Климатический саммит СОР27 и Украина
Почему следует говорить об участии Украины в климатическом саммите даже во время войны?
Для Украины сейчас важна любая международная площадка высокого уровня, ведь там можно еще раз привлечь внимание мирового сообщества к нападению России на наше государство. Форум, на который приезжают лидеры почти всех стран мира, включая президента США Джона Байдена, президента Франции Эммануэля Макрона и канцлера Германии Олафа Шольца, будем считать достаточно весомым. И климатический саммит COP27, завершившийся в ночь с субботы 18 ноября на воскресенье 19 ноября, был именно таковым.
СОР27 (Conference of parties) — встреча сторон Рамочной конвенции ООН по изменению климата. Другими словами это ежегодное событие, на котором страны — члены ООН договариваются, как реагировать на изменение климата. В этом году эта встреча состоялась в Египте, в Шарм Эль-Шейхе с 6 по почти 20 ноября. Почти, потому что переговоры на этот раз завершились в ночь с субботы на воскресенье.
Качество принятия решений делегатами и делегатками в три утра после недели недосыпания, когда половина коллег уже уехали домой и мысли заняты тем, как бы не пропустить собственный самолет, потому что переговоры должны были закончиться еще в пятницу, соответствующий. В целом найти худшее место для климатического саммита, где страны должны договориться об определенных ограничениях, чтобы не вредить климату и планете, чем Шарм Эль-Шейх — образец потребления, было бы трудно.
О чем (не)договорились во время климатических переговоров в Египте
Чтобы не говорили, что СОР27 провальный, страны все-таки пришли к компромиссу и решили создать Фонд по финансированию убытков и расходов для наиболее уязвимых стран. Заметьте, что конкретного перечня и определения этих стран нет, поэтому к моменту, когда Фонд заработает на практике, еще пройдет какое-то количество времени. Однако Украина вряд ли (я бы сказала точно, но нет ничего невозможного) войдет в список стран, которые смогут рассчитывать на средства этого Фонда.
Украина не столь уязвима к последствиям изменения климата
В других переговорных вопросах нет существенного прогресса, а иногда даже есть разочарование и чувство отката назад. Формулирование по сокращению использования ископаемых топлив слабее, чем в решении в Глазго в 2021 году. Страны не смогли договориться о необходимости сокращения использования нефти, угля и газа в энергетике. Прогресса по созданию рыночных механизмов в рамках статьи 6.4 Парижского соглашения также нет, это означает, что на коммерческих условиях отдельные учреждения или предприятия пока не смогут начать воплощать проекты по сокращению выбросов. А все потому, что у участников и участниц переговорного процесса не хватило духу в начале отбросить неадекватные предложения, вроде геоинженерии, как помогающие предотвратить изменение климата, и в итоге время было потеряно.
Украинским предприятиям или отдельным организациям было бы интересно, чтобы этот рыночный механизм заработал, ведь в рамках Парижского соглашения это открывает путь для генерации единиц сокращения выбросов, которые могут быть проданы. То есть организация А в Украине могла бы реализовать проект, позволяющий сократить выбросы, зарегистрировать этот проект как таковой в рамках статьи 6.4 Парижского соглашения, установить эквивалент единиц сокращения выбросов и продать эти единицы организации Б в Украине или где-либо, которая должна сократить собственные выбросы или хочет озеленить свою репутацию и задекларировать, что она противодействует изменению климата.
Африканский контекст
Однако это интересно Украине. Но не столь актуально для развивающихся стран, особенно на Африканском континенте. Важно понимать контекст. Мы для развивающихся стран развитая индустриализированная страна, ответственная за выбросы. Представители африканских стран на событиях с участием украинок публично заявляли, что «улыбаются», когда мы говорим об отключении электроэнергии на время, потому что у значительной части населения Африки доступа к электроэнергии до сих пор нет. Поэтому всегда очень важно иметь правильные формулировки, учитывающие контекст. Гораздо лучше воспринимались посылы о борьбе украинцев и украинок против российских «колонизаторов».
В это же время развитые и богатые стране, многие из которых уже являются нашими партнерами, в контексте климатических вопросов должны выбирать кому оказывать поддержку на сокращение выбросов и адаптацию: Украине или странам Африки, или, например, островным государствам, которые исчезают под водой из-за поднятия уровня мирового океана И здесь 0:1 не в нашу пользу, потому что Украина не столь уязвима к последствиям изменения климата, а также опять же с исторической точки зрения является индустриализированным государством. Поэтому, когда мировое климатическое сообщество требует справедливого финансирования от развитых стран, Украина не имеется в виду как реципиент. Надо быть осторожными на таких площадках с высказываниями о том, что Украина нуждается в климатическом финансировании и не сможет самостоятельно воплотить планы по сокращению выбросов.
Также Украина маленькая страна, чтобы влиять на переговорные процессы, выдвигать условия или вступать в торги, которые здесь называются «климатической дипломатией». У нас, к сожалению, способность института климатической дипломатии пока ограничена, однако в этом году с украинским павильоном на СОР27 это был значительный шаг вперед. Как и объявление Украиной инициативы по «зеленым зерновым путям» и «унифицированным подходам для вычисления вреда для окружающей среды от вооруженных конфликтов». Хотя опять же, с точки зрения климатической дипломатии, эти инициативы могли иметь больший успех, если бы были более качественно заранее проработаны.
В то же время, в таком направлении следует двигаться. На международных событиях такого уровня следует выдвигать собственные инициативы, становиться трендсеттерами и устанавливать амбициозные планки, демонстрируя лидерство (в этом случае в вопросах противодействия изменению климата). Тогда Украина станет субъектом переговорного процесса на собственных условиях. А для этого мы как государство должны сами для себя в первую очередь осознать риски и последствия изменения климата, а в противоположность преимущества от сокращения выбросов и социально-экологической трансформации. И перспектива послевоенного обновления раскрывает широкое поле для реализации экологических и климатических подходов. Но оставим тему «зеленого» восстановления на следующий раз.
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Погляди НВ
