5 вопросов Наталье Яресько

Экс-министр финансов Украины и архитектор реструктуризации ее госдолга, а ныне — управляющий финансами Пуэрто-Рико называет главные ошибки правительства Владимира Гройсмана и ставит задачи перед победителем в выборах-2019

Павел Шеремета

После двух десятков лет работы на украинском инвестиционном рынке и полутора лет — главой украинского Минфина Наталья Яресько возглавила Совет финансового управления Пуэрто-Рико. Эта американская провинция переживает сложный период экономического кризиса, и задача Яресько — вытащить остров из долговой ямы.

Проведя болезненную реструктуризацию украинского госдолга в 2015 году, она заслужила репутацию жесткого кризис-менеджера, который не боится радикальных шагов. В интервью Радио НВ она обосновывает необходимость именно радикальных реформ в Украине. При этом Яресько демонстрирует оптимизм и уверенность в том, что если страна продолжит изменения, то превратится в настоящего восточноевропейского тигра.

1 С новым пуэрториканским опытом у вас, наверное, появился свежий взгляд на украинскую экономику. Как вы оцениваете финансовое положение страны и в первую очередь состояние государственных финансов?

Я вложила большую часть жизни в то, чтобы помочь Украине преодолеть финансово катастрофические 2014 и 2015 годы. Многое было сделано, чтобы вернуть экономику в правильную сторону. Поэтому мне сложно смотреть на то, что происходит сейчас.

Парадокс ситуации в том, что когда нет кризиса, пропадает политическая воля проводить реформы

Я была очень горда тем, как мы управляли Государственным казначейством. Люди регулярно получали пенсии. Уже к концу 2015 года задолженностей по пенсиям не было. Люди к этому привыкли, а летом нынешнего года начались проблемы с выплатой пенсий. Это меня сильно огорчает.

Также меня огорчает долговая политика нынешнего правительства. Оказывается, у него не было плана по обслуживанию государственного долга. Но ведь долг не возник за один день, это не какие‑то новые платежи — мы о них знали давно. В мою каденцию Минфин провел реструктуризацию госдолга, которая позволила стране свободно дышать до 2018–2019 годов. Сейчас платежи возобновляются. В бюджет надо было заложить деньги для этого. И сейчас я очень удивлена тем, что все недовольны размером долговых платежей.

2 Бюджет рассчитывал на транши МВФ. Однако с последним траншем мы наблюдаем длительную задержку. Как вы оцениваете качество сотрудничества Украины с фондом?

Я очень разочарована тем, как мы затормозили по программе МВФ. Она была достаточно сложная, но вся система публичных финансов выстроена на ее основе. Мы должны были получать транши в обмен на реформы. Когда наше правительство подписывало программу в 2015 году, то для страховки попросили всех министров поставить под документом свои подписи. Чтобы никто потом не сказал, что ему не нравится программа реформ.

Реформы нужны нам. МВФ может прекрасно себя чувствовать и без них. Это нормально — сократить дефицит бюджета. Это нормально — иметь прозрачную налоговую сферу. Это нормально — вычистить систему социальных платежей, чтобы их получали реально те, кому нужна бюджетная поддержка.

Есть основания полагать, что фонд предложит Украине новую программу — Stand By. Вероятно, по финансовым объемам она будет меньшего размера. Соответственно, и требований у нее тоже меньше, а срок программы — короче. Думаю, международные парт­неры будут смотреть на выборы в следующем году и оценивать, есть ли у победителей этих выборов желание продолжать реформы.

3 За последнее время поменялись настроения как в Вашингтоне, так и во всем мире. Под угрозой свободная торговля. Место верховенства права занимает верховенство силы. Как вы относитесь к глобальным политическим тенденциям?

Ситуация в мире выглядит довольно угрожающе. Там, где существует независимая пресса, общество хотя бы имеет достаточно информации для того, чтобы реализовывать свой политический выбор. Но во многих странах власть считает прессу своим главным врагом. Надеюсь, в Вашингтоне эта атмосфера долго не продержится. Напряжение в столице США ретранслируется на весь мир.

Когда я приехала в Украину в начале 1990‑х, то уже тогда верила, что средний класс — самая важная часть общества. Те же американцы очень напряжены неравенством доходов, которое еще более усилила налоговая реформа Дональда Трампа. Дело не в том, что не должно быть богатых, да и бедность никуда не денется. Дело в другом: средний класс должен быть больше и сильнее.

Когда правительство не готовит общество к технологическим и экономическим изменениям, а потом резко закрываются заводы и растет безработица, то возникают торговые войны и другие конфликты. Люди начинают искать ответ на вопросы: кто виноват, кто их враг? Мы в Украине тоже пережили это в 1990‑х, когда массово закрывались производства.

4 Что вы думаете по поводу выборов в Украине в 2019 году?

Я жду хороших результатов. Хочу, чтобы была и политическая воля для реформ, и компетентная команда, и эффективная парламентская коалиция. Мы ждем больших шагов от будущего правительства наподобие тех, которые мы сделали в 2014–2015 годах. Потому что всем очевидно: Украина затормозила на пути изменений. При этом уже ведь нет кризиса, курс гривни стабилизировался, успокоилась инфляция, нет массового закрытия банков. В этом и парадокс: когда нет кризиса, пропадает политическая воля проводить реформы. Это не только особенность Украины, в Пуэрто-Рико происходит то же самое.

5 Что Украине надо сделать, чтобы ее экономика росла не на 2–3% в год, а на 8–10%?

Уверена, что на 8–10% в сегодняшнем мире расти практически невозможно, но больше чем на 2–3% — задача вполне посильная. Я много лет работала в инвестиционном секторе и тогда еще поняла: надо повысить конкурентоспособность украинских товаров и сервисов. Для этого нужна дерегуляция бизнеса, нужна налоговая реформа в части администрирования налогов.

Налоги в Украине не очень высокие, но есть проблемы с их подсчетом и сбором. Важна фискальная децентрализация, чтобы регионы могли самостоятельно решать свои проблемы. И бизнес, и инвесторы смотрят на децентрализацию очень положительно. Необходимо вкладывать инвестиции в образование. Нужно, чтобы каждый ребенок имел доступ к интернету. Это приучит его к жизни в мире стремительно развивающихся технологий.

Давайте не забывать и о судебной реформе. Для инвесторов она по приоритетности идет сразу после налоговой и таможенной систем. Украине нужна международная поддержка, а для этого надо постараться обойтись без пауз в процессе реформ. Очевидно, нужно закончить войну, но это не полностью в наших силах.

CV

Наталья Яресько родилась в семье украинских мигрантов в Чикаго в 1965 году. Изучала бухгалтерский учет в Университете де Поля, после чего окончила Институт государственного управления Джона Кеннеди при Гарвардском университете.

В 1992 году она приехала в Украину работать экономическим экспертом в посольстве США. После дипслужбы продолжила карьеру в украинском инвестиционном секторе — в фондах Western NIS Enterprise Fund и Horizon Capital. Возглавляя Horizon Capital, Яресько совершала сделки на сотни миллионов долларов.

В декабре 2014‑го Яресько заменила Александра Шлапака на посту министра финансов во втором правительства Арсения Яценюка. На этой должности провела реструктуризацию украинского госдолга, сократила дефицит госбюджета, снизила ставку единого социального взноса и подписала программу сотрудничества с МВФ после революции достоинства.

После того как Верховная рада отправила правительство Яценюка в отставку в апреле 2016 года, Яресько получила должность управляющего реструктуризацией долгов Пуэрто-Рико. Она регулярно бывает в Украине, чтобы участвовать в конференциях по реформам и инвестициям, а также в мероприятиях Аспен Института.