Семя большого раздора

145 лет назад Франция и Пруссия заложили фундамент почти столетнего противостояния, вылившегося в три войны, каждая последующая из которых была страшней предыдущей

Олег Шама

Войну между Францией и Пруссией 1870–1871 годов порой называют странной: ее не хотели монархи обеих стран, но тем не менее она началась. И принесла за собой большие человеческие жертвы, оставив сокрушенной Францию и породив Германскую империю.

Другой ее итог оказался долгоиграющим: противоречия, заложенные войной, через четыре десятка лет привели к тому, что Париж и Берлин снова выместили друг на друге злобу. Войска стран-соседей сошлись на полях Первой мировой войны. Но для того, чтобы исчерпать все претензии, немцам и французам пришлось выяснять отношения и во Второй мировой войне.

Франко-прусскую войну историки называют странной прежде всего потому, что ни французский император Наполеон III, ни прусский король Вильгельм I ее не хотели. Повод к конфликту был ничтожный, так как возник спор: чей ставленник — Парижа или Берлина — наденет испанскую корону?

Ценность мадридского престола на тот момент была весьма сомнительной. Тамошнее правительство еще в 1837 году, воспользовавшись тем, что королеве Изабелле II было всего четыре года, приняло либеральную конституцию и ограничило монархию.

Когда в 1868‑м в стране началась революция, Изабелла, далекая от политических разборок, убежала с сыном во Францию и уже не захотела возвращаться домой до конца жизни. Испанские политики стали искать ей преемника из других монарших домов. Хотя король им нужен был скорее для приличия. Среди прочих трон предложили Леопольду Гогенцоллерну, племяннику короля Пруссии Вильгельма. Тот согласился и стал интересоваться подробностями.

Узнав об этом, Наполеон ІІІ начал контригру: отправил к кайзеру Винсента Бенедетти, который был опытным дипломатом, к тому же корсиканцем, земляком Наполеона I Бонапарта. В свое время Бенедетти добился присо­единения к Франции регионов Савойя и Ницца.

Бенедетти нашел Вильгельма в городке Бад-Эмс, где тот лечился на водах. Король выслушал посланника, связался с Леопольдом и объяснил, что лучше отказать испанцам: Пруссия вела многолетний проект по объединению германских земель под своим началом — ссориться с французами им было не с руки. Племянник послушался венценосного дядюшку.

Но в Пруссии был и другой влиятельный человек, который принял такую уступчивость крайне негативно,— канцлер Отто фон Бисмарк. Энергичный политик, он являлся главным идеологом общегерманского союза и считал, что завершить его построение быстро можно только “железом и кровью”.

Бисмарк все время подталкивал свою родину к конфликтам. Под его началом Пруссия отобрала у Дании Шлезвиг-Гольштейн. Потом произошло столкновение с Австрией, возможной соперницей за влияние на маленькие германские государства. Но эти противостояния выглядели слишком локальными. Бисмарку требовался сильный соперник, да такой, чтобы напал первым.

И тут произошло неслыханное: Наполеон ІІІ решил вспомнить боевую молодость. Ведь его армия некогда возвратилась победительницей из Крыма, поучаствовав в разгроме Российской империи. Французский император еще и лично участвовал в изгнании австрийцев из Северной Италии.



ВЕСОМЫЙ АРГУМЕНТ: Двор разрушенного парижского дома после бомбардировок прусской тяжелой артиллерией

Подзуживаемый своими министрами, Наполеон велел Бенедетти потребовать от кайзера уверения, что Гогенцоллерны впредь никогда не станут претендовать на испанский трон.

Посланник буквально поймал короля на Эмском вокзале, когда тот садился в поезд до Берлина. Уже одно это было наглостью. К тому же Бенедетти в надменной форме передал новые требования — мол, отказ от мадридской короны должен быть оформлен письменно.

Вильгельм ответил: “Дальнейшие переговоры будут перенесены в Берлин. Еще раз встречаться с вами лично я не буду”. Секретарь кайзера телеграфировал Бисмарку в столицу 13 июля 1870 года, сообщая новые условия.

Канцлер получил депешу в тот же день. Он как раз обедал с военным министром Альбрехтом фон Рооном и начальником генштаба Хельмутом фон Мольтке. Прочитав сообщение, Бисмарк спросил коллег, гарантируют ли они победу над Францией. Те утвердительно кивнули. “Продолжайте обедать”,— сказал канцлер и вышел в другую комнату. Там он вычеркнул из текста депеши предложение Вильгельма о переговорах и в таком виде отдал документ в печать.

Наутро берлинские газеты сообщали о новых неслыханных и ультимативных требованиях официального Парижа. А также о том, что король отказывает послу в аудиенции. Через неделю Франция объявила Пруссии войну.

В 1870‑м Наполеону было уже 62 года. К этому времени он издал большой том своих писем и речей и явно не собирался воевать в Европе. Император видел свою миссию в расширении французских владений за счет Латинской Америки, что с переменным успехом ему и удавалось. Того же Леопольда Гогенцоллерна в 1861‑м он рассматривал на место короля Мексики. Но этот проект не состоялся.

Почему Наполеон все же бросил вызов Пруссии? Многих европейских аристократов порой раздражала вездесущесть немецких династий. Многовековая раздробленность Германии сделала ее отсталой экономически, но каждым, даже маленьким, государством правил старинный род. Поэтому представители этих домов могли вступать в брак с монархами больших империй. Их также приглашали на трон элиты новообразованных государств.

На момент начала войны Великобританией правила Ганноверская династия. В Болгарии были Кобурги, в Греции — Виттельсбахи, в Румынии — все те же Гогенцоллерны. Русские цари после Петра І также все были немецких кровей. И хотя это никак не сказывалось на традиционном устройстве государств, местные элиты порой выражали недовольство засильем немцев. Когда, например, Альберт Кобургский приехал свататься к британской королеве Виктории и захотел посмотреть, как работает местный парламент, ему посоветовали повременить, чтобы не раздражать часть антигермански настроенных законодателей.
Движимый в том числе и неприязнью к немцам, Наполеон объявил Пруссии войну.

Но к ней французский император оказался совершенно не готов. В отличие от Бисмарка, у которого была неделя форы для того, чтобы все спланировать, Наполеон пребывал в уверенности, что его 300‑тысячная армия, состоящая из закаленных в боях солдат, сможет одолеть любого противника.

Полумиллионная армия пруссаков ударила почти по всей длине французской границы от Швейцарии до Люксембурга. Наполеон, герой Сольферино, наверняка бы выиграл несколько отдельных боев, однако вести войну на широком фронте ему еще не приходилось.

Ко всему, Бисмарк не собирался придерживаться привычных для того времени правил ведения войны. Никакого рыцарства и церемоний: немецкая артиллерия расстреливала пехоту противника до последнего солдата.

У французов были отряды вольных стрелков, которые устраивали засады в лесах и обстреливали колонны неприятеля. Тогда фон Мольтке издал инструкцию: уничтожать близлежащие к месту атаки французские деревни вместе с жителями, даже если те не имели никаких связей с вольными стрелками.

Немцы стали быстро продвигаться вглубь Франции. Наполеон же вместо того, чтобы возглавить штаб всего фронта, встал во главе войск только на самом важном участке — у Седана, за которым открывался прямой путь на Париж.

На рассвете 1 сентября авангард пруссаков вошел в деревню Базей. Через нее шла дорога на Седан. Неожиданно немцев встретил ружейный огонь со всех окон. Узнав, как солдаты неприятеля обращаются с мирным населением, французские крестьяне отдали свои жилища для засад стрелков.

Бой длился семь часов. В итоге прусские солдаты захватили и сожгли деревню, а три десятка ее жителей — тех, кто уцелел,— расстреляли.

После этого прусские войска окружили Седан. Их артиллерия беспощадно обстреливала французскую пехоту и сам 18‑тысячный город.

Пушки Круппа, состоявшие на вооружении у прусской армии, стреляли на 3,5 км — рекордная дальность по тем временам. Поэтому войска Наполеона не могли ответить, и солдаты просто укрылись за городскими стенами. Но выдержать артиллерийский обстрел они не смогли, и в 16:30 французский император приказал вывесить белый флаг.

Ночью во дворце Бельвю, неподалеку от Седана, начались переговоры. Бисмарк требовал полной капитуляции и аннексии приграничной территории — Эльзаса и Лотарингии. На любые возражения французской стороны канцлер грозился с утра возобновить обстрел города. Генералу Вимпфену, главнокомандующему Наполеона, пришлось подписать договор.

Около 100 тыс. французских солдат попали в плен. С ними в немецкий тыл отправился и их император.

К тому моменту в Париже была провозглашена республика. Новое правительство собрало остатки войск в столице, но к концу сентября прусская армия уже стояла у стен города. Бисмарк приказал заблокировать все пути из Парижа, в том числе и железнодорожные. Началась осада.

К началу зимы в городе закончились продукты. С улиц исчезли кошки и собаки, а в дорогих ресторанах в меню появились блюда из африканских антилоп и зебр — в ход пошли животные из зоопарка, которых просто нечем было кормить. На стол подавали даже рагу из слоновьего мяса.

Несмотря на голод, Париж не сдавался. Французские дипломаты в европейских столицах пытались убедить хоть какой‑нибудь правящий дом объявить войну Пруссии. Хотя никто не спешил прийти на помощь, Бисмарк все же опасался за свои тылы. К тому же голодать стали и осаждающие. Поэтому в начале января 1871‑го канцлер приказал начать обстрел Парижа из тяжелых орудий. В результате бомбардировок погибли 47 тыс. мирных жителей.

19 января французские генералы с 250 тыс. защитниками Парижа капитулировали. А за день до этого состоялась коронация Вильгельма как единоличного правителя нового государства — Германской империи. Бисмарк, подтолкнувший Наполеона к войне, настоял, чтобы церемония прошла в Зеркальном зале Версальского дворца, построенного еще Людовиком XIV. Так идеолог прусского империализма пытался застращать всю Европу. “Еще одна такая война, и я бы полностью объединил Германию”,— заявил он тогда.
Но второго дубля не понадобилось — упорствовавшая Бавария, впечатленная разгромом блестящей Франции, присоединилась к немецкому союзу. Кроме аннексированных земель, победители обязали Париж уплатить 5 млрд франков в течение восьми лет.

Бисмарк хотел унизить и раздавить побежденных, но взамен получил соседа, затаившего ненависть на его народ. Она вылилась в две мировые войны, в каждой из которых французы и немцы убивали друг друга сотнями тысяч. Потерянные Эльзас и Лотарингию Франция вернула уже в 1918 году, закрепив капитуляцию Германии Версальским мирным договором. Его условия были куда унизительней, чем подписанные Парижем в 1871‑м. Французский главнокомандующий маршал Фердинанд Фош, прочитав этот документ, сказал: “Это же не мир — это перемирие. Лет на 20”.

ПО ДУШАМ: Император Наполеон III и прусский канцлер Отто фон Бисмарк (справа) после битвы при Седане. Работа Вильгельма Кампхаузена

Так и получилось. В 1940‑м немцы, ведомые Адольфом Гитлером, захватили Париж, заставив Францию подписать капитуляцию в том же самом железнодорожном вагоне, в котором в 1918‑м германский генералитет расписался в поражении на фронтах Первой мировой. Третий рейх на четыре года оккупировал французские земли и их столицу, а напоследок даже собирался взорвать город.

Когда в мае 1945 года немецкий фельдмаршал Вильгельм Кейтель, начальник штаба верховного командования вермахта, подписывал капитуляцию разоренной Германии, он увидел, что со стороны союзников-победителей стоит подпись и француза — генерала Шарля де Голля. “Что? И эти нас победили?” — презрительно произнес Кейтель. Но документ завизировал.

Лишь после этого момента претензии французов к немцам были исчерпаны. А в начале 1950-х они вместе с соседями начнут создавать Европейский союз.