Уничтожить флот РФ. Насколько эффективны морские дроны и будут ли ВСУ использовать их для контрнаступления — экспертное интервью

Россия обвинила во взрывах Украину и Великобританию. Впрочем, Киев официально не подтвердил причастность к этим атакам, а Лондон, в свою очередь, отверг обвинения в свой адрес.

А через две недели после осеннего инцидента президент Украины Владимир Зеленский инициировал сбор средств на первый в мире флот морских боевых дронов. И в первую неделю через фандрейзинговую платформу UNITED24 были собраны средства на 25 из 100 запланированных дронов, каждый стоимостью 10 млн грн.

15 марта во время встречи с представителями американских СМИ Зеленский рассказал о нескольких успешных технологиях, которые применяет Украина против РФ. «Также сработало такое ноу-хау для нас как морские дроны. Это была отдельная история, и у нас был определенный результат», — подчеркнул украинский лидер.

О том, какой может быть эффективность использования морских дронов против Черноморского флота РФ и когда Украина начнет полноценно применять это оружие в войне с российскими захватчиками, NV расспросил военно-политического обозревателя группы Информационное сопротивление Александра Коваленко.

— По вашему мнению, насколько эффективными могут быть морские дроны-камикадзе в войне против РФ?

— Они уже свою эффективность продемонстрировали. Как я понимаю, инцидент, который произошел [29 октября 2022-го и 22 марта 2023-го] в Севастопольской бухте, связан именно с такими дронами.

Впрочем, сегодня мы еще не можем говорить об их применении в полном объеме, когда можно было бы эти средства поражения использовать на максимальной мощности. Думаю, мы сможем это сделать, когда полноценно выйдем к [побережью] Азовского и Черного морей. Именно тогда будет более эффективное использование таких дронов из ближайших точек Азовского или Черного морей в направлении временно оккупированного полуострова Крым.

— Это могут быть надводные или подводные версии морских дронов?

— То, что демонстрировали на презентационном ролике [украинского морского дрона], это была надводная версия. Эти дроны вроде бы могут погружаться под воду, но не на долго и не на большую глубину. С другой стороны, нужно понимать, что в современном мире, безусловно, есть и подводные версии. Поэтому в зависимости от того, какая именно цель и боевые задачи, обе версии могут использоваться достаточно эффективно.

— Но ведь есть информация, что после атаки на базу Черноморского флота РФ в бухте Севастополя россияне установили там заградительные сетки, которые якобы уменьшают эффективность применения морских дронов. Как поступать в этом случае?

— Морские дроны можно использовать в открытом море, осуществлять патрулирование, контролировать эту зону и таким образом исключать возможность вывода в открытое море большой группы российских кораблей.

Если мы, например, вернем под свой контроль Скадовск и освободим Железный Порт, то таким образом значительно уменьшим расстояние использования этих дронов, по сравнению с тем, если бы их использовали из Очакова или Одессы, потому что это значительно большие расстояния и меньшая возможность их контролировать в реальном времени. А если для этого использовать Железный Порт или Скадовск, то от них примерно 200 км до Севастополя и чуть больше 100 км до Евпатории. Таким образом, мы сможем значительно уменьшить вероятность уничтожения этих дронов и соответственно повысить их эффективность против российских боевых единиц в открытом море.

— Заявленная дальность поражения украинских дронов — до 800 км, а боевая часть — 200 кг. Этого достаточно для эффективной борьбы против Черноморского флота РФ?

— Да, вполне достаточно. Такой дрон может вывести из строя военный корабль типа фрегат или корвет, не говоря уже о малых ракетных катерах или кораблях. Это действительно достаточно мощное оружие, чтобы нанести вражескому кораблю повреждения и вывести его из строя.

Впрочем, если после освобождения юга материковой части Украины у нас будет возможность выводить эти дроны в Черное и Азовское моря, то возникает вопрос: а что нам мешает комплексно использовать и другие средства поражения? Это могут быть, например, противокорабельные ракетные комплексы, которые радиусом действия до 280 км смогут полностью закрывать временно оккупированный полуостров Крым.

И вот как комплексно это может быть решено. Например, противокорабельные ракетные комплексы наносят удары по бухте Севастополя, из которой панически и в авральном режиме выводятся все российские военные корабли, которых уже в открытом море ждет рой морских дронов, которые начинают отрабатывать по этим кораблям. Поэтому фактически комплексно можно устроить россиянам такой ад, о котором они будут вспоминать не одно поколение.

Нужно понимать, что пока идет война, мы не можем в Черном море полноценно размещать свой флот. Потому что как только у нас появится какой-то военный корабль, минный тральщик или корвет, то сразу со стороны российских оккупантов по нему будет направлена ракетная атака и вероятность, что мы сможем его защитить, не максимальная. Таким образом, для нас использованием морских дронов является временным решением вопроса доминирования в Черном и Азовском морях. Дело в том, что максимально эффективно это можно будет сделать тогда, когда мы будем находиться уже непосредственно на юге левобережной Херсонщины и Запорожской области, то есть полностью на всей материковой части южной Украины.

— Именно этим и можно объяснить, почему длительное время не было информации о применении морских дронов против Черноморского флота РФ?

— А зачем эти дроны тратить? Во-первых, это — недешевое удовольствие. А во-вторых, есть накопительный потенциал. Следует накапливать этот ресурс, чтобы потом массово использовать, когда это будет максимально эффективно. Вот, например, в Севастополе все увидели, на что способны такие средства. Это была ограниченная демонстрация их возможностей, а полная будет чуть позже.

— Вы сказали, что это недешевое удовольствие. Известно, что стоимость одного украинского морского дрона 10 млн грн., то есть почти $250 тыс. С чем такая сумма сравнима?

— Наверное, такая сумма сравнима с бронеавтомобилем — ББМ. Впрочем, любые сравнения не совсем уместны. Вот, например, стоимость российской крылатой ракеты может быть $1−10 млн. И с вероятностью 85% эти миллионы будут уничтожены нашей противовоздушной обороной. Хотя и остается определенная доля вероятности, что выпущенные РФ ракеты смогут нанести удар по какому-то объекту.

А у морского дрона за $250 тыс. есть возможность повредить боевой корабль, который стоит почти в сто раз дороже самого дрона. Поэтому, учитывая это, чтобы остановить боевой корабль, мы можем потратить хоть четыре, хоть восемь таких дронов. Если корабль получит повреждение, скажем, от одного дрона, то Россия долго будет ремонтировать свое судно. А если это будут два-три дрона, то они могут даже полностью уничтожить российский корабль.

— А в мировой истории были еще случаи применения морских дронов или их аналогов?

— Да, в Персидском заливе. Если речь идет об оманском секторе [Оманский залив], то там Иран периодически применяет похожие дроны собственного производства. Хотя это фактически безкипажный катер с большим количеством взрывчатки. Они уже несколько раз атаковали нефтяные танкеры, которые проходили в Персидском заливе из Саудовской Аравии. И это — современная история.