Все справедливо
Выходя на уличные протесты, украинцы по большому счету выступают в целом против несправедливости. Что означает для нас справедливость? И чего мы хотим, требуя ее?
Недавно общались с журналистом-расследователем Денисом Бигусом в программе на Радио НВ. И я начал с домашних заготовок. Вот, говорю, согласен ли ты, Денис, что у всех нас, украинцев, сейчас есть запрос на справедливость? А он отвечает: «Нет. Во-первых, нет никаких „всех нас“, во‑вторых, нет такого общего запроса». Не дословно, но приблизительно так. Я удивился, подумав, что он прав. Ну действительно — какой такой запрос? На какую справедливость? И для начала — кто такие «все мы»? Как нас определить? И разве у нас есть общие запросы? Короче, это вредная привычка поэтов говорить от имени народа (который их не читает).
Но домашняя заготовка требовала отработки. Поэтому я не поленился и отправился гуглить. И вот, пожалуйста, исследование, проведенное фондом Демократические инициативы им. Илька Кучерива в октябре прошлого года, говорит: 72,5% опрошенных (почти 73 — сакральное для нашей молодой демократии число) заявили, что самой важной ценностью прав человека для них является все‑таки справедливость. Можно ли это считать тем самым запросом на справедливость, пусть решают социологи. Так или иначе традиционно появляются опросы, подтверждающие, что основными ценностями для украинцев остаются свобода и справедливость. Вот с толерантностью у нас не так все просто, но это тема для отдельного разговора. Да и не нужно, честно говоря, быть великим социологом, чтобы услышать на ток-шоу, в метрополитене или на продуктовом рынке жалобы именно на несправедливость. Ведь нам не все равно, на что жаловаться, согласитесь.
