанные с расчетами торговых сетей перед поставщиками. Например, ЕС своими директивами рекомендовал странам-участникам установить отсрочку платежа не более 30 дней для скоропортящихся товаров и не более 60 дней для всех остальных. В Украине нет такого регулирования, поэтому перерабатывающая промышленность мучается с отсрочками в 90−120 дней и даже неплатежами со стороны многих ритейлеров.
«Вы, как рядовой покупатель, можете видеть, что супермаркеты в Украине — это уже просто дворцы. Они все краше и лучше. А в других странах — это обычные магазины. У нас огромный перекос из промышленного сектора в торговый. При падении промышленного производства нас вытягивает торговля, которая насыщена деньгами», — рассказывает Денис Красников, отмечая, что эту диспропорцию нужно исправлять.
Аналогичная ситуация и в высокотехнологичных секторах украинской экономики. Предлагая на экспорт отечественные самолеты или вагоны, мы не можем похвалиться закупками этой техники для внутреннего рынка.
«Начальным или первичным является предложение. Поэтому нужна политика, которая стимулирует предпринимательство в сфере производственной деятельности, в частности, поддерживает технологических предпринимателей», — уверен Владимир Власюк.
С этой целью в Украине разработан ряд нормативных актов, которые должны стимулировать рост локализации производства, внедрение экономических и организационных стимулов для инвесторов, готовых создавать высокотехнологичные производства.
Но эти инициативы подвергают сомнению и критике сторонники свободных рынков, которые в качестве примера приводят прошлый опыт Украины. Действительно, на рубеже 1990−2000-х на территории нашей страны действовали Свободные экономические зоны и применялись другие льготные инструменты, которые не привели к позитивным результатам. А некоторые из них стали коррупционными кормушками.
Поэтому, чтобы не повторить ошибки прошлого, государство должно взять на себя лидирующую роль по грамотному внедрению таких инструментов и недопущению их нецелевого использования.
Техника в обмен на валюту
С овременная практика международной торговли показывает, что без поддержки со стороны государства совершить прорыв на мировых рынках практически невозможно.
Наиболее близкий и наглядный пример — это автобусы МАЗ или троллейбусы БКМ, произведенные в Беларуси. Их массово закупают города Украины, отечественные аграрии также закупают сельхозтехнику Минского тракторного завода. Владимир Власюк говорит, что это результат программы Беларуси по кредитованию украинских покупателей белорусской техники. Похожие программы в Украине есть от Китая и Польши.
Также можно вспомнить закупки американских тепловозов Укрзализныцей, французских вертолетов Министерством внутренних дел
В менее значимых кейсах история не заходит далее предложений. Так, после визита президента Украины Владимира Зеленского в Австрию стало известно о предложении кредитной линии на 250 млн евро на 10 лет для закупки пожарной техники. После того, как возник информационный «пожар», связанный с возможным вредом такой закупки как отечественным производителям, так и в целом системе госзакупок, премьер-министру Украины Денису Шмыгалю пришлось взять на себя роль спасателя. «О закупке у Австрии вообще речь не идет», — заявил Шмыгаль в начале октября.
Но этот случай лишний раз показывает, что иностранные чиновники не стесняются лоббировать интересы своих компаний. Украина должна брать этот инструмент на вооружение, а также решать более глобальные задачи. Только в таком случае мы сможем стать европейским Китаем. Это и упрощение таможенных процедур, и пересмотр действующих межправительственных соглашений. «Украина на не очень хороших условиях вступила в WTO. Не на самых лучших условиях мы подписали Соглашение об ассоциации с ЕС. Кроме того, было заключено несколько документов, которые с экономической, а не с политической, точки зрения являются спорными для украинского бизнеса. Например, Agreement on Government Procurement — соглашение о равном доступе к госзакупкам. Оно подписано, но по целому ряду причин у Украины не получается поставлять [свою продукцию] на запад», — напоминает Денис Красников.
Удалось ли Интерпайпу изменить структуру продаж в сравнении с серединой 2000-х, несмотря на такие сложности?
По итогам 2019 года доля экспорта труб в страны СНГ составила только 10%. Основные точки роста — Ближний восток и Америка. Продажи железнодорожной продукции (колеса, бандажи, оси, колесные пары) на западные рынки составили 32%. Это возможный максимум при существующих экспортных мощностях. А реализация на европейские рынки достигла наибольшего значения за всю историю компании — 52 тыс. тонн. Иностранные потребители все чаще покупают в Украине сложную премиальную продукцию.
«Рынок постоянно изменяется, растет спрос на высокотехнологичную продукцию. Например, нефтяники ведут разработку все более сложных месторождений и для строительства скважин нуждаются в трубах с высокими характеристиками стали и специальными соединениями, которые гарантируют безопасность при добыче. В таких условиях стратегия Интерпайп состоит в освоении сложных и нишевых продуктов. Для этого мы постоянно инвестируем в самое современное оборудование», — говорит Денис Морозов, директор по финансам и экономике Интерпайп.
То есть стратегия по диверсификации, основы которой были заложены более 15 лет назад, дает результаты. А украинская трубная и железнодорожная продукция с добавленной стоимостью пользуется спросом в разных уголках мира.
Рост поддержки со стороны государства должен оказать положительное влияние и на других экспортеров.
Но при этом правительству и другим чиновникам не стоит думать абсолютными величинами. Важно создать условия, которые на практике оказались бы лучше, чем у соседей: стран СНГ, Восточной Европы или Турции. Ведь современный инвестор хочет получить более привлекательные условия и более стабильный заработок. Если Украина не сможет это обеспечить, то даже отечественные компании будут все чаще смотреть не в сторону развития экспорта, а в сторону переноса своих промплощадок в другие страны.
