Сервантес №2

Терри Гиллиам, легенда мирового кино и автор фильма Человек, который убил Дон Кихота, что как раз выходит на экраны, вспоминает, как снимал его с собственной дочерью, жестко высказывается о Дональде Трампе и восторгается красотой актрисы Ольги Куриленко

Екатерина Богданович

На экраны выходит фильм Человек, который убил Дон Кихота — его премьера стала громким событием Каннского кинофестиваля в этом году. Автор ленты Терри Гиллиам, 77‑летний британский кинематографист американского проис­хождения и легенда мирового кино, находясь в Лондоне, накануне украинских показов дает интервью НВ по телефону.

Первую громкую славу режиссеру — а также сценаристу, актеру, аниматору и участнику британской комик-группы Монти Пайтон — принесла снятая в 1985 году антиутопия Бразилия. Фильм получил две номинации на Оскар, в том числе за сценарий, написанный Гиллиамом совместно с британским драматургом Томом Стоппардом.

Всего в фильмографии режиссера 13 полнометражных картин. В их числе трагикомедия Король-рыбак, фантастическая антиутопия 12 обезьян и считающаяся культовой черная комедия Страх и ненависть в Лас-Вегасе.

У Гиллиама снимались звезды первой величины — в том числе Робин Уильямс, Брюс Уиллис, Брэд Питт и Джонни Депп. А в фильме Человек, который убил Дон Кихота главные роли исполнили набирающий популярность американский актер Адам Драйвер и известный еще по ранним фильмам Гиллиама Джонатан Прайс. Также в кадре появится европейская актриса украинского происхождения Ольга Куриленко.

Альтернативная версия истории о Дон Кихоте, которую Гиллиам пытался снимать еще в 2000 году, была наконец закончена в 2018‑м, и одним из продюсеров фильма стала дочь режиссера Эми Гиллиам.

Разговаривая с НВ, почти каждый своей ответ Гиллиам заканчивает смеясь, при этом диапазон эмоций простирается от грустной усмешки до громогласного хохота.

— Вы не поклонник хеппи-эндов, и все же долгая история фильма о Дон Кихоте в итоге завершилась благополучно. Вы удовлетворены результатом?

— Да, получился отличный фильм. Гораздо лучше, чем я планировал изначально.

— Чем он отличается от запланированного, кроме смены актерского состава?

— Изменился сюжет. По сценарию, с которым мы работали в 2000 году, Джонни Депп, как и Адам Драйвер, играл парня из рекламного бизнеса, но затем он оказывался в XVII веке, вместе с настоящим Дон Кихотом. А нынешний фильм рассказывает о том, что случилось после того, как в маленькой деревушке сняли кино, и о том, как это повлияло на местных жителей. Теперь все намного интереснее. Это по‑прежнему картина о Дон Кихоте, реальности, фантазиях и мечтах, но также и о том, сколько бед можно натворить, работая над фильмом. О том, что кино может разрушать жизни.

— Драйвер и Прайс оказались не хуже, чем Депп и Рошфор?

— Они просто великолепны! При этом персонаж Адама стал намного сложнее — он проходит череду трансформаций, меняется. А Джонатан гораздо забавнее, чем мог бы быть Жан Рошфор. Он от души веселился, создавая эту роль, и результат вышел просто замечательный.

— Ваша дочь выступила сопродюсером фильма, как вам с ней работается?

— Она человек, на которого я могу позволить себе кричать. А она может кричать на меня в ответ. Так что нам нет необходимости быть все время вежливыми друг с другом.

— Это облегчает работу?

— Сложно сказать. Если серьезно, то дело в другом: у продюсеров и режиссеров зачастую различные цели. Ваш проект может быть для продюсера лишь частью более широкой повестки дня. А для Эми, как и для меня, фильм был главным и единственным приоритетом. Мы вместе боролись за него.

ХИТРОУМНЫЙ ИДАЛЬГО:
Трагикомедии и антиутопии режиссера Терри Гиллиама принесли ему статус культового

— Похоже на то, что в последние годы крупные голливудские компании готовы выделять средства только на проверенные и заведомо кассовые проекты, в итоге кинозалы накрывает волна сиквелов и ремейков. Может ли что‑либо изменить эту ситуацию?

— Да, это в самом деле проблема. Большие студии вкладывают просто безумные деньги в сиквелы, так что почти не остается средств на создание других картин.

И я не знаю, что могло бы повлиять на ситуацию. Многие кинематографисты “переезжают” на Netflix и Amazon, находя в этом выход из ситуации. Если честно, меня такая тенденция очень огорчает — мне бы хотелось, чтобы мои фильмы выходили на больших экранах. Но, в конечном счете, коль уж [в интернете] то, что я сделал, сможет увидеть больше людей — что ж, стримьте.

— Вы родились в Штатах, окончили колледж с дипломом политолога, а в 60‑х покинули страну из‑за несогласия с государственной политикой. Что вы думаете о нынешней ситуации в США?

— Думаю, что это страна, крайне неподходящая для жизни. Думаю, что Америка… хотя, вообще‑то, дело не только в ней. Такое ощущение, что в мире открылся ящик Пандоры — повсюду происходят какие‑то безумные вещи. Здесь, в Британии — Брексит, в Америке — Трамп, в Германии маршируют неонаци, Италия хочет выйти [из Евросоюза], и все это похоже на сумасшествие. Я не знаю, как долго это будет продолжаться. Трамп как большой ребенок, который крушит все вокруг, творит, что вздумается, и неизвестно, к чему это все приведет. Мне повезло, что я уже старик, и мне не так уж много осталось.

При этом мне кажется, что в том беспорядке, который мы создаем на планете, политика — только часть проблемы. Мир превращается в свалку, климат меняется, в Арктике тают льды — это все результат наших ошибок, а мы совсем не думаем об этом, не пытаемся объединиться и спасти место, в котором живем.

— Теперь ваш фильм выходит в Украине. Слышали в последнее время что‑то об этой стране?

— О, Ольга Куриленко очень много рассказывала мне о вашей стране. Я знаю, что сейчас частью Украины снова завладела Россия. Я никогда не бывал в Украине, но мне очень интересно, что там сейчас происходит. Каково это? Это тяжелый период?

— Да, непростой. И все‑таки интересно: каков сегодня образ Украины в глазах внешнего мира? В частности, в ваших глазах? — Ну, для меня Украину представляет Ольга Куриленко. Глядя на нее, я думаю: “Какая прекрасная женщина! Какая прекрасная страна!”,