Ошибка президента

В первый свой президентский год Дональд Трамп развязал ожесточенную войну с прессой. Среди результатов схватки — тающий рейтинг президента и рост аудитории СМИ

Анна Павленко

В этом году ежегодный ужин Ассоциации корреспондентов Белого дома, где традиционно присутствует президент США, впервые за последние 36 лет прошел без его участия. Встречу с журналистами Дональд Трамп проигнорировал, сославшись на необходимость выступить перед избирателями в Пенсильвании.

“Главы нашего государства здесь нет. Это потому, что он живет в Москве,— едко прокомментировал выступивший на мероприятии американский корреспондент и комик Хасан Минхадж, имея в виду вмешательство Кремля в выборы.— Что же касается другого парня, думаю, он в Пенсильвании, так как не может спокойно переносить [такие] шутки”.

Отношения Трампа с прессой не заладились еще со времен предвыборной гонки. Журналисты ведущих изданий и телеканалов не жалели слов на критику кандидата-республиканца, а тот обвинял их во лжи. Однако с точки зрения медийности скандальный бизнесмен и политик стал для прессы настоящей находкой — о нем всегда много писали и говорили.

Так, исследование медиаприсутствия Трампа в первые 100 дней его президентства, опубликованное Центром медиа Джоан Шоренштейн при Гарвардской школе управления имени Джона Фицджеральда Кеннеди, установило: за этот период американский президент стал главной темой более 40% всех новостных выпусков авторитетных американских СМИ — это втрое больше, чем в случае с другими президентами США. Однако лишь 20% посвященных ему телепередач и статей были поданы в позитивном ключе.

Из всех проанализированных СМИ — в том числе The New York Times, The Wall Street Journal, CBS, CNN — наиболее расположенным к Трампу оказался республиканский телеканал Fox News, хотя и в его эфире эмоциональный окрас сюжетов о президенте колебался в зависимости от темы. Трамп задал новый стандарт в неблагоприятном освещении деятельности президента, сделали вывод авторы исследования.

Тем временем сам американский лидер не скрывает своей неприязни к прессе, называя журналистов “больными людьми”, “нечестными” и врагами, “которые пытаются вонзить нож прямо в наш пах”. Еще в феврале 2017‑го, спустя месяц после инаугурации, глава Белого дома написал в Твиттере: “СМИ фальшивых новостей — The New York Times, NBC, ABC, CBS, CNN — не мои враги, они враги американского народа!” А позднее даже предложил спецслужбам рассмотреть возможность сажать журналистов за решетку.

“Трамп прилагает целенаправленные усилия, чтобы обесценить критику и подорвать доверие к прессе, отвергая любые неугодные материалы как “фальшивые новости”,— констатирует Энди Тучер, профессор журналистики и директор программы коммуникаций в Высшей школе журналистики Колумбийского университета.

По ее мнению, американские президенты всегда имели некоторые расхождения с новостными СМИ, однако президент Трамп в своих попытках демонизировать прессу зашел дальше, чем любой из них.

Катерина Панова, основатель и главный редактор американского интернет-издания Rubic.us, в последнее время заметила тревожную тенденцию: реакция читателей на любую информацию, которая не соответствует их представлениям, сводится к излюбленному выражению Трампа — fake news (фальшивые новости).

Только за первые полгода в Белом доме Трамп использовал этот хлесткий штамп в своем Твиттере 69 раз. В одной из публикаций он даже предложил провести конкурс среди новостных сетей “на самую неправдивую, коррумпированную и / или искажающую политические новости о вашем любимом президенте (обо мне)”. Победителю президент пообещал вручить "трофей фальшивых новостей".

“Это началось с момента, когда Трамп выиграл праймериз, начал активно бороться против [кандидата от Демократической партии Хиллари] Клинтон и делигитимизировать факты с помощью приема fake news”,— вспоминает Панова. По ее мнению, политик решил, что договориться с ведущими медиа на его условиях невозможно и единственный способ победить — это дискредитировать их.

Впрочем, есть и другие версии о мотивах американского президента. Сегодня политические и медиаэксперты в США живо обсуждают, является ли враждебность Трампа в отношении СМИ искренней или это просто шоу, делится с НВ Джейн Элизабет, руководитель Программы ответственной журналистики в независимой образовательной организации American Press Institute.

“Создание [образа] “плохого парня” может быть способом привлечь внимание, приписать вину, создать иллюзию власти и героизма”,— предполагает эксперт.

И хотя американский президент действительно не страдает от нехватки внимания со стороны прессы, есть у этой медали и обратная сторона. Вражда со СМИ отражается на президентских рейтингах. В середине декабря это признал и Белый дом.

Согласно обновляемому каждые три дня анализу исследовательской компании Gallup, в январе 2017‑го уровень одобрения и осуждения работы Трампа сравнялись на отметке 45%. Однако уже в феврале доля критиков выросла и в течение года не опускалась ниже 50%. В декабре она достигла 59%.

“Уровень доверия к Трампу ниже, чем был к любому другому президенту в новейшей истории”,— констатирует Элизабет.

По данным свежего опроса Саффолкского университета, расположенного в американском Бостоне, уровень одобрения президента постепенно снижается даже среди зрителей Fox News, единственного крупного телеканала, который проявляет к американскому президенту терпимость. Если в марте 2017‑го Трампа положительно оценивали 86% аудитории телеканала, то в октябре — уже менее 60%.

Нападки президента на журналистов заставили американцев заговорить о посягательстве на 1‑ю поправку к Конституции, которая вместе со свободой вероисповедания и собраний гарантирует гражданам США свободу слова и прессы.

“Критики Трампа считают его атаки [на прессу] угрозой для демократического процесса и еще одним поводом побаиваться его администрации и оппонировать ей”,— подтверждает Тучер. Хотя часть голосовавших за Трампа видят в его манере обращаться со СМИ проявление силы и способности отстаивать их интересы, добавляет она.

Последние — в меньшинстве. По данным опроса, проведенного Квиннипэкским университетом (штат Коннектикут, США) в августе 2017‑го, манеру обращения Трампа с медиа осуждают более 60% американцев. При этом 54% опрошенных доверяют журналистам больше, чем президенту, считая, что именно те “доносят правду по важным вопросам”.

Американские медиааналитики признают: нынешний глава Белого дома — не первый, у кого сложились непростые отношения с прессой. Однако, в отличие от других президентов, Дональд Трамп атакует СМИ открыто, смакуя процесс. Так, например, Ричард Никсон негласно угрожал лишить лицензии неугодные ему издания, но редко позволял себе выпады на публике. “Не думайте, что вы вызвали у меня гнев — человек может злиться лишь на того, кого уважает”,— с язвительной улыбкой заявил Никсон журналистам в октябре 1973‑го.

Менее конфронтационную позицию заняли президенты-демократы. Например, Билл Клинтон и Барак Обама во взаимоотношениях со СМИ сделали ставку на объемные личные интервью, таким образом стремясь привлечь журналистов и читателей на свою сторону.

К слову, именно Обаме, единственному из последних четырех американских президентов, удалось в первые 100 дней правления получить о себе больше положительных публикаций, чем критических. В целом за годы президентства он фактически стал любимцем американской прессы, хотя и получал от журналистов острые и неудобные вопросы в том же количестве, что и многие его предшественники.

А перед тем как покинуть Белый дом, прощаясь с журналистским пулом, он произнес: “Я получал большое удовольствие от работы со всеми вами. Конечно, это не значит, что мне нравились все ваши материалы, но в этом‑то и смысл наших взаимоотношений”.

И если при Обаме соотношение негативных новостей о президенте к позитивным в первые 100 дней составило 41% к 59%, то у Трампа эта пропорция кардинально изменилась: 80% к 20%.

Впрочем, в противоборстве Белого дома и СМИ не все шишки сыплются на Трампа. Всего 40% американцев одобряют то, как журналисты освещают деятельность президента. Более того, многие считают, что критические материалы выполняют деструктивную функцию. За год процент убежденных, что журналистская критика в адрес политиков лишь мешает последним работать, вырос: с 23% до 29% среди нейтральных избирателей и с 20% до 56% среди сторонников Республиканской партии, констатировали весной 2017‑го исследователи Pew Research Center.

“Многие ведущие медиа действительно нарушают долгие традиции объективности, чтобы написать о нем [о Трампе] крайне критически”,— признает Тучер. В качестве примера она приводит публикации The New York Times, которые открыто называли отдельные высказывания Трампа ложью, чем вызвали полемику в обществе.

При этом Элизабет отмечает: доверие американцев к СМИ было невысоким и снижалось годами еще до того, как Трамп за­явил о своих намерениях баллотироваться.

К тому же существовавшая система медиа не соответствовала потребностям всех американцев, дополняет Панова. Так, большинство американских СМИ, хорошо известных за рубежом,— это медиа либеральных взглядов, они поддерживают демократов и пропагандируют прогресс, науку и толерантность. При этом в США есть меньшинства, которые исповедуют другие ценности, и теперь у них появляется все больше собственных ресурсов, делится наблюдениями американская журналистка.

Впрочем, президентство Трампа принесло прессе некоторые выгоды: аудиторию удалось нарастить как степенному мейнстримовому The New York Times, так и поддерживающему Трампа ультраправому новостному ресурсу Breitbart News. “Люди читают больше тех новостей, которые поддерживают их точку зрения”,— поясняет этот факт Тучер.

Ее поддерживает и Элизабет из American Press Institute. “По ряду причин люди сейчас более заинтересованы в медиаосвещении, и подписки, а значит и финансовая поддержка, для некоторых изданий выросли”,— говорит она.

В начале ноября 2017‑го составители толкового словаря английского языка Collins English Dictionary объявили fake news фразой года, расшифровав его как “ложную, часто сенсационную информацию, которая распространяется под видом новостей”. За прошедший год употребление этого словосочетания во всем мире выросло на 365%, сообщили они.

“Трамп, конечно, не придумал fake news, но он легитимизировал и популяризировал этот термин, сделал его обиходным”,— говорит Панова. Теперь эту фразу используют американцы как с прореспубликанскими взглядами, так и с продемократическими, констатирует она.

Острое языковое клише стали использовать не только простые граждане, но и авторитарные лидеры и режимы по всему миру. Так, сирийский президент Башар Асад опроверг информацию о 13 тыс. погибших в одной из его военных тюрем, заявив: “Сегодня можно подделать что угодно, мы живем в эру фальшивых новостей”.

После нашумевшего международного скандала о преследовании и истреблении этнической группы рохинджа в Мьянме один из местных чиновников так высказался о проблеме: “Нет такого понятия, как рохинджа. Это фальшивая новость”. И даже вечный критик американского режима президент Венесуэлы Николас Мадуро перенял стратегию Дональда Трампа и заявил пропагандистскому российскому изданию Russia Today, что мировые СМИ распространяют много лжи о его стране, добавив: “Именно это мы сегодня называем fake news, не так ли?”

Элизабет подчеркивает: в такой ситуации журналисты должны доносить до аудитории суть своей работы — что и зачем они делают. Не понимая, что происходит, люди ищут простых ответов. “Это заставляет их атаковать журналистику, что в свою очередь является атакой на 1-ю поправку конституции США и на демократию”,— утверждает эксперт.

Тем временем ожидать потепления в отношениях Белого дома и СМИ в США не приходится, считают аналитики, а значит рейтинг Трампа будет продолжать катиться вниз.

“В медиа и в стране раскол будет усугубляться, что сделает демократический консенсус все более сложным”,— делится своим неутешительным прогнозом Тучер.