Что может сделать Гончарук
Украинский премьер говорит правильные и возбуждающие воображение вещи о реформировании страны, но сталкивается с вызовом — быть исполнителем чужой воли или продавливать собственные решения
За последние пару месяцев я прослушал четыре полновесных выступления премьер-министра Украины Алексея Гончарука. Это произошло на форуме YES, на лекции НВ «Диалоги о будущем», на инвестфоруме в Мариуполе и на Киевском экономическом форуме.
Гончарук неплохо умеет формулировать современное видение структурных реформ в Украине. Он хорошо и правильно связывает стоимость кредитных ресурсов с актуальностью судебной реформы, а реформу Госгеокадастра — с функционированием здорового рынка сельскохозяйственной земли.
Вот только звучит Гончарук, скорее, как исполнитель воли президента Владимира Зеленского и партии Слуга народа, чем самостоятельный лидер правительства страны, мечтающей об экономическом росте и привыкшей завидовать Польше, Эстонии и Литве. Не надо Гончаруку звучать как исполнителю. Страна ждет от него, что он осмелится быть неудобным лидером. Неудобным для тех, кто ведет кулуарные договоренности. Для тех, кто пугает его отставкой в случае нелояльности.
В Гончаруке чувствуется либерал. Исповедовать либеральные принципы политического управления непросто. Как только ты надеваешь на себя приталенную рубашку стопроцентного либерала, она местами жмет. Но походив в ней, ты понимаешь, что это на самом деле единственная одежда, которую ты можешь носить.
Что-то подобное происходит и с Гончаруком. Работая в BRDO, он легко говорил правильные вещи об экономике, ведь не ощущал никакого давления сверху. Неудобства возникали, но только лишь в формате поиска решений на проблемы экономического и политического развития Украины.
Сейчас же, будучи премьером, Гончарук оглядывается назад — на тех, кто дал ему это кресло. Это и президент Зеленский, и партия Слуга народа. И вот чем дальше, тем меньше будет хотеться оглядываться назад. Возникнет еще больше желания стоять на своем, идти вразрез командам сверху, чтобы таки попробовать вырвать страну из порочного круга коррупционных обязательств в стиле «ты — мне, я — тебе».
Партия Слуга народа — это высоко волатильная политическая среда, где набирают мощности центробежные силы. В этом есть и риски, и возможности. Риск в том, что турборежим принятия нужных решений может дать сбой вот уже. Возможность в том, что конструктивная часть Слуги народа захочет создать новую коалицию взглядов и позиций, но не на основе признательности бренду Зеленского, который провел этих людей в парламент, а на основе желания выстроить в стране все так, как этого изначально хотелось, когда еще даже не планировал баллотироваться в депутаты.
Риторика у премьера остается вполне здравой, но вот только есть и страх насчет того, что единственный аргумент в возможном противостоянии взглядов с Офисом президента и с партийным большинством — это угроза подать в отставку. Но в Верховной Раде и у президента такой угрозы могут в решающий момент и не испугаться.
Рынок кадров, способных взять на себя роль премьера проблемной страны, небольшой, но он все же есть и он политически ликвиден. Всегда найдется тот, кто сможет не хуже Гончарука говорить о капитализации Украины и уменьшении роли государства, но в то же время пойдет на куда большие компромиссы с верхушкой — будь-то приватизация Центрэнерго, будущее государственных банков или составление госбюджета.
В теории премьер должен быть однозначно самостоятельной фигурой. Его обязательства — только перед страной, а не перед политической элитой. В украинской практике премьер редко был самостоятельным на 100%. Ты зависишь и от парламента, который голосует за твои законопроекты, и от настроений крупного бизнеса — другими словами, от олигархов и глав госкомпаний.
Так, Арсений Яценюк и его правительство работало в связке с Петром Порошенко и его политсилой, чей рецепт был — пиариться на бюджетных инвестициях в армию, забывая о размере госдолга и борьбе с коррупцией. А Владимир Гройсман, к примеру, никак не мог найти и воплотить в жизнь нужное стране решение в вопросе агродотаций, продолжая накачивать бюджетными деньгами крупные агрохолдинги.
Сейчас же задача премьер-министра заключается в том, чтобы не впасть в зависимость от необходимости быть популярным, приемлемым, понятным, поддерживаемым. Чтобы не думать о том, что будет, если придется терять должность. Чтобы не ввязаться в сложную и длинную позиционную борьбу по мелким вопросам, проигрывая позиции по крупным, очевидным и актуальным вещам — таким как рынок земли, приватизация, судебная реформа и реформа энергетического рынка.
Очень не хотелось бы, чтобы Гончарук, имея за собой самое молодое правительство в истории страны, принялся договариваться о формате компромиссов вокруг тех резких реформаторских решений, которых требует украинская экономика. Он сказал правильные вещи о будущем Укрспирта и Укрзализныци. Страна поверила и очень не хотела бы разочароваться. Разочарование грозит вылиться в усиление эмиграционных потоков и рост популярности пророссийских и популистских политсил.
Поэтому, раз назвался груздем — полезай в кузов. Взял на себя должность премьера — отстраивай экономику, которая бы апеллировала не к угольно-сталелитейному потенциалу, которого на самом деле не так и много, а к аграрным технологиям, цифровизации и всему тому, где украинский креативный класс может создавать качественную добавленную стоимость.
Умение быть исполнителем ценится на низовых уровнях политической иерархии. Функции премьера — это о том, как задавать нужные параметры изменений и руководить ими. А если что-то пойдет не так — есть крупные медиа, которые предоставят свои площадки, чтобы премьер объяснил, кто и что ему мешает менять страну.
Рубашка либерала — особый наряд. Ей рады в Брюсселе и Вашингтоне, но ее можно серьезно испачкать или даже порвать в украинской политической борьбе. Однако бояться этого не стоит. Украинское общество доросло до того, чтобы ценить настоящие реформы и не забывать тех, кто их делает.
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения НВ
