Чемодан, (Киевский) вокзал, Россия

Музыкальный критик Артемий Троицкий пополнил ряды россиян, которые, прихватив свое мнение и чемодан, уехали из России.

"В нынешней России нужно либо приспосабливаться, либо ее покидать'', - сказал он одному изданию. И уехал в Эстонию.

Это тот Троицкий, который после победы Януковича заявил, что Янукович – исключительный придурок и чмо с двумя уголовными прошлыми. Потом он сказал, что Путин плохо кончит. А совсем недавно – что "верховный стерх – Вова Путин " самолично макнул россиян в то дерьмо коррупции, нищеты и беспредела, в котором им приходится жить.

Месяцем раньше со словами ''я потерпел поражение'' в том же западном направлении уехал другой известный российский журналист, колумнист Bloomberg Леонид Бершидский. Живет в Берлине, строчит колонки на английском. Себя и себе подобных называет "эмиграцией разочарования".

Бывший спецкор русского Коммерсанта Олег Кашин где-то на берегах Женевского озера издает "эмигрантский журнал" - ''сокровищницу русской общественной мысли'' имени себя самого. Сейчас, к примеру, рефлексирует о том, каким будет официальный кремлевский миф о войне в Донбассе. Там, в Швейцарии, об этом можно рефлексировать.

Рустем Адагамов, один из самых популярных блогеров Рунета - drugoi, экстренным порядком эмигрировал в Чехию. Вскоре после Болотной. Как только за ним захлопнулась дверь в Европу, дома его обвинили в педофилии. Адагамоненавистники уверены – потому что ''другой'' домогался школьницу. Адагамосочувстующие думают – чтобы не передумал и не вернулся.

Оппозиционер от шахмат Гарри Каспаров (''Путин - это маньяк с ядерным оружием'' - это из свежего) свалил в США. Летает теперь на свидания с матерью в Таллин – ей туда из Москвы близко.

Андрей Макаревич отключил Гебельс-ТВ, надвинул на лоб шляпу и ушел в себя и в музыку. Время от времени интеллигентно поругивает Путина и призывает вернуть Крым Украине.

За Крым он, кстати, уже ответил. И не только он. И не только за Крым. На днях в Москве на Киевском вокзале неблагодарные слушатели устроили на кафельном полу в общественном туалете ''аллею славы'' - расклеили на плитку "звезды с портретами российских музыкантов и писателей, посмевших выразить поддержку Украине.

Макаревич там, на полу, в хорошей компании.

С его звездой соседствует звезда поэта Дмитрия Быкова, автора популярной в Рунете политической сатиры.

А-ля такое – о Крыме:

Пока он останется нашим – он больше не будет моим.

Какой еще отдых семейный? Гурзуф обойдется без нас.

Чужие отнять не сумели – свои отобрали на раз...

Это скандал! Чемодан! Вокзал! Мочить в сортире! В сортире на Киевском вокзале.

Те из ''предателей'', которые не эмигрировали на Запад, - эмигрировали в свою "внутреннюю Монголию". Ушли в себя.

''Надо погасить надежду, признаться, что при твоей жизни ничего не изменится. Заживи индивидуально, по-домашнему, как при социализме. Засунь руки поглубже в карманы. Завари крепкий чай'', - это пишет у себя в блоге писатель Виктор Ерофеев.

Он недавно имел неосторожность согласиться посидеть на одном российском гебельс-телешоу, но в том месте, где заикнулся, что был на Майдане и нацистов не встретил, рот ему сразу закрыли.

С минувшей зимы я очень хорошо помню это чувство – руки в карманы, голову в плечи, рот закрыть, открывать только на кухне и то – когда ребенок спит. Помню свою малодушную мысль, что надо бы стереть нарисованный им на стене в коридоре "подбитый базукой вертолет Януковича''.

Но в России к кухне привыкали постепенно. А у нас закручивание гаек скукожилось до каких-то месяцев.

Год назад, почти день в день, когда только-только стало известно, что Корр покупает Курченко, я по какому-то очередному ''делу Тимошенко'' позвонила Власенко:

- Здравствуйте, это Корреспондент.

- А... рупор Курченко...

- Ну подождите…

- Это вы подождите....

Уже к Новому году мы перестали публиковать карикатуры с Януковичем – "потому что ему было бы не смешно". Еще через месяц Рада приняла ''диктаторские законы 16 января''. Которые отправили нас из Украины – сразу в Беларусь. Я очень хорошо помню свои чувства в тот день.

Ты сначала до последнего не веришь, что ''эти сволочи'' за них проголосуют. Но ''сволочи'' проголосовали. И ты идешь по улице. Голова втянута в плечи. Руки в карманы. Поверила, что это – уже точно все. Точно точка. И что с этим как-то придется жить. Сначала – "заваривать чай, индивидуально, по-домашнему, как при социализме''. Потом уезжать. Потому что лучше уж эмиграция, чем как при социализме.

Рунет троллит Бершидского, который назвал уезжающих из России Путина эмиграцией разочарования: ''Эмиграция? Разочарование? Не смешите Рунет''. Мол, Кашин, Адагамов, Каспаров, Троицкий, Бершидский – та еще потеря. Набоков – вот русская эмиграция. Бунин. Цветаева. Вертинский. Шаляпин. Стравинский. Рахманинов. Прокофьев. Бродский. Довлатов. Вот эмиграция разочарования. А эти...

Ну да. Кашин – не Набоков точно. А кто в России, кстати, сегодня Набоков? Ну или Бунин, скажем, кто современный? Может Шендерович? Вряд ли. Иначе его физиономия не была бы приклеена к полу в сортире на Киевском вокзале. Акунин? Тоже в сортире. Вместе с Кортневым, кстати, и Шевчуком, и Макаревичем.

Лучше всего – лаконично, 140 знаков – сформулировано отношение ''остающейся России'' к этим отъезжающим на Запад и в свою "внутреннюю Монголию" в твитере у того самого Кашина:

Мы любить Россию не просили,

Ваша нелюбовь к нам – не беда.

Если Вам не нравится Россия,

Есть дорога "на х...", господа.

Вы кстати, читаете Кашина?.. "Раннего Кашина''... "Кашина женевского периода"... В оригинале…