Сменили IT-ориентацию

Пока из страны в открывшуюся Европу массово уезжают представители рабочих профессий, им навстречу идет другой поток: отечественные программисты стали возвращаться на родину с богатого, но дорогого Запада

Светлана Угнива

Евгений Пивоваров, 32‑летний веб-раз­работчик из Киева, вместе с семьей в середине 2014‑го уехал из Украины в Эстонию — жить и работать. Но спустя год вернулся.

Оказалось, что адаптироваться к другой стране дело сложное. “Очень долго не было ни друзей, ни знакомых, а это тяжело, — рассказывает Пивоваров. — К тому же там холодный климат даже летом”.

Была и причина посущественнее — экономическая: заработанное в Эстонии вознаграждение почти полностью уходило на оплату жилья и на продукты. “Жилье приходилось снимать, коммуналка в два раза дороже, чем у нас, цены на услуги в два раза выше”, — вспоминает Пивоваров.

Схожая история у 35‑летнего программиста киевлянина Андрея Гончаренко, который попытался переехать жить в Канаду. Там ему было тяжело без привычного круга общения, да и образование, полученное в Киево-Могилянской академии, не впечатляло местных работодателей. В этом году Гончаренко вернулся на родину и работает инженером в компании EPAM.

Дмитрий Овчаренко, глава отечественной IT-ассоциации, говорит, что таких возвращенцев, как Пивоваров и Гончаренко, в последнее время стало много. Эксперт уверен, что к родным корням вернулись около половины тех айтишников, покинувших страну в первые и тяжелые постмайданные годы. Речь идет примерно о 2,5 тыс. отечественных IT-заробитчан, которые решили, что дома лучше.

Более того, специалисты, еще недавно планировавшие уехать из Украины, теперь все чаще делают выбор в пользу того, чтобы остаться. Так, по данным исследования, проведенного IT-ассоциацией и Офисом эффективного регулирования (BRDO) — независимым экспертно-аналитическим центром, финансируемым Евросоюзом, темпы трудовой миграции IT-специалистов из Украины падают. Если в 2015‑м за длинным евро или долларом отправлялся каждый десятый работник отрасли, то в прошлом году — лишь около 4 % от общего числа.

Вот и 28‑летняя программистка Тамара Коляда, которая с 2016‑го работает во львовском офисе IT-компании Ciklum, осталась дома.

Три года назад она получила предложение переехать в США с зарплатой $ 65 тыс. в год. Но жизнь за границей обойдется гораздо дороже, нежели во Львове, рассудила Коляда. Да и финансовая выгода, которая лишь на первый взгляд кажется очевидной, не столь уж велика. “С вычетом отчислений это [зарплата] получалось бы не $ 5 тыс. в месяц, а где‑то до $ 3 тыс.”, — рассказывает она. Для девушки такие деньги не стоят того, чтобы оставить друзей и близких и уехать из Украины.

Тем более что здесь подобных специалистов ждут — родине программисты требуются. IT-компании, работающие в Украине, по‑прежнему испытывают нехватку подобного рода специалистов: дефицит на сегодня составляет 3‑4 тыс. человек. “Легче находить новых сотрудников не стало, ведь индустрия растет. Мы пребываем в жесткой конкуренции даже не так за клиентов, как за таланты”, — говорит Александра Альхимович, управляющий директор компании LuxoftUkraine.

Массово уезжать из Украины айтишники начали в 2014‑2015 годах. Сказалась экономическая нестабильность в стране и угроза полномасштабной российской агрессии.

Овчаренко называет эти факторы основной причиной трудовой миграции специалистов отрасли. “Потом ситуация немного стабилизировалась до недавних событий [захват россиянами 25 ноября украинских катеров в Азовском море]”, — говорит он.

Эксперт уточняет, что возвращаться программисты начали уже с 2016 года. Причина не только в нормализации жизни в стране, но и в том, что IT-заробитчане выяснили: высоким заработкам за рубежом сопутствуют и повышенные расходы.

По словам Ярослава Любинца, главы совета директоров IT-компании SoftServe, в Украине зар­платы у специалистов высокой и средней квалификации всего на 10‑15 % ниже, чем, к примеру, в Польше. “Но, учитывая уровень расходов и стоимость жизни, уровень зарплат в Украине конкурентный”, — считает Любинец. И это верно даже в сравнении с Западной Европой, где доходы программистов вдвое превышают украинскую планку.

Гончаренко, пытавшийся покорить Канаду, подтверждает слова Любинца. “Уровень жизни финансово падает, когда переезжаешь туда [на Запад], — рассказывает он. — Если очень стараться, то он выровняется, но только через три-пять лет”.

Среди понижающих факторов айтишник называет высокие налоги на доходы и дорогое жилье.

Очень долго не было ни друзей, ни знакомых, а это тяжело
Евгений Пивоваров,
веб-разработчик из Киева

По словам Александра Скакунова, который четыре года прожил в Дании, а в 2017‑м вернулся на родину, если в Киеве руководитель в сфере IT в среднем получает $ 3,6 тыс., то в Копенгагене после уплаты налогов у украинского специалиста такого же уровня выйдет примерно $ 3,3‑4,0 тыс. Фактически один в один, но по покупательной способности эта сумма проигрывает украинскому аналогу: цены в Дании значительно выше, чем в Украине.

По данным ресурса expati­s­tan.com, который сравнивает уровень жизни в разных странах, в Копенгагене аренда квартиры площадью 85 кв. м. обойдется в $ 1,8 тыс. Коммунальные (за двоих) — это еще $ 208. Обед в кафе — $ 19, а минимальная ставка такси — $ 27.

В Украине все ощутимо дешевле: аренда схожей по площади квартиры — это $ 421 в месяц, коммуналка — $ 74, обед в кафе и минимальная ставка такси — около $ 5.

Разница, пусть и менее заметная, есть и в случае сравнения Украины и популярной среди отечественных айтишников Польши.

Средняя месячная зарплата IT-разработчика в Варшаве составляет $ 1,3‑3,0 тыс. чистыми, чуть выше украинского уровня. Но расходы почти в два раза превышают киевские: за квартиру придется выложить $ 846 в месяц, за коммунальные — $ 121, поездка в такси обойдется в $ 8, а ужин в пабе — в $ 18.

В эстонском Таллинне, где разработчик в месяц получает около $ 2,7 тыс., за квартиру ему придется выложить $ 801, за коммуналку — еще $ 245. Обед в кафе там стоит $ 9, а поездка в такси — примерно $ 9.

“У меня сейчас куча предложений на релокацию [переезд] в Германию, Ирландию, Испанию, — рассказывает Гончаренко. — Но финансово в Киеве сейчас лучше”.

На родине не только лучше по финансам, но и выбор рабочих мест больше: здесь айтишники нужны как никогда. Отрасль, полностью работающая на экспорт, растет в Украине быстрее, чем мировой рынок, — на 20 % в год против общемировых +6,2 %. Такие данные приведены в отчете Развитие украинской IT-индустрии, подготовленном BRDO и профильной ассоциацией.

Украинские информационные технологии росли даже в период спада национальной экономики в 2014‑2015 годах.

Стабильно увеличивался и экспорт IT-услуг. Так, по дан­ным BRDO, если объем их продаж четыре года назад составлял $ 1,5 млрд, то по итогам 2018‑го он достигнет $ 3 млрд. И, по прог­­нозу компании Price­water­houseCoopers, к 2025 году это значение подберется к отметке $ 8,4 млрд.

А все потому, что мировые компании заинтересованы в украинских программистах и продукте их труда. “В Украину заходит все больше инновационных проектов, услуги ІТ-компаний становятся комплексными и более сложными”, — рассказывает Овчаренко из IT-ассоциации.

К примеру, недавно о намерении открыть IT-hub в Украине объявил крупнейший международный авиалоукостер, компания Ryanair. А месяц назад в стране расширил офис разработок Snap Ink — мировая компания, владеющая соцсетью SnapChat. И это лишь последние примеры. Помимо того, в Украине работают представительства мировых гигантов Samsung, Huawei, Oracle.

Украина манит всех этих монстров по двум причинам. Первая — острая нехватка собственных разработчиков. По словам Овчаренко, сейчас в США около 200 тыс. незакрытых вакансий программистов, а по прогнозам американского правительства к 2020 году их будет уже 700 тыс.

Украинские же вузы ежегодно выпускают более 100 тыс. студентов инженерных специальностей, и 20 тыс. из них — программисты. Причем национальное образование далеко не худшее по качеству. “Основа подготовки — это сильная физика и математика: мы получили мощное советское наследие математическо-технической школы. И пока удерживаем его”, — подчеркивает Альхимович из Luxoft.

Благодаря своему уровню знаний и умений украинские программисты занимают 11‑е место в мировом рейтинге Hacker Rank, опережая аналогичных специалистов из Сингапура, Германии, Бельгии и Финляндии.

Причина № 2 — конкурентные налоги на доходы программистов в Украине. Это важно, ведь оплата труда — самая главная статья расходов для производителей компьютерного софта: по данным BRDO, у компаний, занятых в этой сфере, на зарплаты идет 80‑85 % общих расходов.

В Украине же, где програм­мисты работают в основ­ном по упрощенной системе (как субъ­екты предпринимательской деятельности), работодатель платит с их заработков лишь 5 % налога. В соседней Польше сумма отчислений достигает 19 %, в Беларуси — 9 %, а в чуть более далеком Казахстане — 10 %.

Национальная IT-отрасль умуд­ряется еще и оставаться одним из крупнейших налогоплательщиков государственного и местных бюджетов. За 2017‑м от нее в казну пришло 7,8 млрд грн налогов. Это примерно столько же, сколько в этом же году заплатила в бюджет госкомпания Энерго­атом.

По оценке Овчаренко, в 2018‑м фискальные отчисления от компьютерщиков составят уже около 10 млрд грн. С учетом $ 3 млрд валютной выручки, генерируемой ими же, получается, что отечественные программисты стали серьезным позитивным фактором, действующим на экономику страны.

Но эти люди вносят и другой положительный вклад, оживляя финансовую систему страны собственной высокой покупательной способностью.

Овчаренко рассказывает, что один специалист из области информационных технологий фактически позволяет зарабаты­вать еще трем-четырем работ­никам других профессий. “Если у нас в стране 127 тыс. ІТ-спе­циа­листов, то они создают дополнительно порядка 400‑500 тыс. рабочих мест”, — говорит он.

По данным исследований львовского IT-кластера ITResearch, программисты и подобные им специалисты кормят банкиров, продавцов автомобилей, страховщиков, работников общепита и ретейлеров.

Например, почти треть львовских айтишников имеет депозиты в банках, общая сумма которых по состоянию на 2017 год достигала $ 66,3 млн, — в основном это валютные вклады.

В 2018-м эти же люди купили 18,1% всех новых автомобилей, проданных в салонах города за год. На такси они тратят в среднем $ 4,6 млн в год, а в кафе и ресторанах проедают почти $ 19 млн.

Всего во Львове — 21 тыс. айтишников, или более 10 % от общего их числа в стране.

Программисты же кормят и вла­дельцев коммерческой недвижимости. В Харькове, где в IT-сфе­ре работают более 25 тыс. человек (15,6 % от всех украин­ских специалистов сегмента информтехнологий), они занима­ют 200 тыс. кв. м офисной недви­жимо­сти. Такие подсчеты про­вели аналитики Харьковского IT-клас­тера. Эксперты выяснили, что до 2020 года мест­ным программистам понадобится дополнительно 60 тыс. кв. м офисов.

В целом по стране, если верить последнему отчету Нацбанка о финансовой стабильности, именно подобные специалисты формируют львиную долю спроса на недвижимость.

А ведь программисты еще и избавляют украинскую экономику от унизительной приставки “сырьевая”. И окончательно сделают это, как только перейдут от аутсорсинга — написания софта по заказам иностранцев — к разработке собственных продуктов. К чему все и идет.

“Тот же Израиль 15 лет назад тоже был аутсорсинговой страной, а теперь это startupnation, и там индустрия на 90 % — продуктовая [производит оригинальный софт]. Мы идем [этим] нормальным путем”, — резюмирует Овчаренко.