Просвещенный авторитаризм

Это сработало для Японии, Сингапура и Турции. Этим же путем идет Китай. Подойдет ли Украине формат, когда государство быстро и жестко меняет правила игры?

Валерий Пекар,
предприниматель, преподаватель
Киево-Могилянской бизнес-школы,
соучредитель проекта Нова країна

Страны, которым удалось ус­пешно пройти модернизацию (а их буквально 30 с небольшим), как правило, шли одним из двух путей. Первый — это медленное развитие общества, когда постепенное распространение новых ценностей приводит к появлению новых социальных практик и ролевых моделей, за которыми приходят новые институции, и все это столетиями медленно переливается из философии, культуры, экономики в политику. У нас нет в запасе этих столетий. Может быть, годится другой путь — путь просвещенного авторитаризма, когда государство быстро и жестко меняет правила игры?

Это сработало для Японии, Южной Кореи и Сингапура. Это сработало для Чили и Турции. Этим же путем идет Китай. Может быть, и нам подойдет?

Тем более что открывается уникальная возможность: граждане вручили новому президенту практически неограниченную власть, предоставив ему полный контроль над парламентом — а значит, и над правительством и системой правосудия. Можно быстро изменить все правила игры.

Однако давайте посмотрим внимательнее на тех, кому удалась авторитарная модернизация. Во всех этих странах было два важных условия: с одной стороны, традиция сильного государства и послушного населения; с другой — наличие мощной престижной касты, нацеленной на служение обществу, на которую мог опереться авторитарный правитель. В одних случаях такой кастой была армия, в других — тысячелетняя конфуцианская бюрократия.

Оба условия в нашем случае не выполняются. В Украине нет традиции сильной власти, нет послушного населения, нет касты истинных слуг народа, на протяжении многих поколений доказавших своей жизнью преданность стране и единство ценностей.

Без послушного населения не получится провести жесткие меры. Без опорной социальной группы прекрасные идеи будут разъедены коррупцией, саботажем и низкой дисциплиной.

Но это еще не все. Третья проблема заключается в том, что авторитарный модернизатор, сломавший немало законов и отправивший за решетку политических противников, закончит на скамье подсудимых, как Пиночет, или же в изгнании, если только его не успеют убить соратники, как Пак Чон Хи.

На каждого Ли Куан Ю приходятся десятки
Робертов Мугабе

Четвертая проблема: модернизация предполагает верховенство права, то есть закон выше всех, включая правителя. Хочешь руководить судами — прощайся с верховенством права, а значит, и с инвестициями, без которых модернизация невозможна.

Пятая проблема: авторитарная модернизация бывает успешной в фазе индустриализации, а мы ее прошли десятки лет назад. Сейчас следующая технологическая фаза, основной капитал которой — свободные люди, ненавидящие авторитаризм.

И еще одно: население, недовольное реформами, найдет способ откатить их назад. Реформы поначалу ломают устоявшийся статус-кво, выводят людей из зоны комфорта, а чьи‑то интересы прямо оказываются под угрозой. Для успеха реформ нужно или жестко заткнуть всем рты, или добиться у большинства понимания и готовности потерпеть, пока позитивные изменения не дойдут до каждой семьи (а этот срок длиннее президентской каденции).

В учебники входят успешные истории авторитарной модернизации, а неуспешные все стараются забыть. Это напоминает “парадокс выжившего”: говорят, дельфины подталкивают утопающих к берегу, но мы не сможем проверить эту гипотезу, опросив тех, кого подталкивали в противоположную сторону. Увы, на каждого Ли Куан Ю приходится несколько десятков Робертов Мугабе или Мобуту Сесе Секо, но кто хочет о них вспоминать?

Что же делать?

Воспользоваться шансом авторитарной модернизации можно, если объединить его сильные стороны с преимуществами первого пути. Но для этого нужно делать вещи, совершенно противоположные практике авторитаризма. Нужно использовать для поддержки реформ силу гражданского общества и независимых медиа (а там немало людей, критически настроенных к власти). Опереться на независимых профессионалов с репутацией и опытом (а им придется дать свободу действий и доверять). Вести диалог, а не монолог с заинтересованными сторонами. Создавать независимые государственные институции, куда нельзя просто позвонить с распоряжением. Развивать гражданское образование, стимулирующее критическое мышление, а значит, уменьшающее слепое доверие избирателей. Объяснять, что быстрых результатов не будет (а от этого падает рейтинг). Нужно начинать с верховенства права (а для этого забыть о преследовании неугодных). Суммируя сказанное, нужно отдавать часть власти, которую только что с таким трудом сконцентрировали.