Манна небесная

Советский народ воспринял сталинский план по изменению природы с помощью лесополос на ура. И не только из‑за свойственного по тем временам трудового энтузиазма. Правительство пообещало беспрецедентную систему поощрений. Украинский историк Анна Чепурда пишет, что за выполнение лесопосадочных работ вводилась оплата деньгами вместо принятых тогда трудодней — по ним рассчитывалась доля каждого работника в выработке всего колхоза, выплачиваемая прежде всего натуральными продуктами.

За приживаемость 80% деревьев устанавливалась премия 100 руб. за каждый гектар лесопосадок, а за 85‑процентный успех — 150 руб. При сохранности посадок второго и третьего годов на 80% вводилась дополнительная премия 75 руб. за каждый гектар. На работах в питомниках при перевыполнении плана по выращиванию саженцев разрешалось выдавать колхозникам премии в размере 50% от стоимости внеплановой продукции. Бригадиру же каждого участка начислялись дополнительные 3% от общего количества трудодней, заработанных отрядом.

То, как в те годы выглядел обычный заработок колхозника, описывает российский историк Елена Евсеева: “В 1950-55 годах по стране на один трудодень средняя выдача составляла 1,4-1,8 кг зерна, 0,2-0,4 кг картофеля, 1,44-1,88 руб. денег”. Несложно посчитать, с чем оставался крестьянин при условии, что минимальное количество трудодней за год колебалось в пределах 150-200. Ко всему, приведенные Евсеевой цифры — это еще самый оптимистический зарплатный тариф: в первые послевоенные годы на трудодень получали по 100-200 г зерна, а денег и вовсе селяне не видели.

А ведь в те времена существовала еще и немыслимая система налогов. В 1947‑м в среднем крестьянский двор в СССР в год платил до 370 руб., а в 1951‑м — уже 519 руб. Кроме того, существовал и продовольственный налог — мясом, яйцами, молоком. Даже за фруктовые деревья в собственном дворе крестьянам приходилось платить.