О чем умолчал Цукерберг
Марк Цукерберг более десяти часов отвечал на вопросы конгрессменов и членов Палаты представителей США. Но что он так и не сказал?
Похоже, Facebook пережил худший шторм из-за компании Cambridge Analytica, сумевшей собрать данные 87 млн пользователей сети. Какие выводы можно сделать из ответов (и молчания) Цукерберга?
- “Что предпринимает Facebook для предотвращения иностранного вмешательства в американские выборы?» (Даэнн Файнстайн)
По словам Цукерберга, «разобраться с этим вопросом…один из [его] главных приоритетов на 2018 год». На данный момент, для идентификации и удаления фейковых аккаунтов, Facebook задействует «новые инструменты ИИ». Также более 20 000 человек работают над вопросами безопасности и проверкой контента. Достаточно ли этих мер, чтобы укрепить Facebook в «гонке вооружений» с Россией, нам только предстоит выяснить. Скорее всего, это станет понятно к концу года.
- «Является ли конфиденциальность корпоративной ценностью Facebook?» (Марша Блэкберн)
По словам Цукерберга, конфиденциальность является не просто «надстройкой», а «основополагающей ценностью» всего сервиса. Эти слова утешают, даже если неясно, как это будет реализовываться на практике. Блэкберн возглавляет подкомитет по коммуникациям и технологиям и спонсирует двухпартийный законопроект о конфиденциальности потребителей (BROWSER act). Мы знаем, что Facebook серьезно относится к конфиденциальности. Но то, что Цукерберг умолчал о BROWSER act, говорит о неопределенности в отражении данной ценности на практике.
- «Что мы должны сказать избирателям о том, почему нам стоит предоставлять вам саморегулирование?» (Сенатор Линдси Грэм, R-SC)
Ответ: им не нужно предоставлять саморегулирование (по крайней мере, не полностью). Перефразируем вопрос Грэма: «Будучи представителем компании, вы приветствуете регулирование?» Цукерберг ответил равнодушно, но утвердительно «если это правильное регулирование, то да». Несмотря на отсутствие деталей, необходимость регулирования в настоящее время является точкой соприкосновения для обеих сторон. Это значит, что «пьянящие беззаботные будни» Facebook, скорее всего, остались в прошлом.
- «Будут ли защитные меры для американцев такими же, как и для европейцев?» (Джин Грин)
Вопрос Грина касается Общего регламента ЕС по защите персональных данных (GDPR), который вступит в силу в мае на территории всего Европейского союза. Facebook, по-видимому, предоставит европейским и американским пользователям одинаковые меры защиты. В том числе, и новый инструмент, знакомящий с настройками конфиденциальности, а также возможность просматривать и загружать всю личную информацию, используемую для рекламных целей. Детали, как и в других вопросах, все еще в процессе разработки.
- «Какие законодательные изменения помогли бы решить проблемы, похожие на историю с Cambridge Analytica? И какие были бы бесполезны в таких вопросах?» (Оррин Хэтч)
В своем ответе Цукерберг сосредоточился на трех принципах. Во-первых, «понятная и практичная» политика конфиденциальности для потребителей. Во-вторых, «полный контроль» - дать возможность удалять контент в любое время. В-третьих, на примере функции распознавания лиц, он упомянул передовые технологии: важен баланс между согласием пользователя и глобальной конкурентоспособностью.
Эти ответы говорят не только о том, что рассказал Цукерберг, но и о чем он умолчал. В целом, Facebook, кажется, движется в правильном направлении. Но одна реплика, которая выделяется среди прочих, показала, что не все так просто для Facebook.
Фрэнк Паллоне: «Примите ли вы обязательство изменить все настройки по умолчанию, чтобы свести к минимуму сбор и использование данных пользователей?»
Цукерберг: «Конгрессмен, это сложный вопрос, на который, нельзя ответить одним словом».
Мы уже говорили о вопросах, которые, по нашему мнению, нужно было задать Цукербергу. Один из них: «Пересмотрит ли Facebook свою основную бизнес-модель монетизации персональных данных?». Судя по всему, ответ: маловероятно.
Сбор данных – основа бизнес-стратегии Facebook, даже если компания не продает эти данные напрямую (как думали многие законодатели). Свидетельством тому является вышеупомянутый отказ Цукерберга от модели вовлечения. Возможно, просить Facebook полностью отказаться от этой торговли – чересчур. Но пока она есть, Facebook всегда будет в «напряженных отношениях» со своей «основополагающей» ценностью конфиденциальности, а слушания, с Цукербергом или без него, будут продолжаться.
Перевод НВ
Новое Время обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок Atlantic Council. Републикация полной версии текста запрещена
Оригинал опубликован на Atlantic Council
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени
