Назад в девяностые

В конце 90-х жизнь все еще напоминала советскую – обшарпанные здания, дырявые дороги, на них – ЗИЛы и «Лады», продолжает автор. Но приметы капитализма уже прорывались в нашу жизнь в виде мобильников, вывесок «супермаркет» вместо «сельпо», импортной техники. К концу 2000-х дух СССР из атмосферы почти выветрился, и нам (и не только москвичам) стало казаться, что мы живем почти в Европе.

Мы думали, что мы это заслужили. Заработали своим трудом, своими руками, своими мозгами, отмечает колумнист. Но это была иллюзия. Не заработали мы ни на «Вдову Клико», ни на фуа-гра, ни, по большому счету, на iPhone 7. И то, что мы сейчас всего этого помаленьку лишаемся, не кризис и не катастрофа, это просто приведение ситуации к норме. Мы начинаем жить по средствам, а наши средства становятся адекватными нашей производительности.

В России, пишет Бирюлин, появилось целое поколение бизнесов, придумавших, как красиво изъять избыток кэша из кошельков россиян, не знающих, чего бы им еще захотеть. Горячие туры на Сейшелы всего за $10 тыс., курсы личностного роста и строительство пошлых особняков для тех, кто побогаче. Экзотические виды спорта, поддельные вина, рестораны инопланетной кухни и имидж-консультанты для электората со средним доходом. «Серый» бизнес по продаже очереди в автосалон за популярной иномаркой. Да, Карл – продажа места в очереди за Suzuki Grand Vitara за три тысячи долларов! Многочисленные кафе, где «барриста» (прошедший апгрейд таксист) предложит вам кофе «из Бразилии», а сомелье (недавний выпускник ВУЗа) поможет разобраться в «карте вин».

Рынок труда вскипел. Менеджер по продажам в Москве заколачивал больше, чем коммерческий директор в Польше. Коммерческий директор больше, чем владелец завода в Италии. Выпускники ВУЗов на собеседованиях требовали оклад в 2000 евро, корпоративный iPad и свободный график.

Однако, как говорил Уоррен Баффет, когда начинается отлив, становится видно, кто купался голым. У нас вышел еще больший конфуз – одетых на нашем диком пляже обнаружилось крайне мало. Выяснилось, что тысячи компаний могут не то что развиваться, но хотя бы просто выживать исключительно в условиях, когда каждый день всего становится больше – клиентов, выручки, маржи. Когда рост рынка опережает рост инфляции и затрат. Когда можно не изучать рынок, не заниматься маркетингом и не создавать УТП. Зачем тебе маркетинг, если у тебя очередь? Но в 2014-м году эта сказка закончилась.

Внезапно очнувшееся население, оказывается, не разучилось жить скромно, и на падение доходов и рост цен отреагировало стремительно. «Маффин» внезапно снова оказался кексом, а весовая безымянная гречка в магазине-дискаунтере вдруг стала казаться вкуснее, чем из брендованного пакетика дорогой бумаги. Потребитель снова вспомнил, как стричь усы ножницами перед зеркалом и печь пироги с творогом (то есть «чизкейки»), а также решил, что на новый год вполне можно обойтись и без фуа-гра. С точки зрения потребительских паттернов мы вернулись назад в 90-е, когда рациональность в принятии решений одерживала верх над эмоциями на фоне всеобщей бедности, заключает автор.

Полную версию колонки Святослава Бирюлина читайте на Snob.ru