Будет ли успешен Эрдоган?

Сколько волка не корми, а он все равно в лес смотрит – именно эта поговорка приходит на ум после заявлений президента Турецкой республики Реджепа Тайипа Эрдогана о положительных для него результатах голосования на референдуме об увеличении полномочий главы государства.

Не буду детально останавливаться на 18 статьях турецкой конституции, разрушающих систему сдержек и противовесов и превращающих пост президента в самый желанный политический приз, где победитель получает все.

Хочу обратить внимание на слова, прозвучавшие из уст Эрдогана на митинге его сторонников. Одна фраза уже стала крылатой и звучит так: «Сегодня Турция ответила на вопрос, который дискутировался 200 лет». Большинство обозревателей справедливо увидели здесь намек на замену абсолютной османской монархии на конституционную в 1876 году. Но это произошло 141 год назад.

Почему Эрдоган говорит о 200 годах? Для красного словца? Думаю, нет. 200 лет назад в Османской империи, страдающей из-за внутренних проблем, бунтов на периферии и внешних поражений, вызрела идея о необходимости реформ европейского образца. Эти реформы, известные как танзимат, были реализованы в середине XIX века и их апогеем стало принятие первой конституции и избрание парламента. Правда, просуществовал этот парламент лишь год – в 1878 году он был разогнан, а власть в своих руках сконцентрировал султан Абдулгамид II. Недаром противники Эрдогана любят сравнивать его именно с этим правителем.

Между тем это погружение на две сотни лет назад может натолкнуть нас на еще одно распространенное среди сторонников умеренных исламистов утверждение – все проблемы в Османской империи начались тогда, когда правители усердно склонились перед Западом. Отсюда разговоры о «крестоносцах» и «сговоре против Турции», оседающие на плодородной почве страданий об утраченном величии.

В современном мире Турция не единственная страна, страдающая от фантомной имперской боли и, очевидно, не первая в попытке сконцентрировать власть в одних руках. По большому счету, период демократического развития в Турции сопоставим по времени с украинским, а светскость отнюдь не является синонимом демократии. Важные демократические реформы, проведенные Эрдоганом в начале своей политической карьеры, давшие турецкому обществу мощный экономический толчок, проходили под аккомпанемент борьбы умеренных исламистов и всевластия военных.

Европейские правила мастерски использовались для обуздания армии, а после неудачного военного переворота ее роль практически свелась на нет. Беда в том, что логика такой борьбы, очень удобная для объяснения политики «закручивания гаек», после потери влиятельного врага непременно повлечет за собой поиск новых врагов, которые должны быть соизмеримыми или даже коварнее в своих намерениях. Так называемая FETO (Террористическая организация Фетхулла Гюлена) – классический пример такого замещения. И обещание Эрдогана восстановить смертную казнь в Турции, которая оценивается наблюдателями как попытка стальным обручем страха скрепить турецкое общество, страдающее от экономической стагнации и войны на периферии, является наглядным примером такого поведения.

Будет ли успешен Эрдоган? Этот вопрос приобретает особое значение и для украинцев в свете дискуссий об авторитарной модернизации как альтернативе демократического развития. Успешные примеры автократий, упрощение повестки дня популистской риторикой и склонность к сильной руке иногда находят горячий отклик и в украинских сердцах.

По моему мнению, любое действие, приводящее к выхолащиванию сути политических институтов, к их редукции и делегированию полномочий в руки одного лидера, является контрпродуктивным, учитывая заявленные цели – экономическое развитие и процветание. Принудительная мобилизация, конечно, может на короткое время стимулировать развитие, но его влияние в среднесрочной перспективе будет мимолетным. Общество может оказаться в ловушке эскалации, где первой жертвой станет общественное доверие. Его место займут усталость, апатия и, в конце концов, упадок. Насилие в таких обстоятельствах останется единственным способом решения политических кризисов, а эрозия институтов приведет к необратимым последствиям.

Стоит ли туркам снова наступать на те же грабли, что и 200 лет назад, чтобы окончательно убедиться в исторической правоте их предков: экономическое развитие без устойчивых правил игры, усложнения и развития институтов, невозможно. Главное, чтобы понимание ответа на этот вопрос пришло вовремя.

Колонка опубликована в журнале Новое Время за 21 апреля 2017 года. Републикация полной версии текста запрещена.