Зачем нашей стране Министерство правды

В условиях российской агрессии я бы разделил вопрос информационной безопасности страны на две части — техническую и медийную, то есть пропаганду.

Сразу скажу, что бороться с пропагандой техническими способами — бессмысленно. Это как раз та ситуация, когда нападение гораздо дешевле защиты. То есть мы имеем дело с такой средой, где блокирование и фильтрация информации стоят намного дороже, чем средства преодоления таких фильтров. Как это выглядит? Возьмем пример Китая. Китайцы утверждают, что на постройку Великого Китайского Фаервола они потратили три миллиарда долларов, а независимые источники - что не менее 20 миллиардов. Однако копеечные изменения в протоколах работы сервисов, от которых они хотят фильтровать, превращают весь этот фаервол в груду железа. Это типичный пример, когда нападение стоит намного дешевле, чем защита.

Кроме того, поскольку Российская федерация в своем медиапространстве встала на путь фильтрации, выстраивая виртуальную реальность и таким способом искажая восприятие своих граждан, то нам было бы логично занять позицию совершенно другую. Я хочу акцентировать внимание на то, что мы говорим правду, а правда - это очень сильная позиция в медийной плоскости. Следовательно, нам надо скорее сосредоточиться на том, чтобы эту правду донести до граждан РФ, чем с заведомо плохим результатом фильтровать российский контент, который могут видеть украинские граждане. В этом смысле нужно стоять на позиции стороны нападающей. Я говорю сейчас о технических средствах.

Грубо говоря, если Российская федерация фильтрует украинские сайты, то мы должны побеспокоиться о том, чтобы российские граждане имели возможность их посмотреть. И у нас точно есть возможность об этом позаботиться и это совсем недорого. Например, одна только наша компания делает это каждый день в большом объеме - к нам ежедневно обращаются сотни пользователей с криком: нас в России зафильтровали! И мы решаем эту проблему очень быстро. Так вот, позиция дать доступ к правде намного более сильная, чем позиция фильтровать весь тот мусор, который они извергают. Потому что правда одна, а мусора бесконечное множество. А бесконечность отфильтровать нельзя.

Все это уже было в истории - не надо думать, что мы здесь первопроходцы. Можно вспомнить, что СССР уже строил и «железный занавес», и виртуальную реальность внутри страны. А «Голос Америки» медленно и уверенно двигал нас к 1990-му году. И каким бы ни был крепким СССР — он таки развалился. Сегодня же и информационные средства другие, и Российская Федерация не так крепка, как СССР. Да и идеология в РФ сегодня не такая захватывающая, как в Советском Союзе. Согласитесь, что идея построить полностью справедливое общество (коммунизм), куда более захватывающая, чем то, что пропагандирует Россия сегодня. То есть, я хочу сказать, что если мы хотим использовать в этом вопросе технические средства, то мы должны поставить себе цель донести правду до жителей РФ.

Что же касается пропаганды как таковой, то на нее надо отвечать в первую очередь не техническими средствами, а медийными. Я разговаривал со многими депутатами, и они считают, что нам нужно создать в стране Министерство пропаганды. Но лично я считаю, что нужно создавать не Министерство пропаганды, а Министерство правды.

Правда — это самая сильная из всех возможных позиций и не нужно ее ослаблять (ни полуправдой, ни ложью). Так вот, поскольку нам есть что сказать, то нам и следует говорить. И вот тут есть проблема — это недостаточное количество медийных ресурсов, сосредоточенных на донесении этой правды не только до русскоязычного, но и англоязычного, франкоязычного и т д пользователя. А поскольку коммерческой перспективы это не имеет, то здесь должно вложиться государство - как в средство обеспечения своей безопасности. Почему, грубо говоря, радио России существует, а Радио Украины - нет? Да, такие государственные медийные ресурсы - это и радио, и телевидение и сайты. Надо использовать все действенные медийные каналы чтобы доносить правду в том числе и до жителей Западной Европы.

К сожалению, глядя на поток бессовестной лжи из РФ, некоторые люди думают, что можно и нам чуть-чуть приврать. Это очень опасно — так думать. Ведь основная позиция российской пропаганды не в том, что «мы говорим правду, а хохлы врут», а в том, что «врут все». Это именно та мысль, к которой они хотят приучить свое население. И нам надо, чтобы у них это не получилось. В общем, я думаю, что у нашей страны есть возможность победить, если государство будет заниматься этими согласованными ресурсами. Конечно, это может превратиться в очередной дерибан бюджета, но у нас любая инициатива, к сожалению, может превратиться в дерибан бюджета. Так что этим все равно нужно заниматься, и относиться к этим расходам как к оборонным.

В общем, нужно создать, образно говоря, Министерство Правды, а фактически — комплекс качественных государственных информационных ресурсов, которые будут доносить правду не только до украинских граждан, но и в первую очередь это должно быть вещание на за рубеж. Причем если говорить о финансировании, то с точки зрения государства это не такие уж и большие деньги. И тут важно понимать следующее: не тратишь на информационную безопасность — будешь тратить на больницы для инвалидов и раненых в АТО. К сожалению, это напрямую взаимосвязанные вещи. Англичане и американцы знали об этом — еще начиная с фултонской речи Черчилля. А мы почему-то решили, что нас это не касается.

Что же касается информационной безопасности в сугубо техническом аспекте, то тут, конечно, большой объем работы. И в первую очередь здесь нужно налаживать взаимодействие между соответствующими службами в СБУ, МВД и частным сектором. Потому что во всем мире эта часть в основном опирается на частный сектор. Органы правопорядка выполняют здесь координирующую функцию. Почему? Потому что ресурсы по технической безопасности находятся в руках частного сектора, и объекты нападения в основном тоже.

Что я понимаю под взаимодействием? Это прежде всего обмен информацией, распространение всевозможных методик противодействия и многое другое. С точки зрения защиты информационной инфраструктуры такое взаимодействие очень важно. Потому что инфраструктура сегодня подвергается большим атакам, в том числе заражением вирусами с целью похищения информации и тому подобное — все это взаимосвязано. И это сейчас происходит в колоссальном объеме. У меня нет никаких сомнений, что мы находимся «под колпаком», и колпаков этих несколько. И если «колпак» американский сейчас непосредственно нам не угрожает, поскольку мы сейчас воспринимаем США как союзника, то российские спецслужбы без сомнения действуют этими средствами. Деньги в это вкладывались много лет, и здесь для нас непочатый край работы.