Зачем нам Корея?

Исчерпывающий ответ на заявленный в заголовке вопрос дает простое сравнение новейшей истории Республики Корея и Украины

Андрей Николаенко,
координатор объединения Украинская Бизнес
Инициатива, являющегося соорганизатором
украинско-корейских бизнес-форумов в 2016-2017 годах

Первое: Южная Корея — пример того, как эффективный государственный менеджмент может компенсировать природную бедность страны. Республика Корея, по сути, является гористым островом, не только отрезанным от материка своей северной соседкой КНДР, но еще и весьма обделенным полезными ископаемыми.

Структура природных богатств Южной Кореи не способствует развитию материалоемких отраслей индустрии. Тем не менее Корея входит в десятку мировых производителей стали. В 2016 году Корея произвела 68,6 млн т стали. А Украина, обладающая богатейшими природными ресурсами для металлургии, смогла произвести всего 24,2 млн т.

Корейцы фактически с нуля, только за счет государственного менеджмента и протекционизма, смогли за 40 лет стать мировым лидером в судостроении. Даже в сложные для мирового судостроения последние годы и невзирая на мощную конкуренцию с Китаем и Японией, Южная Корея удерживает от 25% до 33% мирового портфеля заказов. Это крупнотоннажные высокотехнологичные суда. А украинское судостроение, которое обеспечивало более 30% судостроительной продукции СССР и производило практически все типы судов, сегодня практически исчезло с мировой судостроительной карты.

В 2016 году позитивное торговое сальдо Южной Кореи превысило $ 90 млрд. Страна экспортирует продукции почти на $ 500 млрд — электроника, автомобили, суда, ядерные реакторы, оптика. И не только: Южная Корея, практически не имеющая собственных запасов нефти и газа, является одним из крупнейших в Азии экспортеров нефтепродуктов. На нефтехимию — мазут, бензины, ДТ — приходится до 5% корейского экспорта. Украинский же экспорт за 2016 год не дотянул и до $ 50 млрд, а основу поставок составляют сельхозсырье и минеральные продукты.

Во-вторых, Южная Корея — пример для Украины по выходу из энергетического коллапса. Корея на старте своего “экономического чуда” сделала ставку на атомную энергетику и диверсифицированные поставки сжиженного природного газа (СПГ). 99% потребляемого в стране газа — импорт. В 2016 году Южная Корея импортировала около 35 млн т СПГ. Его корейцы покупают более чем в 10 странах. Республика развивает соответствующую инфраструктуру — СПГ-терминалы, суда-газовозы, совершенствует технологии регазификации и т. д.

В Южной Корее примерно треть всей электроэнергии производится на АЭС. На четырех атомных электростанциях работают 25 энергоблоков общей мощностью более 23 ГВт. Корейцы плотно сотрудничали с американской компанией Westinghouse, приобретали зарубежные технологии и сейчас уже производят высококонкурентные и безопасные реакторы, например APR-1400, и поставляют его на экспорт. К 2030 году корейцы планируют продать около 80 реакторов.

По количеству действующих реакторов Южная Корея входит в пятерку мировых лидеров наряду с США, Францией, Японией и Россией. Для сравнения: Украина располагает 15 энергоблоками, основная часть которых — еще советского производства с общей мощностью примерно 13 ГВт.

Корея также упорно движется к тому, чтобы удовлетворять потребности в ядерном топливе за счет собственного его производства. В отличие от Украины. Сегодня наши АЭС производят более 50% электричества в стране. Но 90% поставок ядерного топлива для украинских атомных станций приходится на Россию.

Корейцы оказались прозорливее большинства наших государственных менеджеров и еще в конце 2000‑х предлагали Украине идти по их пути в плане снижения зависимости от российских энергоносителей, прежде всего газа и ядерного топлива. Когда в 2008–2009 годах в правительстве Юлии Тимошенко начались разговоры о разработке LNG-терминала для Украины. Корейская газовая корпорация (Korea Gas Corporation, KOGAS), один из крупнейших мировых импортеров СПГ, могла стать реальным партнером Украины. Но в итоге фейковый испанский лыжный инструктор, которого под видом крупного инвестора “привел” в страну Владислав Каськив, глава Госагентства по инвестициям и управлению нацпроектами в период президентства Виктора Януковича, оказался более предпочтительным контрагентом для Украины, чем KOGAS.

Еще 8–10 лет назад корейцы высказывали заинтересованность в совместном строительстве на территории Украины завода по производству ядерного топлива и поставкам своих реакторов. Но для завода по производству ядерного топлива Украина в 2010 году выбрала в партнеры Россию. Завод в итоге так и не построен.

В-третьих, корейцы сегодня понимают, что Украина для них — перспективный плацдарм для усиления экспансии на рынок Евросоюза, а также потенциальный равноправный союзник в стратегических для республики отраслях. Корейцы освоили рынки восточноевропейских стран. И в той же маленькой Словакии корейская Kia в 2016 году произвела около 340 тыс. автомобилей. Экспорт из Южной Кореи в Словакию превысил в прошлом году $ 4 млрд. А весь украинско-корейский товарооборот сейчас не дотягивает и до $ 1 млрд. Украина не смогла наладить с корейцами полномасштабного автосборочного производства. И потеряла возможность создания совместного производства железнодорожного подвижного состава. Эту инициативу перехватила Турция, создавшая с южнокорейским ROTEM совместное предприятие по производству скоростных поездов.

Но фактор относительной дешевизны украинской квалифицированной рабочей силы даже по сравнению с рынком труда Восточной Европы все еще может оказаться преимуществом для Украины. Насколько мне известно, корейцы проявляют постоянный интерес к включению наших флагманов индустрии в свои производственные цепочки. Речь идет о таких предприятиях, как Зоря-Машпроект, Хартрон и некоторых судостроительных предприятиях.

Украина может возродить свою космическую отрасль, взаимовыгодно помогая Корее реализовать ее амбиции стать аэрокосмической державой. Сегодня эти амбиции сдерживаются Китаем, Японией и даже США, которые “патронируют” Южную Корею в этом секторе. Мощные космические державы явно не спешат делиться секретами успехов. Но корейцы уже заявили, что космические технологии для них — прежде всего способ ускорения экономического роста. А уж потом элемент престижа. Наши страны уже располагают опытом успешного сотрудничества в аэрокосмической отрасли. Его необходимо развивать.

Важным фактором в сотрудничестве Украины и Южной Кореи является то, что со стороны Кореи оно точно будет лишено геополитических амбиций, и Корея априори не будет пытаться доминировать над Украиной в силу ряда исторических, географических и ментальных отличий.

В-четвертых, для Украины актуален корейский опыт регионального развития и внедрения smart-урбанистики. Корея, которая является унитарным государством, предоставляет большие полномочия регионам. Государство включает прямое субсидирование регионов, льготное кредитование, реализует обширные программы развития провинций, поощряет южнокорейский бизнес к инвестированию в регионы. По всей стране реализуются программы создания логистических центров, центров креативной экономики.

Важным направлением является равномерное развитие культурно-развлекательной инфраструктуры по всей территории республики. Например, под мероприятия 23‑х зимних Олимпийских игр сейчас активно развиваются провинциальные города Пхенчхан, Сокчхо и Каннын. Корейцы даже решились перенести часть столичного административного функционала из Сеула в другой город — Седжон, чтобы разгрузить столицу и дать новый импульс региональному развитию.

Сегодня корейцы являются мировыми лидерами в сфере экологически рационального проектирования и управления городским хозяйством в режиме реального времени. Они уже строят целые города в концепции smart-сity.

И, наконец, № 5. Пока украинская власть копается в прошлом и борется за то, как разделить остатки советского наследия, пока думает над тем, нужна ли Украине собственная академическая наука, в Корее всерьез планируют будущее.

Там для этого создано специальное министерство науки, информационных технологий и будущего прогнозирования (Ministry of Science, ICT and Future Planning, MSIP). И оно определило, что будущее Южной Кореи — даже не за полупроводниками, электроникой и тяжелой индустрией. Приоритетами развития корейской экономики стали совершенствование нано- и биотехнологий, космоса и робототехники. Южная Корея входит в эру креативной экономики подготовленной. Украина может и должна последовать ее примеру.