Как "ненависть к Обаме" изменила Уолл-Стрит

Для Уолл-Стрит 2010 год был периодом «ненависти к Обаме», когда финансовые магнаты пришли в ярость от предположения президента о том, что в экономическом кризисе есть доля вины некоторых банкиров. Также, разумеется, банкиров разозлила финансовая реформа Додда-Франка, которая частично ограничила их свободу действий. Оказывается, сильные мира сего – кучка нытиков. Но у этих нытиков есть деньги, которые позволили им «купить» себе Конгресс.

Прежде чем переходить к тонкостям, хочу сказать пару слов об изменениях в мире высоких финансов.

У большинства групп интересов давно сформировались стабильные политические преференции. Угольная промышленность традиционно выступает за республиканцев, тогда как профсоюзы учителей – за демократов. По этой логике можно было бы предположить, что Уолл-Стрит будет симпатизировать республиканцам, которые всегда рады сократить налоги для богатых. Тем не менее, инвестиционщики и фондовый рынок из-за традиционного для Нью-Йорка социального либерализма или же оттого, что котировки акций были выше, когда в Белом доме сидели демократы – исторически делили свои голоса между двумя партиями почти поровну.

Но «ненависть к Обаме» все изменила. Уолл-Стрит оказала колоссальную поддержку кандидату от республиканцев Митту Ромни в 2012 году, и самой Республиканской партии – на выборах в Конгресс в 2014. И эти инвестиции уже начинают окупаться. На прошлой неделе Конгресс принял закон о продлении финансирования американского правительства еще на год. В текст документа включены пункты, которые фактически отменяют часть решений, принятых во время реформы 2010 года.

Сам по себе этот «откат» не означает краха реформы. Но проблема в том, что он демонстрирует, чем будет заниматься новое большинство в Конгрессе: награждать плохих игроков.

Итак, о вышеупомянутом пункте. Одной из ключевых целей финансовой реформы было лишить банки возможности рисковать депозитными деньгами. Почему? Банковские депозиты подлежат обязательной страховке, и это создает хорошо известную проблему «морального риска»: если у банков есть возможность ввязываться в рисковые операции, в случае победы выигрыш получают банки, а вот в случае проигрыша вся тяжесть последствий ложится на налогоплательщиков. Именно так случилось в 80-х после дерегуляции банковских институций.

Закон Додда-Франка был призван снизить этот риск. Одним из его пунктов стал запрет застрахованным банкам инвестировать в экзотические ценные бумаги (что в свое время сыграло ощутимую роль в финансовом кризисе). Теперь этот запрет будет отменен.

Говорить о смерти финансовой реформы еще рановато. По сути, я бы сказал, что регулирование застрахованных банков было скорее побочным эффектом реформ – основными виновниками финансового кризиса 2008 были по большей части незастрахованные учреждения - Lehman Brothers и A.I.G.

Но то, что сделал Конгресс, недопустимо – с этим должны согласиться даже идеологические противники. В конце концов, даже если вы верите (несмотря на все уроки истории) в то, что финансовым организациям нужно позволить полную самостоятельность, даже если вы верите в бредовую идею, что причиной кризиса стали сердобольные либералы, которые заставили банки выдавать кредиты беднякам, вы все равно должны выступать против того, чтобы давать Уолл-стрит доступ к фондам, связанным с государством. Это не имеет ничего общего с рыночной экономикой, это настоящий капитализм, построенный на кумовстве.

Подробнее читайте в колонке Пола Кругмана для NY Times

Перевод – Новое Время