Поворотный момент истории. Что может изменить постковидный кризис

Глобализация рассматривается как негативное явление, имеют место значительные проявления неравенства, а также недостаточная защита окружающей среды. Такие времена наступают не впервые; история знает немало моментов, которые изменили экономику и образ нашей жизни. Никто не знает, как изменится нынешний консенсус, но исторический обзор таких моментов может дать представление о том, как общество переживало предыдущие периоды сногсшибательных изменений.

Промышленная революция

Бесспорно, это было глобальное экономическое событие, изменившее нашу жизнь. Механизация сельскохозяйственных работ и строительство заводов привели к беспрецедентному улучшению уровня жизни. Это также ознаменовало начало экономики, когда Адам Смит заметил, что основой индустриализации является «невидимая рука» — покупатели и продавцы товаров, определяют цены и количество товара на рынке, в отличие от тех времен, когда государство диктовало, как работает экономика. Очевидно, что Смит был высокого мнения о промышленном производстве. Он мало обращал внимание на сферу услуг, которую он описал в своем главном труде Богатство народов как сборище «скоморохов, оперных певцов и музыкантов». Его взгляды на первостепенное значение промышленности живы и сегодня, поскольку страны стремятся восстановить баланс своей экономики, увеличивая объемы производства по сравнению со сферой услуг.

История напоминает нам, что это уже делали раньше и можно сделать снова

Глобализация и конец протекционизма

Отмена кукурузных законов в 1846 г. ознаменовала фундаментальный отход от меркантилизма и наступления эры глобализации. Протекционистское законодательство устанавливало высокие пошлины на импортное зерно, что отвечало интересам зажиточных землевладельцев. То, что в XIX столетии страны считали целью торговли наличие излишков товаров, свидетельствует о меркантилистском подходе. Но работы классических экономистов, особенно великого экономиста Дэвида Рикардо, заставили политиков изменить мнение. Рикардо написал теорию международной торговли на основе сравнительных преимуществ, которая остается модельной сегодня. Он показал, что странам выгоднее специализироваться и обмениваться товарами с другими странами. Это изменило мнение британского премьер-министра Роберта Пила, чья поддержка отмены кукурузных законов начала период глобализации и усиления торговли в конце 19 века. Сэр Роберт вскоре после этого голосования потерял кресло премьера, но такое изменение парадигмы в конце концов привело к Позолоченному веку, главной чертой которого было значительное процветание.

Создание капитализма социального государства

Создание социального государства в начале ХХ века изменило наше общество. Корнями социальное государство достигает конца XIX века — Позолоченного века, который характеризовался значительным неравенством между богатыми и бедными. Таким образом, в позднюю викторианскую эпоху во главу угла стало желание помочь «достойным беднякам» — как ответ на потребности тех, кого капиталистическая система и большая глобализация оставили на обочине. Великий экономист Альфред Маршалл и другие экономисты-неоклассики убедились, что изменение капиталистической системы Индустриальной революции для включения в ее парадигмы социального государства не вредит росту. Мнение Маршалла изменилось, когда он увидел, что предоставление социальных благ не снижает мотивацию к работе. Под сильным давлением растущего числа коммунистических и социалистических режимов в начале ХХ века и убытков, вызванных Великой депрессией 1930-х годов, экономисты и политики разработали новую капиталистическую систему социального государства, которая включала социальное обеспечение и национальные системы здравоохранения, существует до сих пор.

Великая депрессия 1930-х годов

Определяющий кризис ХХ века привел к принятию большей роли государства. Великий экономист Джон Мейнард Кейнс утверждал, что мы все умрем, а экономика в долгосрочной перспективе исправит себя сама. Из его аргумента о том, что правительство должно брать займы и тратить средства, чтобы компенсировать падение частных расходов, родилось принятие государственного вмешательства и дефицитного бюджетного финансирования. Кейнсианство внесло существенные изменения в темы экономики, несмотря на то, что долги и государственные расходы остаются предметом дискуссий.

Вторая рецессия в конце 1930-х годов

Вслед за большим крахом 1929 года, приведшим к Великой депрессии 1929−1933 годов, наступила вторая рецессия в 1937—1938 годах. Она стала испытанием для многих людей, в частности, для тех, кто официально не считался безработным. Великая экономистка Джоан Робинсон писала о скрытой безработице. Она говорила, что люди будут продавать спички на углу улицы, чтобы заработать себе на хлеб. И хотя технически человек работает, такая жалкая работа на самом деле является скрытой безработицей. Ее работа привела к разработке более широких мер по борьбе с безработицей, таких как создание рейтинга безработицы U6 в Соединенных Штатах. Рейтинг U6 вдвое выше официального уровня безработицы во время нынешней пандемии Covid-19. Такое более точное измерение дает основу для разработки более комплексной политики помощи людям, пострадавшим от кризиса, например, выплат денежной помощи налогоплательщикам.

Читайте также:

Уиллем Буитер

Безработица и инфляция? Что происходит с экономикой США

Золотой век роста в послевоенный период и компьютерная революция

Пятидесятые-шестидесятые годы считаются золотым веком, когда средний доход быстро рос. Это также начало эры компьютеров. Несмотря на яркий старт, в дальнейшем компьютерная эра мало способствовала повышению производительности труда. Именно поэтому, лауреат Нобелевской премии по экономике Роберт Солоу, который описал основные модели экономического роста в 1950-х годах, заметил в 1987 году: «Эру компьютеров видно повсюду, кроме как в статистике по производительности». Это стало известно как парадокс Солоу. Результаты дебатов вокруг того, являемся ли мы свидетелями длительной стагнации, зависят от решения парадокса Солоу, ведь похоже на то, что нынешняя цифровая эпоха также не способствует повышению производительности труда.

Рынки 1980-х годов

Революции Тэтчер и Рейгана в 1980-х годах изменили капиталистическую систему. Идеология свободного рынка великого австрийского экономиста Фридриха Хайека вдохновила на дерегуляцию и открытие рынков, таких как Лондонский Сити. В своей книге Путь к рабству Хайек пошел настолько далеко, что заявил, будто единая экономическая система, которая позволяет людям выбирать (а не быть рабами) это капиталистическая система, поскольку при коммунистическом или социалистическом режиме государство выбирает, что вам делать. Мнение Хайека имело влияние и за «железным занавесом», и считалось, что оно стало одним из факторов, приведших к запуску процессов распада Советского Союза в конце 1980-х годов.

Читайте также:

Павел Кухта

Как вакцинация влияет на экономику Украины

2008−2009 годы. Глобальный финансовый кризис

Худший системный банковский кризис с 1930-х годов привел к крупнейшей рецессии со времен Великой депрессии. Великая рецессия 2008−2009 годов заставила заново пересмотреть уроки, полученные в прошлом. Прежде всего среди таких уроков была потребность в применении нетрадиционных средств денежно-кредитной политики. Нобелевский лауреат Милтон Фридман и его соавтор Анна Якобсон Шварц показали, что именно Большое сокращение 1930-х годов, когда денежная масса сократилась на треть, стало следствием того, что крах 1929 года привел к депрессии, тогда как после подобного краха в 1920−21 годах наступили Ревущие двадцатые. Этот урок был хорошо учтен главой ФРС Беном Бернанке, исследовавшим Великую депрессию и который десять лет назад осуществил денежные вливания путем количественного смягчения и проведения очень либеральной монетарной политики.

Постковидный кризис

Хотя недовольство нынешней экономической системой имело место и в глобальной пандемии, кризис, вызванный COVID-19, свидетельствует о древнем негативном восприятии глобализации и неравенства. Возможность увидеть, что можно работать по-другому, например, дома, улучшение состояния окружающей среды в результате карантина — все это обострило дискуссию вокруг лучшей мировой экономической системы в XXI веке. Нет простых ответов, и поиск консенсуса, безусловно, займет времени. Но сейчас наступил очередной момент в истории, когда в ближайшие годы может быть достигнут новый экономический консенсус. История напоминает нам, что это уже делали раньше и можно сделать снова.

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения НВ