Мой вопрос Дональду Трампу

Если можно сформулировать худшие опасения, которые поднимаются в американских СМИ, внешнеполитическими экспертами и внутри продемократически настроенной украинской диаспоры в США по изменению внешней политики США после победы Дональда Трампа, то они будут следующие.

Первый международный визит новоизбранного президента — в Москву. Заключение соглашения с Владимиром Путиным. Снятие санкций США с России, дают России полную свободу действий в Европе. Россия, вместо этого, прекращает летать в опасной близости от американского флота. Подпись, две печати.

Дальше — в Брюссель. НАТО должно само платить за свою защиту. Друга Володю — не трогать. Американские дивизии возвращаются в США.

Пекин — пересмотр торговых соглашений. И домой — строить стену на границе с Мексикой.

Москва действительно прекращает свои воздушные выкрутасы — самолеты нужны, чтобы бомбить Киев. Тот не хочет по-хорошему возвращаться к братскому народу, и в Украине пассивная фаза войны переходит в активную. Российские танки входят сначала в Эстонию, Литву и Латвию. Остальная Европа, разделенная изнутри и извне, лишена американской поддержки, молчит. Полностью под российский контроль отходит Черногория.

Тем временем, Китай начинает торговую войну с США и обычную — за контроль в Южно-Китайском море. А также переходит границу с Россией, начиная ползучую оккупацию Сибири. Москва, занятая военными действиями в Европе, делает вид, что ничего не происходит. Китай наращивает свой экономический и военный потенциал, становится мощной нацией мира, враждебной к Соединенным Штатам.

Тем временем Исламское государство после распада коалиции во главе с США захватывает новые территории Ирака, Сирии, Ливии, расширяя границы своего брутального халифата. Мусульмане видят, что основное пророчество, на котором строится идеология Исламского государства, сбывается. Конец света — вот он! Ряды боевиков-исламистов растут. В Европе и на Ближнем востоке полыхает война.

Тем временем американские телеканалы перенесли свои операционные центры на юг страны, транслируя в прямом эфире «Строим стену с президентом Трампом».

Итак вопрос. С какой стороны вы начнете строить стену: с востока на запад или с запада на восток?

***

Конечно, это — абсолютный worst-case scenario. Случай, когда сбываются худшие ожидания. Те заявления, которые сегодня звучат, могут смениться новыми. Решение в демократических странах проходят немало этапов утверждения, на них влияет большое количество информированных людей.

Но если бы мне таки представилась возможность задать вопрос Дональду Трампу, то я бы спросила: может ли Украина рассчитывать на то, что США продолжат оставаться важным стратегическим партнером, а Москва будет вынуждена соблюдать свои международные обязательства, платить по счетам и сдерживать свои внешнеполитические амбиции?