Когда мы все умрем?

Утверждение о том, что человечеству осталось жить чуть больше десятилетия в силу изменения климата, строится на недопонимании. В 2018 году в довольно сложном для восприятия докладе Межправительственной группы экспертов по изменению климата предупредили, что нам пора ограничить выбросы диоксида углерода (CO2) до 2030 года на половину, чтобы избежать глобального потепления на 1,5 градус Цельсия выше уровня, наблюдавшегося до начала промышленной революции.

Грубо говоря, это значит примерно следующее: «У нас есть около 12 лет до того, как спасение климата станет по-настоящему дорогим и сложным».

Человечество сможет всё еще жить в таком мире, но для этого потребуется больше усилий, и под угрозой окажется множество человеческих жизней. И это будет непросто, ведь в текущем столетии мы сталкиваемся с множеством проблем одновременно и более зависимы друг от друга, чем когда-либо.

Под давлением

Для получения продовольствия большинство из нас полагаются на глобальные транспортные, платежные и логистические системы. Они же, в свою очередь, нуждаются в топливе, электричестве, коммуникациях и многом другом.

Все эти системы связаны между собой, поэтому, если одна выходит из строя, создавшийся хаос дестабилизирует и другие системы и до того, как мы успеем опомниться, разовьются конфликты и возникнет ощутимая нехватка ресурсов.

Сложно подсчитать риски, так как подобного ещё не происходило. До недавнего времени мир был разделен на отдельные регионы, которые в большинстве своем были независимы друг от друга.

Но, как известно, изменение климата ставит под угрозу весь мир — повсюду и в один и тот же момент — делая крах этих систем ещё более вероятным.

Например, бизнесам легче обеспечивать кибербезопасность и поставку энергии тогда, когда им не нужно так же справляться с природными угрозами. Таким же образом, властям сложнее поддерживать инфраструктуру, когда политики заняты реакцией общества на повышение цен, потоки беженцев и экологический кризис.

Обеспечивая устойчивость

Геоинженерия может снизить влияние глобального потепления — например, уменьшая уровень СО2 или закачивая отражающие частицы в атмосферу земли для отражения солнечных лучей. Но если в результате бедствия, эти процессы остановятся — эффекты изменившегося климата быстро вернутся.

Разумным шагом было бы сделать наши системы более устойчивыми — и для этого есть множество возможностей. На практике, это значит, что нужно создавать больше местных источников энергии, развивать системы экстренного восстановления, стараться уменьшить климатические изменения и платить больше за безопасность.

Катастрофы и болезни

Что же на счет других угроз для человечества? Хотя природные бедствия, такие как землетрясения, цунами, вулканы и ураганы могут быть разрушительными, они представляют собой относительно малую угрозу для выживания человеческого вида.

Угрозы достаточные для того, чтобы весь вид вымер, встречаются довольно редко. Типичный вид млекопитающих выживает на протяжении около миллиона лет, так что риск составляет примерно 1 на 1 000 000 в год.

Столкновения с астероидами и супервулканы вероятны, но они слишком редки, чтобы о них беспокоиться. Но несмотря на это, планировать как отразить крупный астероид или прожить без земледелия десятилетие — разумный шаг.

Пандемии хуже. В 1918 году грипп убил десятки миллионов людей по всему миру. То и дело появляются новые вирусы гриппа, и нам стоит ожидать большую пандемию как минимум раз в 100 лет.

За последнее столетие, мы существенно развили медицину (что снижает риск заболеваний), но мы также и больше путешествуем (что увеличивает риск распространения болезни). Природная пандемия вряд ли уничтожит человечество, так как почти всегда есть кто-то, у кого иммунитет. Но пандемия всё равно может нанести серьезный удар по мировому сообществу.

Технологическая атака

Биологическое оружие, использующее бактерии, вирусы и грибки для причинения вреда людям или агрокультурам — это другая проблема. К счастью, оно редко применяются в военных целях, но может стать более опасным в ближайшем будущем, поскольку развитие биотехнологий удешевляет модификацию организмов и автоматизацию лабораторных работ.

По мере роста доступности этой технологии, возрастает и риск использования её как «машины судного дня» различными режимами, для того, чтобы отвадить другие государства от попытки их свергнуть. На данный момент риск ничтожно мал, но будет постепенно увеличиваться, пока мы не изобретем лучших путей для определения патогенов на ранних стадиях. Нам нужно наблюдать за рискованными биотехнологиями и проводить аккуратную дипломатическую политику для обеспечения безопасности государств.

Возможно, наибольший риск для человечества — это ядерное оружие. Лично я считаю, что риск ядерной (необязательно приводящей к концу света, но от этого не менее ужасной) войны где-то между 1:100 до 1:1000 ежегодно. Этот риск растет и падает в зависимости от напряжения между странами и компетенцией тех, кто управляет системами раннего предупреждения.

В Институте будущего человечества в Оксфордском университете, мы много работаем над искусственным интеллектом (ИИ). Как и с биотехнологиями, сейчас риск минимален, но он может возрасти по мере улучшения ИИ, поэтому стоит работать на опережение.

Разработка механизмов, которые обеспечат безопасность ИИ и использование этой технологии с пользой для человечества, может сберечь финансы в долгосрочной перспективе и вряд ли ухудшит ситуацию. Повторюсь, возможность катастрофы, связанной с ИИ неизвестна, потому что шансы зависят от уровня нашей подготовки.

Я не могу рассчитать вероятность подобной мировой катастрофы.

Но шанс того, что это скоро произойдет, достаточно велик. Поэтому пора исправлять ситуацию — следя за тем, чтобы власти ответственно использовали ИИ, заменяли ископаемое топливо, строили планы и системы восстановления, децентрализуя основные системы и так далее. Усилия стоят того, даже если риск один на миллион: мир слишком ценен и будущее, которым мы рискуем — огромно.

Перевод НВ

Новое Время обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок The Conversation. Републикация полной версии текста запрещена.

Оригинал опубликован на The Conversation

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени