Навальный и протесты в России: что изменилось

В России состоялись протесты против коррупции, спровоцированные расследованием политика Алексея Навального о премьер-министре Дмитрии Медведеве.

Прежде всего, вместе с этими митингами появились новые факты. Первый – Навальный стал федеральным политиком. Так или иначе, о нем заговорили, как минимум, в ста городах, в некоторых из них митинги не происходили годами. О нем говорят в местной прессе, на кухнях, на работе, в транспорте. Это стало фактом общественной жизни.

Во-вторых, Навальный смог навязать свою повестку дня. Он смог пробиться из узкой сферы, где действует так называемая оппозиция, к более широким массам. Это показывает, что он политик, в отличие от всех мастеров разговорного жанра, к которым принадлежат Явлинский, Зюганов, Жириновский и многие оппозиционеры, Навальный – политик. Он – политическое животное, со всеми плюсами и минусами этого явления. Он и опасен, и интересен. Он – популист, прагматик, перешедший к более современному политическому формату: вместо того, чтобы обильно и красиво рассказывать о "кровавом путинском режиме", он действует в современном формате, понятном молодежи.

Навальный переформатировал процесс, сделав его проектным, узкоспециализированным, персонифицированным, с понятными целями и системой оценок. Можно 10 лет рассказывать, какой нехороший путинский режим. Но достаточно режиму сказать, что человек это рассказывает за деньги Госдепа и вопрос закрывается. А Навальный не говорит о путинском режиме вообще ничего. Он говорит конкретно про Медведева, сколько тот украл, про конкретные кроссовки. Он действительно человек новой политической культуры, которая считывается новым политическим классом. Поэтому Навальный – единственный оппозиционный политик на сей момент.

Его проектная повестка дня понятна: людям не нравится Медведев, они на нем сфокусировались, потом стали еще конкретнее и сфокусировались на его кроссовках и домах. При этом речь не идет о классовой сущности, несправедливости. И тут они говорят: "Вот смотрите: собственность есть, человек там живет, стоит 70 млрд. рублей, Следственный комитет, вы не хотите этим заняться?". Последний отвечает "Нет". В этот момент проект достиг малой цели: объяснить суть нынешнего режима. А если им придется убрать Медведева – то он достигнет большой цели. И в этом смысле Навальный оказывается в позиции, с которой власти приходится считаться, поскольку этот политик взломал систему.

Третья характерная черта российских митингов в том, что больше половины участников – люди до 30 лет. В нашей стране никогда не было зафиксировано такого активного молодежного протеста. Все движения, которые финансирует государство, например, "Наши", "Смысл времени", фальшивые. А здесь пришли люди, у которых картинка мира устроена по-другому.

Еще одно важное новшество Навального – он практически решил проблему финансирования своего движения. Если его фильм просмотрели 15 миллионов человек, и каждый из них прислал по рублю, или каждый сотый прислал по сто рублей, то у Навального появляется 15 млн. Все свое расследование политик сделал за полмиллиона, так что для него это реальные деньги. Таким образом, он становится сильным, независимым и опасным игроком. Это значит, что появились причины тревожиться и за него, и за его семью. Те, кто играет против Навального понимают, что не могут остановить его по закону. А, по своему менталитету, они легко выходят за рамки закона.

Навальный выступает реальной альтернативой Путину, не называя того по имени. Он не касается Путина, и это дает основания противникам самого Навального говорить, что тот – путинский проект. Но должно быть понятно, что если идет атака на премьер-министра, который так или иначе человек Путина, то косвенно это разбивает и путинскую вертикаль. Навальный не делает лишних шагов, он концентрирует удар в одном направлении, в отличие от всех остальных. И, видимо, это – правильная стратегия.

Из этого следует, что у Путина появляется настолько сильный оппонент, что может не играть в путинскую повестку дня, а навязывать свою. Навальному не дают начать свою избирательную кампанию, а он ее начинает: открывает в десятках городов "Штабы проведения избирательной кампании" (именно с таким названием). В результате рушится путинская модель голосования 18-го года, когда вопрос должен был ставиться очень просто: "Ты за Путина и за Россию или против". Нужно было выбирать между понятием "Путин и Россия" и кем-то другим, безымянным. Желательно, чтобы это было Путин – и пустота. Эту конструкцию в российском медийном пространстве выстраивали уже 15 лет. У Путина такой высокий рейтинг, потому что ему оппонирует пустота. И вдруг оттуда появляется человек по имени Навальный, что радикально меняет картинку. Теперь можно выбирать между двумя игроками и двумя системами ценностей. Для путинской вертикали это недопустимо.

Навального сейчас будут уничтожать и как личность, и как политического игрока, может быть, как человека (как это было с Немцовым). В рамках закона с ним ничего сделать нельзя, потому что люди имеют право выходить на митинг, а Навальный – высказывать свои суждения.

Несмотря на это, вряд ли власть станет преследовать участников протеста. Путин глубоко и искренне презирает демократию, поскольку рассматривает людей, как объект манипуляции. Поэтому полиция не воюет с людьми, которые вышли на улицу. Она их изолирует, развозит, сажает в автозаки, но слишком сильно не бьет, не стреляет – просто рассеивает. Так происходит, потому что руководители прекрасно знают, что проблема в лидерстве. Если нет политического лидерства, то этот уличный протест выдыхается.

Люди старшего поколения устали ходить на эти митинги, а для молодежи это в первый раз. И здесь задача Навального: придумать что-то, чтобы не потерялся драйв. Он это может, потому что у него есть реальная мотивация: он действительно хочет власти, в отличие от остальных, которые лишь делают вид, что хотят. Он действительно политическое животное, которое все время думает о том, как усилить свои политические позиции, это – главный смысл его жизни, и только этим он занят. И именно это отличительная черта политика: постоянно думать о том, что делать дальше. Его задача – придумывать мобилизующие, мотивирующие форматы, и он с ней справляется. В отличие, например, от Явлинского (лидер партии "Яблоко" – НВ), который пытается бороться за Исаакиевский собор, тогда, когда большинству без разницы, кому принадлежит собор, пока он там продолжает стоять и можно войти. Это все выдуманное, ненастоящее, а Навальный – настоящий.

Поэтому говорить про будущее протеста без будущего Навального бессмысленно, и власть понимает, что его надо изъять из этого процесса. Конечно, сам процесс еще будет где-то проявляться, но не будет мешать. А если Навальный останется и будет раскачивать (а он будет, это его работа), то протест приобретает и имя, и смысл, и цель. Для протеста нужен лидер, если его нет – то и протеста нет. Поэтому я не думаю, что Кремль станет преследовать участников, как было после 2012-го года. Но уже одному полицейскому нанесли удар по голове, и это очевидная провокация, теперь начнется уголовное дело. Вопрос в том, чтобы специально обученные люди это дело дотянули до организатора митинга. Это один из вариантов. Второй: 17 сотрудников штаба Навального арестованы. В Кремле не считают митинг чем-то страшным, независимо от того пришла тысяча или 10 тысяч человек. У них разработан сценарий: одного полицейского ударить по голове, чтобы начать дело, и одновременно арестовать штаб. А потом что-то могут найти, подбросить. Я думаю, сейчас будут клеить уголовные дела, чтобы уничтожить этих людей, выдавить из страны, запугать или посадить.