Батько чи не батько: ось у чому питання

Никогда не думала, что такая категория дел, как оспаривание и установление отцовства будет настолько распространенной. В тот день, когда такое дело попало ко мне в производство первый раз, я как юрист, решила, что это единичный случай. Но со временем убедилась, что таких проблем не просто много – их очень много, и каждый раз со своими особенными деталями. Каждое из них - своеобразная "Санта Барбара".

Помимо всех сложностей и перипетий, есть еще и безусловное обременение таких дел аспектами психологии мужчины, женщины, и в первую очередь ребенка, заставившие меня, кроме юриспруденции, изучать еще и психологию. Всегда считалось, что юристу, как и врачу, нужно рассказывать все и, что самое главное, это все должно быть правдой. К сожалению, людям свойственно обманываться и обманывать. Я уверена, что многие коллеги сталкивались в зале судебного заседания с "плачами ярославн и ярославов", которые сразу заканчивались, как только клиенты выходили из этого зала.

Можно много писать об этом, но я хотела бы затронуть один аспект данной – проведение генетической экспертизы и то, каким образом она может повлиять на исход дела. На сегодняшний день проведение генетической экспертизы – вопрос денег и доступности лаборатории. Взять образцы генетического материала, который содержится и в слюне, и в волосах - не больно, не страшно, так что отказ взрослого человека от проведения экспертизы на основании "будут страшными щипцами копаться в мозгах" (я действительно слышала такое обоснование от клиента, честное слово), не просто смешон, а глуп. Гражданский процессуальный кодекс предусматривает: если экспертиза не проведена по причине неявки в медучреждение, это расценивается в пользу противоположной стороны. Обычно это именно та сторона, которая и настояла на проведении генетической экспертизы.

Но изобретательность человеческая не знает границ и пределов. Мичурин с Кулибиным даже подумать не могли о той изобретательности, с которой я иногда сталкиваюсь в делах, которые веду. К чему я это говорю?

Недавний случай. Гражданская жена моего клиента ушла от него, будучи беременной и, родив, приложила все усилия, чтобы не допустить отца к сыну. Отец же решил отсудить свое право на общение с ребенком. Для этого необходима была генетическая экспертиза.

Женщина по-прежнему категорически против контактов, поэтому не отказалась от экспертизы по установлению отцовства в рамках гражданского дела, назначенной судом - наоборот, согласилась на проведение данной экспертизы, воспользовавшись нюансами ее проведения.

Дело в том, что для отбора материала необходимо явиться в медицинское экспертное учреждение в течение назначенного дня. Точное время не указывается в таком приглашении: приходите, когда удобно. Очень часто отец и ребенок в сопровождении матери приезжают в разное время и не пересекаются. Кроме того, в свидетельстве о рождении нет фотографии ребенка, проверяется лишь сам документ и наличие ребенка.

У нашей же героини есть ребенок еще и от первого брака. Дети – погодки, однополые. Соответственно, чтобы получить стопроцентную гарантию, что мальчик не является ребенком моего клиента, она вместо младшего сына на проведение экспертизы приводит старшего, у которого и берут материал для проведения генетической экспертизы.

Никто из медперсонала не знает, как выглядит малыш, он называет женщину мамой, что тоже отметает все возможные подозрения. Вот таким вот простым и нехитрым способом женщина добивается нужного для себя результата – ответ отрицательный. Отца своего ребенка, которого она знать не хочет, никогда не увидит и ее сын.

К сожалению, так редки ситуации в наше время, когда отец хочет признать своего ребенка, общаться с ним, помогать. Только мужчина может дать мальчику те навыки и умения, которые может дать отец сыну. Что же двигало женщиной, которая намерено лишила отца сына и наоборот? Личные амбиции? Обида? Как часто, поддаваясь собственному эгоизму, мы не думаем о других, тем более - о маленьких детях, которые не просто любят своих родителей одинаково – оба родителя одинаково и в равной степени детям нужны.

В этом деле пришлось поработать, чтобы вывести хитроумную барышню на чистую воду, назначить повторную экспертизу, но проконтролировать уже каждый шаг. Отцовство клиента было доказано, судом назначено время общения. Именно так я еще раз убедилась, насколько ответственна работа юриста и что мы отвечаем за жизнь человека не меньше, чем хирург.