Суд особого назначения

5 сентября заработал один из самых желанных для западных партнеров Украины и местных активистов орган — Высший антикоррупционный суд. Он стал последним элементом в системе борьбы с топ-мздоимцами и будет выносить приговоры по делам, которые ведут НАБУ и САП

Иван Верстюк

Когда‑то в четырех­этажном здании на столичном проспекте Победы, расположенном возле Киевского политеха, гнездилась украинская коррупция — там размещался офис Брокбизнесбанка, которым владел младоолигарх Сергей Курченко. С его делами до сих пор разбираются правоохранители, но в самом здании они если и будут появляться, то по другому поводу: здесь обосновался Высший антикоррупционный суд (ВАКС).

Суд рождался в муках — западные партнеры несколько лет требовали от президента Петра Порошенко его появления. О ВАКС буквально молили представители Национального антикоррупционного бюро (НАБУ), ведь обычные суды спускали на тормозах резонансные расследования детективов в отношении топовых мздоимцев. А ВАКС — это вершина реформы, в основании которой стояли вновь созданные НАБУ и Специализированная антикоррупционная прокуратура (САП).

Порошенко был вроде бы и не против запустить суд, но примерно два года назад высказался в том духе, что “антикоррупционный суд есть разве что в Уганде”. МВФ, ЕС и США удалось дожать Порошенко лишь к концу его президентского срока — Рада приняла все необходимые документы для появления ВАКС.

А 5 сентября этого года президент страны, но уже Владимир Зеленский дал старт его работе. Шестой глава государства, который до этого обещал, что “посадки коррупционеров начнутся осенью”, лично присутствовал на открытии нового судебного органа и публично выразил надежду, что тот поможет с “посадками”.

ВАКС — это 27 судей первой инстанции и 11 судей апелляционной палаты. Получать они будут, как рассказала глава суда Елена Танасевич, примерно 76 тыс. грн в месяц, но это без учета налогов. Антикоррупционные эксперты считают, что подобный уровень зарплаты удержит людей в мантиях от взяток.

Юрист Анна Маляр уточняет: судьи ВАКС будут иметь четкую специализацию — сложные финансовые схемы по “отжиму” госденег. И это должно сделать борьбу с коррупцией более качественной, ведь сейчас подобные дела рассматривают судьи обычных райсудов, которые параллельно расторгают браки или принимают решения по делам о грабежах.

“Очевидно, что у ВАКС не будет 100% обвинительных приговоров”, — подчеркивает Елена Щербан, член правления Центра противодействия коррупции (ЦПК), принимавшего участие в разработке антикоррупционной реформы. “Но и не будет того позора, который был в райсудах”, — добавляет эксперт.

В нагрузку к зданию банка ВАКС получил сразу 3,5 тыс. дел, по которым он должен был бы вынести решения. Именно столько, как оказалось, подпадает под его юрисдикцию по действующему законодательству, а именно — по десяти статьям Уголовного кодекса, посвященным разноплановой коррупции.

“Мы подсчитали: если все эти дела перейдут в ВАКС, он ляжет”, — говорит Щербан. Год уйдет только на подготовительные заседания, а вердиктов можно будет ждать до бесконечности.

Зеленский решил исправить ситуацию: глава государства подал в ВР законопроект, предполагающий, что ВАКС получит лишь те дела, которыми занимались НАБУ и САП. На сегодня таких немного — две сотни. Все остальные многочисленные расследования вели СБУ, Нацполиция и ГПУ, а их фигурантами могли быть и не топ-чиновники. 10 сентября парламент одобрил президентский законопроект в первом чтении.

А антикоррупционный комитет Рады еще и согласовал другой документ авторства Зеленского — о возобновлении уголовной ответственности за незаконное обогащение. Эту статью в феврале, еще при Порошенко, Конституционный суд признал не соответствующей Основному Закону.

Нынешний президент предлагает, чтобы ответственность все же наступала, если в коррупционной схеме фигурирует более 14 млн грн. Документ в первом чтении уже одобрила Рада.

Правда, позитив этой новации может подпортить ее же негатив. Высокая планка выводит большинство дел НАБУ из‑под уголовной сферы, сожалеет Ярослав Юрчишин, первый замглавы антикоррупционного комитета ВР и представитель партии Голос. “Нам до конца не объяснили, почему все делается именно так, — добавляет он. — Думаю, это какая‑то политическая договоренность Офиса президента (ОП)”.

С точкой отсчета в 14 млн грн суда избежит, например, Константин Кулик, бывший прокурор зоны антитеррористической операции, которого НАБУ подозревает в незаконном обогащении.

Но Галина Янченко, замглавы антикоррупционного комитета и представитель президентского Слуги народа (СН), пообещала НВ, что нужные для работы ВАКС законопроекты всегда найдут поддержку в сессионном зале.

Сама она надеется, что новый орган за счет сокращения “непрофильной” нагрузки сосредоточится на важных делах. По словам Янченко, сейчас заседания судов общей юрисдикции по антикоррупционным делам в среднем происходят раз в месяц, а их продолжительность составляет 30 минут. “С такой интенсивностью работы вердиктов можно ждать десятилетиями”, — говорит депутат. ВАКС же, по ее мнению, сможет работать заметно быстрее.

В светлом меде нового суда есть ложка дегтя: некоторые опрошенные НВ юристы опасаются, что ВАКС может стать орудием в руках ОП, которым команда главы государства станет крушить политических конкурентов. Такое мнение, в частности, высказал Ростислав Кравец, старший партнер адвокатской компании Кравец и партнеры.

Схожие мысли посещают и Анатолия Октисюка, политического аналитика экспертного центра Дом демократии. Мол, Зеленский любит устраивать показательные порки чиновникам, и хорошо бы, чтобы подобные шоу не имели продолжения в стенах ВАКС.

А еще эксперты хотели бы, чтобы новый орган определил для себя верный вектор работы — не количество, а качество рассмотренных дел. “Критерий успешности суда — не столько посадки, сколько сумма возвращенных денег, — говорит Юрчишин. — Ведь коррупционные преступления — это прежде всего экономические преступления”.

НВ совместно с экспертами ЦПК отобрал восемь дел, которые покажут эффективность работы ВАКС. Большинство из них попадет в новый орган из обычных райсудов

Дело Николая Мартыненко

НАБУ подозревает близкого к бывшему премьеру Арсению Яценюку экс-депутата Николая Мартыненко (некогда руководил энергетическим комитетом ВР) в завладении деньгами госкомпаний Энергоатом и Восточный ГОК. В первом случае речь идет о 6,4 млн евро, во втором — о $ 17,3 млн.

Шевченковский райсуд Киева начал слушать дело Мартыненко в мае 2018 года. Но если поначалу заседания проходили еженедельно, то теперь — значительно реже. У подсудимого уже даже закончился срок действия меры пресечения — фактически он свободен.

Дело Руслана Журило

САП обвиняет Руслана Журило, экс-руководителя принадлежащей государству Объединенной горно-химической компании (ОГХК), в продаже титановой руды компаниям-прокладкам из Австрии и Великобритании по заниженным ценам. Те, в свою очередь, торговали ею уже по рыночной стоимости. Таким образом со счетов ОГКХ в 2014–2016 годах вывели почти 300 млн грн.

Дело неторопливо слушал Соломенский райсуд столицы с января 2017 года. Точку в деле Журило судьям мешали поставить самые неожиданные причины — например, перебои с электричеством в здании суда.

Дело “клетчатого одеяла”

Детективы НАБУ, в свое время с трудом задержавшие бывшего главного налоговика страны Романа Насирова, уверены: в 2015–2016 годах тот без оснований выдал рассрочку на выплату налогов компаниям экс-депутата Александра Онищенко. Убытки государства составили около 2 млрд грн.

Дело с марта 2017‑го рассматривал Соломенский райсуд Киева — он же и передаст его в ВАКС. При этом в отдельном слушании Окружной админсуд столицы уже оправдал Насирова, а экс-глава ГФС за время ставшего бесконечным процесса успел через суд восстановиться в должности и даже поучаствовать в президентских выборах.

Янтарное дело

Бывший депутат от БПП Борислав Розенблат и его коллега из Рады восьмого созыва Максим Поляков, который входил во фракцию Народного фронта, фигурируют в прогремевшем на всю страну “янтарном деле”. НАБУ и САП установили, что эта пара требовала от некой иностранной компании гигантскую мзду за право добычи янтаря в Украине. Розенблат якобы даже получил $ 200 тыс.

Расследование длилось три года, в нем принимала участие специальный агент НАБУ Катерина, работавшая под прикрытием. После долгой судебной чехарды, начавшейся в октябре прошлого года, дело Розенблата и Полякова оказалось в Печерском райсуде столицы. Теперь оно должно попасть в ВАКС.

Газовое дело

Народного депутата восьмого созыва Александра Онищенко антикоррупционные органы обвиняют в создании коррупционных схем вокруг госкомпании Укргаздобыча. С их помощью он, по мнению следствия, вывел более 740 млн грн госсредств, а в целом нанес государству ущерб в размере 1,6 млрд грн. Онищенко, не дожидаясь ареста, уехал из страны еще в 2016 году. А его дело все еще живет, и решения по нему нет — с февраля нынешнего года процессом занимался Печерский райсуд Киева.

Одесское дело

САП и НАБУ давно пытаются отправить одесского мэра Геннадия Труханова за решетку. Его обвиняют в завладении 185 млн грн из городского бюджета. Но 9 июля этого года Малиновский райсуд Одессы оправдал Труханова: мол, некоторые доказательства САП оказались, по мнению судей, недействительными. Теперь САП обжалует решение первой инстанции по Труханову в апелляционной палате ВАКС.

Дело Дениса Антонюка

Денис Антонюк, бывший топ-менеджер авиакомпании МАУ, возглавлял Государственную авиационную службу в 2014–2015 годах. НАБУ пришло к выводу, что чиновник, действуя в интересах МАУ, отказал компании Украинско-средиземноморские авиалинии в праве полетов. Ущерб компании составил, по данным экспертизы, 750 тыс. грн.

Дело поступило в столичный Печерский райсуд еще в сентябре 2016‑го и рассматривается до сих пор. Антонюк даже успел решением Окружного админсуда Киева вернуть себе должность главы Госавиаслужбы. Впрочем, к исполнению обязанностей он не приступил.

Дело Шпаков

Бывший депутат Василий Шпак и его сын Николай, как утверждают следователи антикоррупционных органов, вывели из госкомпании Украгролизинг, которой они последовательно руководили, 110 млн грн.

Дело вела Генпрокуратура, но в июле 2016‑го им занялось НАБУ. Тогда же материалы расследования попали в столичный Печерский райсуд, который так и не вынес по нему решения.

Медійна програма в Україні фінансується Агентством США з міжнародного розвитку (USAID) і виконується міжнародною організацією Internews.

Виготовлення цього дослідження стало можливим завдяки підтримці американського народу, що була надана через проект USAID Медійна програма в Україні, який виконується міжнародною організацією Internews. Зміст матеріалів є виключно відповідальністю організації та необов’язково відображає точку зору USAID, уряду США та Internews.

Internews — це міжнародна некомерційна організація в галузі розвитку засобів масової інформації з адміністративними центрами в Каліфорнії, Вашингтоні та Лондоні. Наша місія полягає в тому, щоб шляхом зміцнення місцевих засобів масової інформації по всьому світу дати людям новини та інформацію, яких вони потребують, створити можливості залучення ресурсів та громадян для того, щоб їхні голоси були почуті. В Україні ми є основним гравцем у сфері розвитку незалежного медіапростору з 1993 року. Нашими головними партнерами є провідні медіаорганізації, телерадіомовники, асоціації та інститути з розвитку незалежних медіа.