Лицо коррупции

Я спокойно смотрел табло рейсов с десятками городов, которые уже хорошо знал, но был один в списке где-то между Стамбулом и Куала-Лумпуром, выделявшийся для меня: Тбилиси. То, что я собирался сделать, навсегда изменит меня весной 2003 года.

Я стремился оставить Западную Европу и вернуться в мир, полный случайностей и спонтанности. После поездки в Албанию начал скучать по ощущениям, полученным в месте наподобие того. Ригидность проживания в Швейцарии начинала тяготить.

Полет был мягким и приятным. Белые пушистые облака окутывали вершины гигантских, покрытых снегом Кавказских гор, беспрепятственно поднимаясь из воды в небо. Черное море закончилось, и мы начали снижаться.

С вершины почти трех километров Тбилиси выглядел хаотичным. Все двигалось в свободном направлении, в окрестностях города стояли серые полуразрушенные дома коммунистической эры. У меня было ощущение, что я хорошо размялся прежде чем сделать забег в мир приключений, и это точно был для меня новый уровень испытания.

В Грузии у меня не было ничего. Никаких контактов или бронирования отеля. Я не знал языка и понятия не имел, как оно будет там, на земле. Я знал, что этот вызов заставит меня повзрослеть и это достанется мне не просто так: путем полного выхода из моей зоны комфорта. Мы вышли из-за туч, и я глубоко вдохнул.

Грузия была местом, где я должен был бороться за то, чтобы уберечь свои деньги

Самолет мягко приземлился на ветхую взлетно-посадочную полосу, окруженную старыми нерабочими советскими вертолетами. Я хотел увидеть место, которое было сырым, неотполированным и без туристов. В 2003 году Грузия была именно такой.

Самолет остановился на взлетно-посадочной полосе – как в очереди, черные BMW и Мерседесі с затемненными окнами быстро окружили наш транспорт. Люди (то есть все) с видом мафиози покинули самолет, зашли в автомобили на взлетной полосе и умчались прочь.

Я был один. Только я, пустая взлетная полоса и аэропорт, выглядевший как обреченное здание. Я на секунду застыл, словно кто-то поставил на паузу мою жизнь. Затем медленно вытянул шею и оглянулся вокруг на все это зарубежье.

Собравшись духом, я схватил свою сумку и пошел в направлении аэропорта.

Перед входом меня остановил кто-то важный и официальный. Он посмотрел на мой паспорт, а затем посмотрел на меня, вынеся приговор:

- Двадцать долларов, – сказал он.

- Двадцать долларов за что? – ответил я.

Мужчина снизил свой голос, нахмурил брови, и подошел ко мне ближе.

- Двадцать долларов, чтобы попасть в страну, – повторил он в более медленной и глубокой манере.

«Но визовый взнос $35 и я его уже оплатил. Посмотрите, это в моем паспорте, – сказал я, указывая на это в моем паспорте, радуясь, что имею доказательство. – За что $20?»

«Двадцать долларов за то, чтобы попасть в аэропорт. Чтобы попасть в страну, сначала надо зайти в аэропорт», – решительно ответил он, поставив свое тело передо мной и дверью.

Между нами была длинная пауза. Я не до конца понимал, что происходит: это был как разговор из какого-то вестерна. Но вместо попытки обойти местных бандюков и прошмыгнуть сквозь раздвижные двери пыльного бара в 1800-х, я пытался зайти в международный аэропорт в 2000-х. Я столкнулся с коррупцией прежде чем зайти в этот мир, и это был совершенно новый уровень.

Я дал ему деньги.

«Большое спасибо, сэр, – сказал он с озорной улыбкой. – Приятно вам провести время в Грузии».

И что за начало это было...

Я прибыл в страну, которая – как я вскоре узнал – едва держалась кучи на волоске. Я вышел из аэропорта, где более 30 таксистов окружили меня. Прежде чем я успел перевести дыхание, я уже был на заднем сидении убогой Лады, жившей на углекислом газе, как дерево.

Первым, что я заметил в окрестностях Тбилиси, была инфраструктура. Она была в ужасном состоянии. Дороги были потрескавшиеся и изношенные, как струйка топлива из-под этой машины.

И мир, полный удивления, лежал прямо за моим окном. Девятиэтажные цементные квартирные блоки тянулись вдоль дороги, одежда и одеяла свободно свисали с маленьких балконов. Дети играли в футбол в переулках – оттуда доносился звук смеха. Казалось, что в этой сцене было больше жизни, чем во всей Швейцарии.

Чем ближе мы подъезжали к Тбилиси, тем более заполненными становились улицы, а люди ездили как сумасшедшие. Мы неслись мимо и вокруг пешеходов непредсказуемыми путями. Как только мы добрались до старого города, магия начала рассеиваться. Оглядываясь на ту сторону реки Мтквари, я видел массив архитектурных влияний, различные цвета и запахи.

Макдональдс в Тбилиси 2003

Таксист спросил меня об отеле. Я не имел на примете ни одного, поэтому сказал ему ехать в Макдональс. Я знал, что в Тбилиси должен быть Макдональс.

Мы остановились напротив одного. Наша договоренная цена в $10 быстро превратилась в $50. Мой водитель оказался вторым из тех, кто пытался ободрать меня в Грузии. И я был более подготовленным после своего опыта в аэропорту и обошелся $20. Грузия была местом, где я должен был бороться за то, чтобы уберечь свои деньги.

Я зашел на территорию знакомых мне с детства запахов. Никогда не был фанатом Макдональс, но в мире это всегда было местом, где по меньшей мере есть туалет, а в лучшем случае – каталог для поисков места ночлега.

Мама Нази

Это был канун того, как появились бронирования и путешествия с мобильным телефоном. Я должен был проявить креативность.

Я стоял в очереди позади молодых грузин, которые не могли дождаться своих биг маков и макфлури.

«Добро пожаловать в Макдональс, сэр. Чем могу помочь?» – довольно сказал мне молодой человек.

Подойдя прямо к прилавку, я ответил: «Знаете ли вы, где можно остаться на ночь?»

«Остаться на ночь?» – ответил уже другой кассир.

Где-то восемь сотрудников сбились в кучку наготове, услышав этот странный запрос.

«Да, знаете ли какие-то гостевые дома поблизости?» – спросил я.

«Дайте подумать...» -– ответил он.

Раздался телефонный звонок и где-то через двадцать минут показалась крупная пожилая леди, одетая в платье в крапинку.

«Это Мама Нази,– сказал мне молодой человек. – Ты можешь остаться у нее».

Мама Нази посмотрела на меня, улыбнувшись своим золотым зубом, и показала следовать за ней. Работники улыбались пока не начали громко смеяться. Они изо всех сил пытались удержать этот смех в себе.

Мама Нази казалась невинной и она была моей единственной опцией, но все они знали то, чего не знал. Пройдя сквозь позолоченные арки, взрывы смеха остались позади, и моя новая грузинская мама схватила меня за руку и повела переходить хаотичную улицу.

Продолжение следует...

Больше о жизни Питера можно читать в Facebook , на его сайте petersantenello.com, следить за ним в Instagram , или на YouTube .

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени