И снова здравствуйте

Саботаж ключевых реформ привел президента Петра Порошенко к самым масштабным протестам за три года его работы

Кристина Бердинских

Осень в современной украинской истории — время масштабных уличных акций оппозиции против действий власти. Правда, первые пару лет президентства Петра Порошенко едва не нарушили эту традицию. Но 17 октября 2017‑го, на четвертом году его правления, все встало на свои места: разномастные отечественные оппозиционеры — Рух нових сил, Батькивщина, Самопоміч, Гражданская позиция, Демальянс, Народный контроль и даже вкладчики Банка Михайловский — объединились и вышли на улицу Грушевского, под парламент.

Акцию ее организаторы готовили едва ли не два месяца. Формальным поводом стала попытка склонить пропрезидентское большинство в Верховной раде к голосованию за давно обещанные главой государства законы: о снятии депутатской неприкосновенности, о создании независимого Антикоррупционного суда вместо подконтрольных власти антикоррупционных палат, а также о широкой политреформе. Среди ключевых деталей последней — выборы по так называемым открытым спискам, когда избиратель голосует не только за партию, но и конкретных кандидатов, и в итоге определяет тех политиков, которые окажутся в Раде от данной политсилы.

Провластное большинство не хотело идти на уступки, в результате опальный Михаил Саакашвили, соратники львовского мэра Андрея Садового, Юлия Тимошенко, националисты и так называемые евродемократы в лице Мустафы Найема и Сергея Лещенко собрали на уличный протест около 4,5 тыс. человек. В основном — активистов политсил, а не обычных киевлян.

Примерно столько же — около 3,5 тыс. человек — под Раду “созвал” шеф МВД Арсен Аваков: весь периметр вокруг здания парламента, а также подходы к Администрации президента в тот день перекрыли сотрудники полиции и бойцы Нацгвардии.

Киев давно не видел столь масштабного противостояния.

Утром 17 октября двое молодых людей устанавливали на подходе к парламенту деревянную конструкцию, похожую на двойную рамку металлоискателя. “Это рамка, которая бьет током коррупционеров”,— шутя, объяснял один из них — активист Автомайдана. Сверху — две надписи: “Я мудак” и “Я слышу народ”. Обе предназначались для депутатов: первая — тем, которые выступают против требований участников митинга, вторая — тем, кто за.

Вокруг кипела разномастная толпа, упирающаяся в небо такими же разномастными флагами. Здесь присутствовали ветераны добробатов в военном камуфляже, националисты, интеллигентного вида офисные работники, а также пожилые люди. Последние пришли не столько протестовать, сколько пожаловаться на низкий уровень жизни. “Я приехала сюда на электричке из Винницкой области”,— говорила одна из них. Пенсионерка привезла с собой некий медицинский аппарат, бесплатно выданный ее мужу-инвалиду, но ничем тому не помогающий.

На Грушевского оказался и журналист-блогер Денис Казанский, которого не смутило, что на митинг вышли представители различных сил. Для себя он давно понял: надо обращать внимание не на личности, а на требования. “В данном случае все требования хорошие”,— объяснил Казанский.

Здесь же был мэр Глухова Мишель Терещенко с супругой. Человек, поменявший Францию на родину предков, рассказывал, что прибыл в Киев на акцию в собственный отпуск. Потому что он устал от сопротивления реформам, которое ощущает в Глухове,— его Терещенко охарактеризовал словом “огромное”. Мол, на каждой сессии местного совета присутствуют “титушки”. А президент, обещавший мэру личную поддержку, ничем так и не помог.

В это время толпа начала шуметь: “Миша! Миша!” Это к установленной протестующими сцене пошел один из топ-персонажей протеста — лишенный гражданства Саакашвили.

Поднявшись над головами людей, он тут же принялся громить своего невидимого оппонента с улицы Банковой, надежно прикрытой заслонами правоохранителей. “Один человек [Порошенко] держит в руках всю судебную власть. И поэтому для украинцев нет справедливости”,— энергично бросал в толпу идеи Саакашвили.

А далее перешел к мягким угрозам: если парламент не прислушается к призывам митингующих, нужно выдвинуть еще одно требование. “Надо требовать, чтобы Порошенко подумал о том, чтобы уйти со своего поста”,— воскликнул экс-губернатор, не уточнив, как именно президент должен “подумать”.

Позже на эту же сцену пытались попасть не только политики, но и обычные люди. Один из них, потерпев неудачу, попытался сорвать гнев на полицейских в жилетах с надписью “антиконфликтная группа”. “Осталось только, чтобы меня в милицию упаковали”,— почти кричал этот пенсионер. “Никто вас не упакует, мужчина”,— отозвался в ответ один из служителей закона.

Чуть позже полицейский объяснил, что на гнев простых митингующих реагирует спокойно: “Люди на систему злые, а не на нас лично”.

Сколь бы мирным ни выглядел митинг, гнев протестующих то и дело вырывался на волю.

То внефракционный депутат Владимир Парасюк слегка попинал главу Управления госохраны Валерия Гелетея, то представителя Блока Петра Порошенко (БПП) Алексея Гончаренко участники митинга забросали яйцами. Также группа сторонников Саакашвили разрушила ограждающий забор и сломала металлоискатель, пытаясь пронести палатки. Пострадали пара митингующих и один полицейский.

Палатки все же появились — прямо на проезжей части улицы Грушевского. Более того, митингующие заполучили себе несколько десятков щитов нацгвардейцев, устроив из них живую стену.

“Мне жена сказала: сколько ты можешь протестовать? Тебе двух раз [революций] не хватило? — сказал НВ 64‑летний электрик Иван из Черновцов, устанавливая одну из палаток на проезжей части.— А я ей говорю: так достали же дальше некуда”.

Возбуждение толпы легко объяснялось событиями, разворачивавшимися внутри здания парламента. Там пропрезидентское большинство решило не рассматривать законы, которых требовала улица.

После обеда депутаты взялись за хоть и долгожданную, но диссонировавшую с митингом тему — медицинскую реформу. При этом оказавшаяся в кулуарах парламента Ульяна Супрун, и. о. министра здравоохранения, взволнованно говорила: вначале нужна реформа ее сферы, а уж потом — новации антикоррупционеров.

Еще до перерыва в заседании Светлана Залищук, депутат БПП и одна из тех, кто настаивает на политреформе, стоя на площади возле Рады, призналась НВ: она сомневается, что власть выполнит все требования протестующих. Отмена неприкосновенности и выборы по открытым спискам — это же слом системы, объясняла депутат. “Они будут пробовать манипулировать”,— прогнозировала Залищук.

Оказалась права.

Протестующие всерьез взялись за обустройство палаточного городка прямо на улице Грушевского: вслед за укрытиями туда же выкатили, например, полевую кухню с гречневой кашей и чаем.

В действиях людей, на глазах поднимавших матерчатые стены лагеря протеста, ощущалась хорошая подготовка и единая организаторская сила. “Будем действовать в рамках закона и оставаться возле парламента, пока эти законы не примут”,— тем временем объяснял логику развития событий Давид Сакварелидзе, экс-заместитель генпрокурора и близкий соратник Саакашвили.

О том же объявил и Мустафа Найем, назначивший продолжение акции на 19 октября.

Активная фаза протеста пошла на убыль.

Но успокоились далеко не все. Так, Тимошенко, не выступавшая на акции на протяжении всего дня, отдав это право депутатам собственной фракции, вечером оказалась возле парламентских комитетов на улице Садовой. Ее окружили пятеро пенсионерок и начали что‑то настойчиво объяснять. Леди Ю внимательно выслушала их, а потом призвала и далее поддерживать протесты. И обняла каждую напоследок со словами: “Родные мои, благодаря вам все в Украине и держится”.

Возле Рады в палатках осталось несколько сотен человек из числа участников акции. Правоохранители оказались более дисциплинированными — никто из них не покинул “горячую точку” под стенами парламента.

Несмотря на такое соседство, а также наличие в Мариинском парке множества грузовых автомобилей с зарешеченными кузовами, депутат Самопоміч Егор Соболев демонстрировал оптимизм. Прогуливаясь от палатки к палатке, он говорил, что силового разгона не будет: “Этим они сделают себе только хуже: выйдет еще больше людей, как во времена [свержения Виктора] Януковича”.

Примерно о том же на своей Фейсбук-странице написал и генпрокурор Юрий Луценко, начав публикацию с пафосного заявления, что “право на мирные акции протеста — одно из главных достижений Майдана”.

Силового разгона и не случилось, хотя ночью возле лагеря были заметны легкие стычки. Но те, кто ночью остался в палатках, были готовы ко многому. Один из них — бывший боец батальона Айдар Игорь, участвовавший в боях на Луганщине в 2014 году,— стоя в военной форме среди палаток, признался НВ: после пережитого на востоке ему ничего не страшно. Не страшно, но обидно, что так мало киевлян приняло участие в протесте. Мол, он и сам — столичный житель и ожидал от земляков большей активности.

Политолог Владимир Фесенко, словно отвечая на упрек бойца Айдара, поясняет: требования политреформы, выдвигаемые организаторами акции, далеки от интересов простых украинцев. Тех больше интересуют пенсии, тарифы, наличие рабочих мест и так далее. То же самое — с избирательной реформой и антикоррупционными судами. “Поэтому данная акция очень значима для политической тусовки, но мало задевает интересы и эмоции большинства граждан”,— уверен эксперт.

А его коллега Петр Олещук назвал акцию 17 октября попыткой различных сил вступить в политическую борьбу. Но мяч все равно остался на поле президента и его команды: ход дальнейших событий будет больше зависеть от действий власти, чем от активности оппозиции. Если Банковая допустит грубые ошибки, то у ее оппонентов появится больше шансов мобилизовать людей на протесты. “Иначе есть риск превращения всего этого в маргинальное движение”,— уверен политолог.