Атлант расправляет плечики

Украинская экономика за год выросла более чем на 3% — хороший результат на фоне предыдущих потерь. Но этого все еще мало для быстрой модернизации, на которую страна способна

Иван Верстюк

Если Алексей Давиденко, собственник сети по продаже медицинского оборудования Медтехника, услышит в СМИ информацию от Нацбанка о том, что розничный товарооборот в Украине за три квартала 2018 года вырос на 5,5% по сравнению с аналогичным периодом 2017‑го, он согласно кивнет головой. Потому что на собственном опыте чувствует эту прибавку.

“Динамика положительная, — говорит предприниматель. — Во всех регионах, где мы представлены, чувствуется активность на докризисном уровне”. Для страны, которая еще пару лет назад барахталась в объятиях мощного кризиса, подобная оценка дорогого стоит.

Растет не только товарооборот розницы и покупательные настроения украинцев: в страну потянулись финансы с внешних рынков. Только за полгода в Украину зашло $ 1,3 млрд прямых иностранных инвестиций, в то время как за весь прошлый год их было $ 2,3 млрд. Подобного все еще мало для полноценного экономического бума, но достаточно для активизации рынка.

В стране появились и знаковые мировые компании — шведские ретейлеры IKEA и H&M, а также ирландский авиагигант лоукостер Ryanair.

“Мы видим начало более существенных прямых иностранных инвестиций”, — уверен Андерс Аслунд, старший научный сотрудник Атлантического совета в Вашингтоне.

Главное же в том, что во втором квартале заметную прибавку — сразу на 3,8% — показал ВВП. Правда, одним из драйверов спурта стал ранний сбор второго в истории страны по объему урожая зерновых — 64 млн т, по оценкам Минагрополитики. В прошлом году местные черноземы родили 61,3 млн т, а пиковым был 2016‑й — 66 млн т.

Влияние фактора высокого урожая вскоре сойдет на нет, а потому по итогам 2018‑го показатели ВВП будут ниже. “Мы ожидаем, что по результатам года рост экономики будет близок к 3%”, — говорит Елена Белан, главный экономист инвесткомпании Dragon Capital, которая издает НВ.

Схожего мнения придерживается и Нацбанк: его эксперты ожидают замедления активизации экономики до 3,1%.

Тем не менее это больше, чем итог 2017‑го, — за прошлый год ВВП прибавил 2,5%.

Кроме того, правительство вместе с МВФ заложили фундамент будущей стабильности нац­экономики: Кабмин подписал с фондом новую кредитную программу типа Stand by. То есть МВФ зарезервирует для Украины $ 3,9 млрд на 14 месяцев. А официальный Киев может использовать как всю сумму, так и сэкономить.

Договор поможет стране активнее работать с донорскими программами ЕС, Всемирного банка. И откроет Киеву возможность для выпуска евробондов, чтобы погасить в следующем году 427 млрд грн внешнего госдолга.

Но весь этот позитив не обманывает экспертов — они уверены: страна могла бы развиваться заметно быстрее.

В самом новом инфляционном отчете НБУ есть такой вывод: ключевое влияние на рост экономики оказал потребительский спрос. Иными словами, рядовые граждане страны обеспечили 67% в прибавке ВВП.

Активизировались соотечественники благодаря заметному увеличению доходов. Так, в августе средняя зарплата была выше на целых 26%, чем в августе 2017‑го: 9 тыс. грн вместо 7,1 тыс.

“Темпы роста реальных зарплат в Украине значительно опережают рост экономики, что является хорошим показателем”, — отмечает Анатолий Амелин, директор экономических программ Украинского института будущего.

Заработки наемных работников растут не потому, что их работодатели стали добрее. Причина — в открытых границах и трудовой миграции, прежде всего в Польшу. К этой стране, по оценкам экспертов, в рейтинге главных магнитов для заробитчан готовы примкнуть Чехия и Германия: там как раз собираются упростить трудоустройство для иностранцев.

Из-за трудовой миграции работодателям сложнее найти себе персонал: даже официальная безработица сократилась на 0,7 процентных пунктов, до 8,9%.

Поэтому бизнесмены вынуждены поднимать зарплаты своим работникам. Да и государство перед выборами старательно улучшает оплату труда бюджетникам.

У трудовой миграции есть и другая ипостась: заробитчане стали стабильным и одним из самых заметных поставщиков валюты в страну. За семь месяцев года они перечислили на родину $ 6,35 млрд, по данным Райффайзен Банка Аваль.

При этом экспорт металлургической продукции, которая дает стране треть валютных поступлений, за девять месяцев года составил, по данным Госстата, $ 10,6 млрд. А аграрии — № 1 в деле притока валюты (на них приходится 40% долларового ручейка извне) — наторговали на внешних рынках на $ 12,9 млрд.

“Рост зарплат и значительные денежные переводы положительно влияют на потребительские настроения”, — объясняет Михаил Ребрик, старший аналитик Райффайзен Банка Аваль.

Улучшение потребнастроений тут же сказалось на отечественных предпринимателях — в итоге средний бизнес пошел в рост.

К примеру, компания SammyIcon, украинский производитель нишевых цветных носков, заявила о росте продаж на 15% в этом году. И если раньше фирма довольствовалась реализацией своего продукта в магазинах других брендов, то в августе открыла собственный на одной из центральных столичных улиц. “По легпрому очень хорошо видно, как растет экономика”, — отмечает Филипп Литвинов, владелец SammyIcon.

Аналогичные впечатления и у Тараса Шевчука, собственника компании Синдикат, производящей одежду. Он тоже открыл в этом году магазин в столице, где регулярно проходят распродажи украинских брендов. “Мы подняли цены за год на 30%, и спрос особо не упал”, — признается Шевчук.

Наиболее продуктивным двигателем экономики является не потребительский спрос, а инвестиции, причем с нуля — когда компания строит завод или фабрику. В этом уверен Александр Мартыненко, руководитель подразделения по финансовому анализу инвесткомпании ICU.

По его мнению, потребительский спрос вырос благодаря щедрой программе субсидий, а в здоровой экономике таких больших расходов на социальные выплаты быть не должно, так как люди могут сами заработать себе на жизнь.

Тем не менее и в деле привлечения инвестиций в стране наметился позитив.

Так, с внешних рынков в Украину все чаще заходят финансы, направленные в сельское хозяйство, технологии, зеленую энергетику и коммерческую недвижимость.

В Украине с ее высоким качеством человеческих ресурсов можно легко сформировать приличный портфель из инвестиций в энергетику и технологии, считает Джованни Сальветти, управляющий директор банковского дома Rothschild в странах СНГ. “Такая смесь не может не выстрелить”, — поясняет он.

Начиная с 2015‑го в отечественную возобновляемую энергетику — солнечные и ветряные электростанции — зашло $ 1 млрд инвестиций. Такие цифры приводят эксперты Госагентства энерго­эффективности.

Особый интерес к отрасли проявляют норвежские компании, которые имеют опыт и технологическую экспертизу для работы на этом рынке. В сентябре одна из них, NBT, заявила о планах вложить $ 450 млн в строительство 64 ветряных электро­установок в Херсонской области.

В ногу с NBT идет еще один норвежский инвестор — Scatec Solar, который работает в сегменте солнечной энергетики. Акции этой компании торгуются на фондовой бирже в Осло.

Scatec Solar собирается вложить в проекты украинской солнечной энергетики 274 млн евро. “Украинская экономика движима позитивным импульсом и имеет большие амбиции для продолжения роста, о чем свидетельствуют свежие макроэкономические данные, — указал в письме НВ Миккель Торуд, финансовый директор Scatec Solar. — Мы планируем наращивать портфель инвестиций на этом растущем рынке”.

Подобным инвесторам интересны украинские высокие тарифы на зеленую электроэнергию, объясняет Анатолий Кирилюк, проектный менеджер Норвежско-Украинской торговой палаты. По его словам, окупаемость вложений составляет пять-восемь лет, что очень неплохо. Кроме того, под строительство зеленых электростанций легко получить выгодный кредит, например, от Европейского банка реконструкции и развития.

Приход больших мультинациональных брендов в Украину также дал положительный сигнал международному рынку финансов. Шведские компании IКЕА и H&M, ирландский лоукостер Ryanair появились на берегах Днепра и обратили на страну внимание бизнес-аналитиков со всего мира. А новая программа МВФ стала символом стабильности процесса реформ. Тем более что она, как ожидают аналитики Райффайзен Банка Аваль, будет менее жесткой, чем предыдущая.

Вслед за Ryanair расширили свою работу в Украине другие авиакомпании — Wizz Air, airBaltic, Brussels Airlines. По данным ICAN, структуры в рамках ООН по развитию гражданской авиации, одно рабочее место в авиаотрасли создает 3,5 рабочих места в смежных отраслях — на рынке автомобильных перевозок, в отельном бизнесе. А $ 1 авиаоборота генерирует дополнительных $ 4 в ВВП.

Потенциал очень большой. Но сколько уже об этом можно говорить и ничего при этом не делать
Игорь Митюков,
глава украинского офиса американского банка Morgan Stanley

Правда, без развития украинских авиакомпаний эффект роста рынка воздушных перевозок на экономику страны будет ограниченным, говорит Александр Ланецкий, руководитель консалтинга Friendly Avia Support.

Активизировались инвесторы и в других сферах.

Немецкая компания Bayer построила завод по обработке семян в Житомирской области за $ 200 млн, а американская Cargill продолжает инвестировать в зерновой терминал в Одесской области.

Наметился крупный экспансионист и в банковском секторе. Группа ТАС экс-вице-премьера Сергея Тигипко успела приобрести дочку российского Сбербанка — VS Bank, а также Universal Bank у его греческих собственников. Кроме того, на баланс группы перешли кредитные портфели банков Платинум, Новый и Форум.

“В дальнейшем роль банков как основного внутреннего кредитора будет только увеличиваться”, — считает Антон Керановский, директор по инвестициям ТАС.

И аграрный сектор, и банковский нуждаются в технологиях для своего дальнейшего развития. Поэтому, по данным компании GlobalLogic, украинская технологическая отрасль за полгода выросла на 30%. Она и раньше была интересна инвесторам, а теперь и подавно.

К местным IT-компаниям наконец‑то присмотрелся легендарный американский венчурный фонд Andreessen Horowitz. Фонд вместе с партнерами вложил $ 30 млн в украинский стартап People.ai, который предлагает сервисы для менеджеров по продажам.

А финансовая компания из Торонто Brookfield Asset Management вкладывает $ 160 млн во львовский Innovation District IT Park — экосистему для работы айтишников. Как объяснили НВ в Brookfield, ключевой акционер компании Георгий Мигаль — выходец из Украины. Он, мол, долгое время следил за родиной и нашел хорошую возможность для вложения денег.

На рынке же недвижимости засветился крупный американской инвестиционный банк Goldman Sachs. Вместе с украинской инвесткомпанией Dragon Capital он вложился в покупку киевского торгово-развлекательного центра Аладдин, бизнес-центров Platinum B и Horizon Park.

Экономический рост мог бы быть существенно большим, если бы иностранные инвестиции составляли не 1,5% ВВП, как сейчас, а хотя бы 5% ежегодно, подчеркивает Белан из Dragon Capital.

Даже некоторое улучшение в рейтинге Doing Business, на который обращают внимание инвесторы и бизнесмены, особо не обнадеживает. Недавно Украина поднялась там на пять позиций и сейчас у нее 71‑е место из 190 возможных. Однако многие развивающиеся страны находятся существенно выше. “Учитывая место, где мы были до этого, это стояние на месте”, — подчеркивает Амелин из Украинского института будущего. Прогрессом, по его мнению, был бы рост на 50 позиций.

В январе в дни Всемирного экономического форума в Давосе в одном из местных отелей висел плакат с рекламой Индии. На нем был написан такой месседж: Индия означает бизнес. Повышение на 30 позиций в Doing Business за 2017‑й. Только подобный порядок прогресса интересен миру, резюмирует Амелин.

Добиться чего‑то подобного можно было бы либерализацией, укреплением правосудия, а также запуском рынка земли. Последний шаг поможет не столько в деле продвижения вверх в рейтинге Doing Business, сколько даст мощный экономический эффект.

Игорь Митюков, глава украинского офиса американского банка Morgan Stanley, без устали повторяет на всех деловых встречах: стоит лишь запустить землю в оборот, как аграрный сектор начнет расти невероятными темпами.

По оценкам Всемирного банка, отмена моратория на продажу сельскохозяйственной земли, который много лет подряд продлевает Верховная рада, может дать до 1,5% роста ВВП ежегодно.

Украина же пасует как в этом, так и во многих других вопросах. Порою — в самых неожиданных.

Нацбанк в своем инфляционном отчете отдельно подчеркнул трудности в железнодорожной отрасли, которая остается ключевым элементом транспортной системы страны. Производствам не хватает вагонов, чтобы вовремя и в полном объеме доставлять грузы. А государственная Укрзализныця — слишком неповоротливая структура, чтобы решать такие проблемы оперативно, говорят в Министерстве экономики.

Многие железнодорожные пути заставлены вагонами и вредят нормальному транспортному процессу, говорит Максим Нефьодов, первый замминистра экономики. “Это безумие, — считает чиновник. — Ситуация с железной дорогой отнимает проценты от ВВП”.

Поэтому в ответ на вопрос о том, как ускорить экономический рост страны, эксперты называют давно всем известные вещи — провести структурные реформы, приватизировать гос­компании и побороть коррупцию.

“Природная производительность труда в Украине выше, чем текущий экономический рост, — уверен Митюков. — Поэтому потенциал очень большой. Но сколько уже об этом можно говорить и ничего при этом не делать?”

Впрочем, хотя бы часть оте­чественного бизнеса как раз не настроена бездельничать, что и является главным экономическим позитивом для страны. “Начиная с 2016‑го в Украине наступило лучшее время расширяться, — говорит Давиденко из Медтехники. — Во-первых, время занимать освободившиеся после россиян ниши. А во‑вторых, опередить тех, кто все еще выжидает”.