Почему я горжусь тем, что британец

23 января, 09:03
1478
Цей матеріал також доступний українською

Руководители континента должны понять то, что британский истеблишмент понять заставили

Сегодня замечательное время быть британцем. Время гордиться тем, что ты британец.

Такая мысль вряд ли пришла бы в голову на прошлой неделе в Лондоне, когда Палата общин унизила премьер-министра Терезу Мэй, отказавшись от ее плана Brexit. 432 голоса против 202. Это был беспрецедентный отказ. А через день Лейбористская партия пришла к тому, что ее правительство почти потеряло поддержку Палаты общин – 325 голосов «за» и 306 «против».

Британские и иностранные СМИ будут побуждать вас рассматривать эти события как истинный, деструктивный хаос. В статье для CNN Стивен Коллинсон написал о США и Великобритании, мол, «трудно поверить, что две столь сильные демократии, которые остальной мир считал маяками стабильности, растворились в такой горькой гражданской дисфункции». Трудно поверить, если ты рассматриваешь демократию как плавное управление делами со стороны элиты. Вот как выглядит – должна была бы выглядеть – демократия, когда граждане сталкиваются с фундаментальными проблемами.

Сейчас происходит национальная дискуссия о природе британского – а в более широком смысле и европейского – управления, длительная и кипевшая где-то на поверхности десятилетиями. Решение провести референдум о членстве в ЕС – принятое в 2016 году тогдашним премьер-министром от консерваторов Дэвидом Камероном и о котором, по его словам, он сейчас не жалеет – было тем, что он уверенно хотел выиграть.

Сейчас смирительная рубашка ЕС скорее обостряет, чем решает проблемы

Частично это был вопрос внутреннего партийного менеджмента, но получил поддержку влиятельных людей и среди лейбористов. Политики – особенно те, что происходят из части Англии, которая вне богатых, космополитического юго-востока – слышали все большее недовольство тех, чей уровень жизни находится в стагнации, так же как и тех, кто призывал к большему демократическому контролю от политического центра, который они способны понять и на который способны влиять – то есть Вестминстерского парламента.

Как и любой широкий и глубокий общественный сбой, голосование за Brexit состоялось ценой экономической нестабильности и возможного будущего снижения национального ВВП. Опасения за это подтолкнуло меня – и других – проголосовать за то, чтобы остаться в ЕС. Этот страх распространился: опросы на этой неделе показали, что римейнеры (те, кто за членство в ЕС) победили бы брекзитеров (тех, кто против) на 10%, а опрос в прошлом месяце показывали разницу в 18%. Такие показатели вдохновили римейнеров призвать к проведению второго референдума – это предложение могло бы раскинуть британских политиков на два враждующих лагеря, однако может быть и единственным способом выйти из парламентского тупика, где ни одна стратегия не получает поддержки большинства. Неуверенность присутствует в каждом движении: такова природа народного взрыва, стремится – мирным путем – к другим отношениям с политической властью.

Демократическая суета пришла также и в Европу – но не в ЕС. Два национальных лидера, наиболее преданных идее восстановить движение к большей интеграции ЕС – французский президент Эммануэль Макрон и немецкий канцлер Ангела Меркель – были втянуты в демократические водовороты, что свидетельствует о том, что они оба еще более ослаблены у себя дома.

Брюссельскоя руководство ЕС – президент Европейской комиссии Жан-Клод Юнкер и президент Европейского совета Дональд Туск – не испытывали на себе таких народных побоев. Создается впечатление, что они не поняли, что Brexit и появление французских протестов «желтых жилетов» – это чрезвычайно важные движения не только для Британии и Франции, а Союза как целого. Сейчас ЕС сталкивается с собственными и все большими трудностями и усилением возможности рецессии – вызванными нарастающим долгом Италии и ее нежеланием быть связанной с финансовыми ограничениями ЕС, концом длительного периода количественного ослабления, что удерживало процентные ставки на пределе, а заодно и тем же Brexit.

В этом и заключается основная проблема ЕС сегодня. Он выбрал для себя быть непробиваемым фронтом 27 государств, полностью объединенных против одной 28-й мятежной – Великобритании. Они поручили главному европейскому переговорщику по Brexit, Мишелю Барнье, выложить Великобритании тяжелые факты соглашения, устанавливающего двухлетний период выхода, в течение которого большинство правил ЕС будут применяться за плату в 39 миллиардов фунтов ($50 млрд). Это соглашение о разводе, которое может и не конкурентное том, что получится у Джеффа и Маккензи Безос, которые останутся с примерно $66 млрд каждый. Но это урвет значительный кусок ВВП Великобритании, который был на уровне $26 трлн в 2017 году.

Однако жесткий фронт – это иллюзия. Центральные государства – Венгрия, Польша, Чехия и Словакия – хотят продолжить пользоваться субсидиями ЕС, одновременно отступив от его политики, особенно от переборки доли мигрантов внутри Европы на себя. Сейчас в Италии популистское правительство, которое, имея ограниченные расходы, бросает вызов ЕС. Нарастающий долг страны и падение промышленности вместе с долгами других основных членов сейчас тянут Союз к рецессии. «Ганзейский союз» малых северных государств под голландским руководством, откровенно выступает против любых попыток сделать Союз «как никогда ближе» – то есть против той стратегии, которой отданы Юнкер, Туск, а также Макрон.

Это не группа братских государств, марширующих навстречу федеральной Европе. Это группа стран с разными политическими традициями и культурой, которые имеют достаточно общего, чтобы создать единый рынок и наращивать традицию кооперации – и только выборочным, да и присущем меньшинству, аппетитом на создание чего-то большего.

Вызов, с которым сталкивается ЕС, что может включать и Великобританию, заключается в осознании правды его нынешнего состояния и выработке способа, который лучше всего отделит Союз от его сегодняшней контрпродуктивной миссии федерализироваться. Вместо этого следует дать появиться Союза различной скорости, в которой и к желанию сформировать федеративное государство, и к желанию сохранить суверенитет в пределах существующих наций, должны приспосабливаться, а не отвечать наказанием. Сейчас смирительная рубашка ЕС скорее обостряет, чем решает проблемы, отходя от своего первоначального видения создания новой мировой силы, преданной свободе.

Руководители континента должны понять то, что британский истеблишмент понять заставили: что политика и экономические решения больше не могут быть расположены на расстоянии в тех учреждениях, которые граждане не понимают, исходить от тех лиц, которых они не знают. Великобритания действительно может гордиться тем, что эта беспорядочная, страшная и страстная борьба вокруг фундаментального принципа демократии и общественной жизни происходит внутри страны. И должна распространиться по всему континенту.

Перевод НВ

Новое Время обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок Джона Ллойда. Републикация полной версии текста запрещена

Впервые опубликовано на Reuters

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени

Стань автором

Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу:

nv-opinion@nv.ua

Выбор редакции

Политика

Сегодня, 14:24

article_img
Прозрачные стены и молодежь. НВ побывало в предвыборном штабе Зеленского
Карточки

Сегодня, 09:17

article_img
Я хочу проголосовать на выборах, но буду не в Украине. Что мне делать?
Политика

Сегодня, 16:31

article_img
Победа популизма в Украине приведет Путина к вам на кухню – французский философ