Гений Майдана: феномен украинского характера

Киевский Майдан обвиняли во многих грехах, включая плохую карму. Можно много говорить и спорить по этому поводу, но одного у Майдана не забрать точно – целого ряда гениальных культурных национальных явлений, которые стали неотъемлемой чертой Революции Достоинства 2013-2014 годов. Гений Майдана наиболее ярко проявился в возрождении самосознания украинской нации, в желании полной самоидентификации и возращения к своим историческим корням.

Уже в первый день Майдана на площади появилась сцена, и начали выступать артисты. К такому повороту событий люди отнеслись по-разному. Песни и танцы для многих не вязались с революционностью момента и желанием быстро навести порядок в стране. Но по большому счету в желании украинцев аккумулировать энергию в одном месте, под «дикие танцы» Русланы и думы Тараса Компаниченко, не было ничего странного. Скорее, это была проявленная способность нашего народа превращать любое событие в театрально-песенное-стихотворное действо. Так нам ближе и понятнее. Так проявляется душа украинца, объединяя единомышленников, и моментально выявляя чужого в толпе. Именно любовь к творчеству отличает нашу нацию от многих других в мире, и заставляет относиться творчески даже к революционной деятельности.

Со степенью роста накала революционных страстей, росла и степень накала революционных выступлений. Гимн стал главной песнью Майдана, главным заклинанием и призывом к победе. Его пели четырехлетние дети и седовласые старцы, девушки, которым впору петь песни о любви и взрослые мужчины, в чьих устах он становился грозным оружием. По восприятию украинский гимн можно было сравнить тогда только с Марсельезой французов. Гимн звал на сражение. Его пели, когда побеждали. Он поддерживал, когда возникала угроза поражения и смерти. И звучал, когда теряли друзей... Есть ли в мире аналогичное художественное произведение, которое может действовать на миллионы людей с подобной силой, неся в себя мощь жизни и смерти одновременно? Не думаю. Недаром украинцы с откровенным презрением относятся к тем, кто не в состоянииотноситься к гимну с уважением.

Песня. Ее воздействие в дуэте слов и музыки несравнимо ни с чем. Чтобы не происходило на Майдане, украинцы не прекращали петь. В самые страшные февральские расстрельные ночи, пылающие пожарами и разрываемые взрывами, на Майдане звучала «Лента за лентою». Рядом, на Грушевского, под сложенные до неба и клубящиеся черным дымом автомобильные покрышки, рождалось новое - народное: «Горела шина, пылала». А когда по Майдану поплыли гробы «Небесной сотни», вместе с Героями поплыла через всю площадь, над всем Киевом – «Пливе, кача». Песня-стон, песня-тоска, которая по силе своего горя и силе своего несломленного духа, звучит сильнее самого трагического реквиема самых великих композиторов мира. Слушая ее и сейчас сердце сжимается, и память моментально уносит в те трагические дни.

Самоидентификация украинцев через песню шла и за рубежом. Пробуждение чувства нации с новой силой, рождение чувства сопричастности в диаспорах, сбор денег и помощи революционному Киеву и присоединившихся к нему революционных городов Украины, шло на концертах, часто сопровождаемых продажей национальных вещей и картин украинских художников в Австралии, Франции и Польше. И кто знает, может именно украинская песня побудила молодых украинцев, проживающих с рождения в благополучных Штатах, Швейцарии и Германии, бросить все и приехать воевать за свободу своей Родины – за свободу Украины.

Вышиванка также стремительно вернулась в жизнь украинцев, как и гимн. Словно все одномоментно вспомнили о нитях, которые когда-то вышили им бабушки и прабабушки на жизнь и на судьбу. Люди массово выходили на демонстрации и митинги протеста в национальных костюмах. Стало практически правилом хорошего тона быть одетым в национальную одежду, впитавшую в себя историю, родовую память, все радости и горести предков. Вышиванка была еще и отличительным знаком. Так свой узнавал своего среди чужих - тихушники и беркута не носили национального. Вышиванка стала и оберегом для множества людей, которые верили в то, что родовая одежда в состоянии защитить от самых трагических событий, отвернуть смертельный удар и сохранить жизнь. Увы, не всегда удавалось спастись таким образом. И тогда в последний путь герои уходили одетые также как их пращуры. На небе их встречали козаки с вусами и в вышиванках и брат узнавал брата. Нечто мистическое неотступно присутствует в наших традициях.

Украинское пронизывало и весь быт майдановцев - тех, кто постоянно жил на площади. Самые наваристые украинские борщи, самую вкусную кашу, бутерброды с салом, львовскую каву - готовили именно здесь. Духом козачества были пропитаны все гигантские котлы с едой, ароматный запах от которой разносился далеко за пределы площади. Милые девушки угощали всех горячим чаем и пытались чуть ли не насильно заставить взять канапку. Бабушки открывали свои закрома и несли нескончаемым потоком закрутки с огурчиками, помидорами и капустой, чтобы накормить детей, защищающих Украину. Да и сами палатки скорей напоминали уютные хаты, чем временное место проживания революционеров. В них были иконы, рушники, горшики и лавки - все то, без чего невозможно себе представить настоящий украинский дом. Везде встречали щедро и хлебосольно, с братскими объятиями. Дружбу всей большой украинской Родины (семьи) символизировала майдановская дровница, где любовно было сложено полено к полену и подписано каждое по имени наших городов - огромный украинский очаг, который никогда не погаснет.

Ну и конечно, Майдан был бы невозможен без Мистецького Барбакана, без баррикады творческой интеллигенции с феноменальными работами Андрея Ермоленко и других художников. Интересно звучало творческое кредо Барбакана: Писатели, поэты, художники, дизайнеры и представители всех творческих профессий заявляют о том, что они вне политики, но против режима. По этой причине у Мистецького Барбакана не было лидера или руководства. Зато была полная самоорганизация и порядок. Не правда ли, это очень в духе украинских традиций? Майдановские авторы собирали и еще соберут очень много ярких, запоминающихся выставок. Творцы Барбакана – это творцы народной культуры, которой заражаются самые профессиональные профессионалы, когда энергия народа бьет через край. Эти творения революции спустя десятилетия и столетия ценятся как источник настоящей незамутненной энергетики и стоят целые состояния, подпитывая жизненные силы владельцев.

Желто-голубой. Основной цвет Майдана. Цвет национального Флага. Он вошел в жизнь украинцев во всех проявлениях. Начиная с тоненьких ленточек на груди и заканчивая флагами на баррикадах, за которые люди были готовы отдать жизнь. Сберечь флаг –означало сберечь честь. По силе с желто-голубым флагом мог поспорить только черно-красный - повстанческий флаг, символ извечной борьбы украинской нации. Но флаги и цвета не спорили, а мирно уживались и даже дополняли друг друга.

Все символы старого мира - символы власти, которая воровала, убивала, морила голодом, кидала в тюрьмы и издевалась над украинцами - стали в одночасье ненавистны миллионам людей. Революционные массы людей были готовы сносить памятники Ленину и другим идолам, будто расплачиваясь с ними за все то горе, что принесли их хозяева украинскому народу. Отсутствие культуры, - кричали некоторые персонажи.

Замещение физической расправы – расправой над «кумирами» врага, - позволю себе заметить я. Именно так происходят мирные культурные революции и только убийцы выводят на улицы танки и грады и оккупируют города, сражаясь против целых народов.

Именно Майдан 2012-2013 годов подчеркнул закономерность, которую многие упорно не хотели замечать ранее и стараются не видеть и сегодня: украинский народ, в очередной раз, оказался духовнее и культурнее своих правителей. Пожалуй, ни одной другой революции в мире в такой степени как украинской не удалось с такой тонкостью и очевидностью доказать и продемонстрировать феномен 21 века, характерный для многих государств. У власти находятся бандиты, воры и убийцы. Настоящей культурной и политической элитой Украины является народ и его основная революционная движущая сила, готовая бесстрашно сражаться ради торжества Справедливости. Ценой собственной жизни. До победы.

Интересно, что Майдан проявил и врожденную интеллигентность украинцев во всех поколениях. Наше уважение и почитание к старшим – прислушаться, перенять опыт, помочь, уступить место, угостить кофе, отдать последний кусочек хлеба - в центре Киева это стало нормой существования. Выходя на Майдан, невозможно было себе представить, что еще вчера вот тот юноша мог не уступить место в метро вон той даме бальзаковского возраста. Майдан пробуждал лучшие черты в людях. Тысячи и тысячи несли сюда еду, вещи, бензин и покрышки, разводили костры и прикрывали друг друга от пуль, потому что вновь стали той большой и единой семье с гордым именем – Украина.

Украинец стал на Майдане глобальным и значимым понятием. Из графы национальность слово медленно перекочевывало в кровь, бурлило, просыпалось, расправляло плечи и становилось… гражданином Украины буквально на глазах.

И уже неважно было, на каком языке ты говоришь в быту, откуда приехал, кто ты – татарин, русский или еврей. Важно было, кем ты себя чувствуешь здесь, на этой земле, на этой площади, на этом Майдане. Первые смерти Майдана – армянин и белорус – были восприняты как смерти украинских национальных героев. А иначе и не могло быть, ибо они сражались за Украину и ее свободу.

Маленькие дети, приходившие сюда с желто-голубыми флажками и шариками, поющие гимн с ошибками, впитывали революцию и жажду свободы вместе с молоком матери в самом сердце Киева, и становились украинцами на сотнях Майданов Украины.

Ибо слово украинец в то время - это синоним слова Свобода. Гений Места, Гений Майдана через века прикасался невидимым поцелуем к каждому, кто прошел через его площадь. В его дыхании были сила Рюриков и колокола киевских соборов, мощь Владимира и мудрость Ярослава, воля Игоря и поступь Ольги, запах Днепра и ветер с Днепровских круч. Этот ветер свободы будет летать над Украиной, над Киевом и над Майданом вечно, с каждым веком лишь усиливая силу непокоренных украинцев.