Как Гиркин-Стрелков украинское ТВ посмотрел

Популярный террорист Игорь Гиркин-Стрелков в одном из своих интервью удивил меня фразой: «Мы проиграли информационную войну». Он рассказывал, как, еще будучи в осажденном Славянске, решил посмотреть Пятый канал и поймал себя на мысли, что после нескольких передач задумался, что, возможно, не совсем прав и зря воюет с украинской армией.

Наваждение прошло, как только Гиркин выключил канал. После этого он сделал вывод, что в Украине действует мощная пропагандистская машина, использующая не то методы нейролингвистического программирования, не то эффект 25 кадра.

Его фраза зацепила меня не своей оригинальностью, а тем, что слышал ее я уже десятки раз – только из уст украинских политиков. В Украине, в отличие от Гиркина, убеждены, что информационную войну проиграли именно мы.

К примеру, из уст представителя партии Свобода, экс-министра агрополитики Игоря Швайки, во время интервью я услышал довольное резкое замечание о том, что я и другие журналисты, придерживаемся недостаточно «державницької» политики – а ведь мы должны выигрывать у России на информационном фронте.

Рецепт Игоря Швайки и других политиков, советующих СМИ, как выполнять свою работу: мы должны оглядываться на интересы государства, что-то умалчивая, что-то подчеркивая. Посылая простые и понятные месседжи массам. Без этого, по его мнению, мы не выиграем у России, которая чхать хотела на правила честной журналистики.

В такой позиции есть свои плюсы. Но если мы с ней согласимся, чем мы тогда будем отличаться от Гиркина и Кремля? Будет ли разница между Пятым каналом и Россия-24? И будет ли такая стратегия выигрышной в долгосрочной перспективе?

Найти людей, которые сегодня не готовы сдавать профессию в угоду войне и говорить правду любой ценой - не так просто. Формально все журналисты объективны, но сегодня многие вынуждены соглашаться с тем, что интересы государства превыше правды.

Как к этому относиться? Приведу мнение известного британского журналиста Стивена Сакура, у которого я спросил, следует ли Украине создавать информационную машину для войны с Россией. По его глубокому убеждению, на информационном фронте Украина может выиграть, только придерживаясь принятых во всем мире стандартов свободной журналистики. В противном случае мы проиграем - и речь не только в том, что у Кремля больше денег, а в том, что полуправда очень скоро становится просто информационным шумом, который никого не убеждает.

Каждое утро я слушаю по радио сводки пресс-офицера АТО о ситуации в Донбассе. После них я ни разу не плакал, хотя он постоянно говорит об убитых, ни разу не возмущался, ни разу не хотел пожертвовать на армию. Я, если честно, вообще не верю, что он был в зоне боевых действий. Хотя он скорее всего был. Но когда он говорит о том, что потери украинских войск составляют единицы в день, а сепаратистов десятки или иногда сотни, я только пожимаю плечами – если мы настолько превосходим противника, то почему мы до сих пор не сбросили его в холодные воды Волги?

Совсем другое дело, когда говоришь с теми, кто был на Донбассе, кто воевал. У кого разбили БТР, кого бросили с автоматом против бронетехники и Градов. Совсем другая правда в роликах на youtube - таких, как снимает проект Babylon 13. Конечно, лучше увидеть все своими глазами. Но сейчас мы говорим не об этом, а о том, что и как нужно сообщать гражданам Украины, если мы хотим выиграть информационную войну.

Так в чем же сила, брат? Сила в правде. С этой фразой, брошенной главным героем программного для российских боевиков и сепаратистов фильма «Брат-2», вполне мог бы согласиться Стивен Сакур. Мне она тоже близка. Но вот согласны ли с ней Гиркин и Швайка? Боюсь, что их ответ - сила в технологиях и государственной политике. В этом они похожи, но не обязательно правы.