Российское правосудие Одесской ГМС

21 сентября 2016, 14:03
1419
Цей матеріал також доступний українською
Украинская служба фактически признает правомерность многочисленных репрессивных решений российской государственной машины

Российский беженец Сергей Анисифоров на днях получил очередной, уже третий за последние два года, отказ в получении статуса беженца на территории Украины.

Анисифоров, прошедший Революцию достоинства от начала и до конца, получивший контузию, а позднее – медаль УПЦ КП «За жертвенность и любовь к Украине» из рук патриарха Филарета, – не первый и не последний беглец от путинского режима. Сергея приняли украинцы, но так и не приняли украинские государственные институты. И не его одного: около 90% россиян, которые в последние два года подавали заявления на статус беженца, получили отказ (впрочем, статистика по беженцам из других стран сопоставимо недружественная).

Дело Сергея Анисифорова показательно по целому ряду причин. Во-первых, по всем законам, стандартам и нормам здравого смысла этот человек уже давно должен был получить статус беженца. Во-вторых, его дело ведет один из исполнительных партнеров Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев. И, в-третьих, так считает украинский суд: Анисифоров и его адвокаты за минувшие два года выиграли шесть судов разных инстанций у Государственной миграционной службы (ГМС) — суд снова и снова отправляет дело на пересмотр, не находя в позиции одесского управления ГМС оснований для отказа в статусе.

Но одесское управление ГМС считает иначе: поскольку Сергей не может доказать, что на него в России заведено уголовное дело за участие в Майдане, то находиться в России для него безопасно. Фактически, миграционная служба предлагает активисту съездить в Россию и проверить, захотят ли его там задержать по какой-нибудь политической статье, или нет, — и если захотят, тогда уже Сергей, по мнению ГМС, сможет вернуться в Украину и подать заявление на статус беженца.

Это само по себе чудовищно, но не менее важны материалы дела. Дело в том, что в качестве доказательной базы сторона защиты использовала в том числе наглядные примеры политического преследования в России: дело Сенцова и Кольченко, дело Екатерины Вологжаниновой, а также аналогичное дело крымского активиста Костенко.

ГМС же упоминает о процессе над Сенцовым как о не имеющем отношения к делу Анисифорова, используя при этом пропагандистскую формулировку, очевидно взятую из обвинительного заключения российского гособвинителя: «Информация об аресте в РФ членов Правого Сектора Сенцова, Афанасьева и других лиц не имеет отношения к материалам дела искателя убежища, согласно полученной информации, заявитель не является членом Правого Сектора и других организаций на территории нашей страны, деятельность которых запрещена в РФ».

Ни Сенцов, ни Кольченко, ни недавно выменянный у Кремля Афанасьев активистами Правового Сектора никогда не были, о чем свидетельствуют и показания свидетелей стороны защиты, и сам Правый сектор, выдавший российскому суду соответствующую справку. Одесскую миграционную службу еще можно было бы понять, если бы это была цитата из судебного решения российского суда. Но документ, который я цитирую, был подписан чиновником ГМС за две недели до приговора Сенцову и Кольченко!

Одесское управление ГМС считает несущественной и информацию о задержании в Крыму по «экстремистской» статье активиста Евромайдана Александра Костенко, приговоренного к 4 годам тюрьмы за «причинение вреда здоровью сотрудника Беркута». Кстати, в качестве гособвинителя на данном процессе выступала лично Наталья Поклонская. Недавно в оккупированном Крыму осудили еще одного активиста Евромайдана: Андрея Коломийца приговорили к 10 годам лишения свободы в колонии строгого режима за «покушение на жизнь двух сотрудников Беркута». Но миграционная служба считает, что участь Костенко и Коломийца больше никого настигнуть не может.

Представители ГМС на судебных процессах по делам беженцев из России, обосновывая отказ, цитируют Конституцию РФ – «демократического государства, в котором невозможны преследования по политическим мотивам». На одном из заседаний суда по делу другого российского беженца, Петра Любченкова, представительница ГМС заявила дословно следующее (на 19 минуте видео): «Это не моя мысль, это мысль, которая закреплена в Конституции Российской Федерации, а я, как представитель закона, могу ссылаться только на норму закона. В России нет ни пыток, ни бесчеловечного обращения, официально это нигде не закреплено».

Судя по некоторым формулировкам, используемым ГМС, можно предположить, что украинская миграционная служба поддерживает связь с российскими правоохранительными органами и активно опирается на их материалы в своих решениях. Кроме приведенной выше формулировки из обвинительного заключения по делу Сенцова на эту мысль наводят и многочисленные документы из дела Любченкова.

Таким образом, одесское управление ГМС фактически признает правомерность многочисленных репрессивных решений российской государственной машины, часто рассматривая их через призму российского права, а не здравого смысла. Подавление инакомыслия, в том числе тюремное заключение Сенцова, Кольченко и других украинских узников Кремля, чиновники ГМС считают находящимися в пределах правового поля, как и репрессивные практики российских властей в Крыму.

При этом одесское управление ГМС никак не хочет опираться ни на материалы МИД Украины относительно политической ситуации в РФ, ни на решение Верховной Рады о признании России страной-агрессором, ни на аналитику целого ряда уважаемых правозащитных организаций. Как, впрочем, и на здравый смысл, и на дух и букву закона. Суд неоднократно указывал на то, что служба не проводила надлежащий сбор и анализ информации о стране происхождения.

Каждый из нас настраивает систему «свой-чужой» индивидуально, но в ситуации с беженцами все просто: есть международное законодательство, ратифицированное Украиной. Есть закон «О беженцах». Люди просят государственной защиты не потому, что им просто захотелось переехать, а потому, что для них это остается единственной возможностью остаться на свободе. В России действительно можно оказаться в тюрьме за свою политическую позицию, за простое и понятное желание сопротивляться беспределу, причем оказаться в местах лишения свободы не на год и не на два, а на десять-пятнадцать лет.

При этом статус беженца — это не гражданство, он не дает политических прав, он не подарит носителю безвизовый въезд в ЕС после введения такового для украинцев. Статус беженца — это право легально находиться и работать в Украине, 17 гривен единовременного пособия и защита от экстрадиции в страну происхождения.

Мне хочется надеяться, что подобное отношение к искателям убежища является не сознательной установкой «сверху», но перегибами на местах, а именно в Одессе. Я бы хотел обратить внимание начальника отдела по делам иностранцев и беженцев Государственной Миграционной Службы Натальи Науменко на данную тревожную информацию. Надеюсь, необходимые меры по восстановлению законности будут приняты.

Анисифоров не имеет оксфордского диплома и не является представителем городской интеллигенции. Последние пять лет Сергей играл эпизодические роли чуть ли не в каждом российском сериале про бандитов и милиционеров. Это человек не самой легкой судьбы, выросший в детдоме, и нет в Украине огромной компании или влиятельной институции, которая за него бы заступилась как за уникального специалиста, необходимого украинской экономике.

При этом Анисифоров имел формальные основания для получения украинского гражданства, так как постоянно проживал на территории Украины до распада Советского Союза. Он уехал из России в октябре 2013 года и планировал получить украинское гражданство по территориальному происхождению в соответствии с законодательством Украины. Но начался Майдан, и Сергей, как и многие украинские патриоты, пошел бороться за свободу и независимость Украины. Он поставил участие в Революции Достоинства выше своих собственных проблем, потеряв возможность легализоваться по общей процедуре. Теоретически Сергей должен выехать на три месяца из Украины, въехать обратно и подать документы. Практически дела обстоят таким образом, что мы не знаем, сможет ли Сергей после такой поездки вернуться в Украину — и в принципе остаться на свободе.

Сейчас Сергей готовится к седьмому по счету судебному разбирательству.

Стань автором

Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу:

nv-opinion@nv.ua

Выбор редакции

Политика

Вчера, 21:22

img
Фото дня: Зеленский бурно реагирует на результаты экзитполов
Политика

Сегодня, 00:14

img
Речь президента Петра Порошенко после поражения. Полный текст
Политика

Сегодня, 08:49

img
Речь Зеленского и речь Порошенко после первых результатов экзитполов – видео