Немецкая осень

В конце 1930-х, используя судетских немцев, Германия захватила населенную ими часть Чехословакии, а затем оккупировала и всю страну. Через семь лет идеологи сепаратизма поплатились за свои дела жизнью, а немцев официальная Прага лишила гражданства и депортировала

Олег Шама

В 2015 году, когда российская власть с помпой отметила годовщину оккупации Крыма, в нескольких городах полуострова флаги РФ — триколоры — собрали в неверном порядке. Белая полоса оставалась вверху, а синюю и красную перепутали местами. В итоге улицы Феодосии, к примеру, украсил триколор Богемии и Моравии — административно-территориального образования в составе Третьего рейха. Его создали в 1939 году на аннексированных нацистами чешских землях.

Тогда в Крыму мало кто оценил символизм этой ошибки. А ведь Россия отобрала украинские земли примерно по тому же сценарию, по которому действовала Германия, захватывая территории Чехословакии в 1938–1939 годах.

Одним из первых схожесть методов оккупации отметил Томаш Крыстлик, влиятельный чешский историк и публицист, долгое время изучавший отношения своего народа с немцами. Он и его коллеги не только знают детали аннексии, но и могут напомнить крымским вдохновителям “русской весны”, чем закончили их “коллеги” из Богемии и Моравии, организовавшие “немецкую осень” в Судетах.

Чехословакия возникла на развалинах Австро-Венгрии сразу после окончания Первой мировой войны, в ноябре 1918 года. Ее этническая палитра была настолько пестрой, что подписанты Парижского договора, закреплявшего пределы нового государства, утвердили их на севере и западе по границам былой империи.

Сразу же возник национальный вопрос: в принятой конституции не учли интересы немецкого меньшинства, оказавшегося на территории Чехословакии, в так называемой Судетской области. А оно насчитывало более 3 млн человек. Их предки жили здесь еще с ХІІІ века, охотно принимая чешское подданство. Власти шли им навстречу: когда в XIV веке в Праге создавался Карлов университет, в нем было немецкое отделение.

ЛЕГКАЯ ДОБЫЧА: Руководство Третьего рейха в стане своей армии под Эгером на захваченной чехословацкой территории. За столом в центре — Адольф Гитлер, второй справа — Конрад Генлейн, лидер судетских сепаратистов, 3 октября 1938 года

В 1620 году австрийские Габсбурги разбили войско чешской шляхты у Белой Горы, и после этого началось онемечевание славянского народа. В начале ХІХ века в Праге чешский язык можно было услышать разве что на рынке от крестьян.

Потом целое столетие шло национальное возрождение, кульминацией которого и стало создание Чехословакии. Но вековая обида за Белую Гору никуда не исчезла. В декабре 1918‑го первый президент страны Томаш Масарик заявил: “Мы создали наше государство, тем определено и положение наших немцев, которые изначально пришли в страну как эмигранты и колонисты”.

В Париже серьезно обсуждалась немецкая автономия в составе Чехословакии. Но эта идея столкнулась с географической проблемой. Кроме подножья Судетских гор, от названия которых с легкой руки этнографа Франца Йессера здешних жителей и стали называть судетскими немцами, населенная ими территория подковой огибала чешские земли по всему периметру. Это усложняло возможную автономию уже на инфраструктурном уровне.

Права немцев в Чехословакии сохранялись по умолчанию. В местах их компактного проживания были немецкие гимназии, в Праге — Немецкий университет. В парламенте депутаты-немцы выступали на родном языке и входили в правительство. Одной из первых политических партий стала Немецкая либерально-демократическая, хотя ее основателями были еврей Бруно Кафка (двоюродный брат известного писателя) и немец со славянской фамилией Карл Костка.

И это не единственный этнический парадокс. Сын австрияка и черногорки Рудольф Гайдль, помотавшись по фронтам Гражданской войны в России, вернулся в Прагу, где он рос, стал Радолой Гайдой и в 1925 году создал Фашистское национальное сообщество (тогда еще слово фашист имело значение радикальный патриот). С лозунгами "Долой немцев и евреев!" он с единомышленниками дважды входил в парламент Чехословакии.

Коллеги Гайды стояли за беспорядками осенью 1930‑го. В марте того года на мировые экраны вышел немецкий фильм-оперетта Гезы Болвари Два сердца на 3/4 такта. Картина стала популярной — ведь это был один из первых звуковых фильмов. Ради него кинотеатры Праги успели закупить в Германии новую дорогую аппаратуру.

В то время треть кинотеатров в городе давали фильмы на немецком языке, остальные — на чешском. С появлением звука нужно было переозвучить или сопроводить субтитрами всю ленту, что порядком усложняло соблюдение языковых норм. Толпам чешских зрителей пришлось смотреть Два сердца без перевода. Радикалы же растолковали это как заговор — немецкая техника может показывать кино только на немецком, а это спланированное унижение чехов.

Вечером 23 сентября возмущенные активисты прошлись по Вацлавской площади с требованием прекратить сеансы на немецком. Через день дистрибуторы американских киностудий подкупили десяток молодчиков, и те в ходе следующей манифестации стали бить витрины с немецкими вывесками — сначала кинотеатров, а затем кафе и магазинов. Полиция арестовала 60 человек. И это как раз в те дни, когда Эдуард Бенеш, будущий президент, а тогда министр иностранных дел Чехословакии убеждал в Женеве Лигу наций, что в его стране нет национальных разногласий.

Из Праги антинемецкие волнения перебросились на другие города. Масла в огонь подлили соседи. В сентябре в Германии после парламентских выборов нацисты во главе с Адольфом Гитлером заняли почти треть мест в рейхстаге. Под их истеричные крики о защите прав соплеменников Юлиус Куртиус, глава германского МИД, послал в Прагу резкую ноту протеста. А руководитель Берлинской филармонии Вильгельм Фуртвенглер отменил запланированные в чешской столице концерты.

Но уже тогда проявилось лицемерие защитников “немецкого мира”. Они объявили бойкот бальнеологическим курортам Чехословакии, добились отмены поездов и перенаправили потоки туристов в германский Баден-Вюртемберг. Хотя лечебницы в Карлсбаде (Карловы Вары) и Мариенбаде (Марианске Лазне) принадлежали как раз тем, кого защищали нацисты,— судетским немцам.

Немцам в Чехословакии жилось довольно комфортно и без автономии. Новое государство избежало страшных репараций, которые в Париже в 1919 году возложили на Германию, а затем Австрию и Венгрию. Чехословакию обязали всего лишь погасить кредиты по довоенному курсу. А это в первую очередь ударило по судетским текстильщикам.

Понимая это, пражское правительство за несколько дней срочно провело денежную реформу. В ночь с 25 на 26 февраля 1919 года закрыли границы, остановили движение международного транспорта, даже почтового, и всяческие банковские расчеты. В стране начался учет экспортно-импортных товаров и имевшейся у населения валюты. До середины марта на всех старых австрийских банкнотах появились правительственные печати — только такие принимались к оплате. Это позволило резко сократить денежную массу и остановить инфляцию. К концу года в Чехословакии уже ходила крона. К 1926 году кредиты были выплачены.

В мае 1919 года судетские промышленники собрались в одном из кафе Рейхенберга — ключевого города Судет — и, несмотря на послевоенный кризис, решили возобновить ежегодные ярмарки. Некоторые местные толстосумы стояли на том, что их надо проводить в столице. Но в Праге поддержали развитие Судет. Министерство финансов выпустило билеты лотереи предпринимателей Рейхенберга, которые продавались в киосках по всей стране. Розыгрыш проводился во время ярмарки. Уже через три года ее главным лотом был автомобиль FIAT за 200 тыс. крон. Лотерея стала самой популярной в Чехословакии, а Рейхенберг с театрами, кабаре, отелями — деловой столицей страны.

УБЕДИТЕЛЬНАЯ ЛОЖЬ: Под этим снимком берлинские газеты писали: после прихода вермахта судетские немцы возвращаются из леса в свои дома. На самом деле фотограф снял обычный переезд, 1938 год

Беспорядки, спровоцированные языковым вопросом, серьезные люди в Судетах восприняли как недоразумение. “Немцы во время скандала вели себя спокойно, хотя злые языки и осуждали их пассивность,— пишет немецкий историк Рудольф Яворски.— После столетий сосуществования в этнически смешанной стране они знали, что, показывая свое превосходство, достигнешь мало”.

Но в 1933 году до Чехословакии докатился мировой экономический кризис. Покупатели перестали думать о новых тканях, хрустале или бижутерии, на чем специализировались судетские предприятия. В тот год производство упало более чем в два раза. Около 1 млн немцев остались без работы. Многие ринулись в центральные чешскоязычные районы в поисках заработка.

И тут на политическую сцену вышел новый персонаж — учитель физкультуры из городка Аш Конрад Генлейн. Он много лет зачитывался работами австрийского мыслителя Отмара Шпанна, на идеях которого в Вене возник националистический Союз спасения родины со штурмовыми отрядами.

Будущих соратников Генлейн нашел в спорте: он возглавил немецкую ассоциацию физкультуры.

Создав в 1935 году Судетско-немецкую партию (СНП), бывший учитель каждый месяц тайно получал из Берлина 15 тыс. марок. И в итоге выборов того же года СНП заняла 44 места в нижней палате парламента и 23 — в верхней. Казалось, разногласия между чехами и немцами исчерпаны.

Но нацисты к тому времени уже убедили себя в необходимости спасать немецкий мир. В феврале 1938 года Гитлер кричал в Рейхстаге: “Нестерпимо сознавать, что братья по расе подвергаются жесточайшим преследованиям и мучениям за свое стремление быть вместе с нацией. В интересы германского рейха входит защита этих немцев!”

Через месяц фюрер принял Генлейна в Берлине и заявил: “Завтра вы станете моим наместником”. Еще через месяц Генлейн созвал съезд СНП в Карлсбаде и потребовал от правительства автономии для немцев. Президент Бенеш принял все условия физкультурника и даже предложил ему войти в состав кабинета министров.

Но 29 сентября в Мюнхене Великобритания и Франция дали добро Гитлеру на аннексию земель Чехословакии с немецким населением. В декабре на этих территориях прошли местные выборы, и 97,32% избирателей проголосовали за сподвижников Генлейна. 10 октября этот регион взял под свой контроль Берлин, введя туда войска. Чехи не стали сопротивляться, лишенные поддержки британцев и французов.

Причем когда 23 сентября Бенеш объявил в стране всеобщую мобилизацию, судетские мужчины пришли на призывные участки. Хотя все понимали, от кого придется защищать страну. Генерал Гейнц Гудериан, один из ведущих военных стратегов Третьего рейха, вспоминал о сложностях продвижения германских войск по аннексированным землям: “Тысячи солдат немецкого происхождения, уволенные из чехословацкой армии, возвращались пешком на родину. Многие были еще одеты в чешскую форму и несли на спине ранцы — разбитая без боя армия”.

В Рейхенберг Генлейн въехал с ликованием. Мэр города, сенатор Карл Костка, который всячески старался подавлять агрессию местных нацистов, подал в отставку. Гитлер сдержал обещание и назначил физкультурника наместником Судет. К тому же выдал ему одноразовую помощь в 100 тыс. марок. На них Генлейн по довольно заниженной цене выкупил Манское поместье под Карлсбадом у чешского архитектора Милана Бабушки, который уехал в Прагу.
Гудериан писал: “Задача заключалась теперь в том, чтобы возродить Судетскую область. Наши полевые кухни стали отпускать пищу беднякам”.

Подобное “возрождение” стало сюрпризом для судетских немцев — здесь даже в годы кризиса никто не голодал. Жители Бзенца вспоминали: “Как‑то с площади донесся запах дыма. Солдаты вермахта растопили кухню на колесах, в которой готовили что‑то из гороха, картошки и капусты. Желающих попробовать эту кашу не нашлось. Несколько неизвестных людей подошли с мисками, и это сняли на кинокамеру”.

В марте 1939‑го Гитлер, не встретив сопротивления, оккупировал всю Чехию. Мировому сообществу фюрер объяснил, что эта страна — источник нестабильности и возможной войны в Европе. Прагу он сделал центром новой административной единицы рейха — протектората Богемии и Моравии.

Начались будни оккупации: депортация евреев, принудительные работы в Германии для молодежи с 16 лет, скудный ассортимент продуктов и одежды по карточкам. Первую же мирную демонстрацию студентов против оккупантов в Праге новые власти жестко разогнали: 5 тыс. ее участников сослали в концлагеря, а университеты закрыли.

Формально во главе Богемии и Моравии стоял протектор из Берлина. Гитлер даже оставил бутафорную должность президента. Но реальная власть сосредоточилась в руках Карла Германа Франка, госсекретаря и генерала полиции. Судетский немец из Карлсбада, в начале 1930‑х он торговал в городе нацистской литературой. Затем стал правой рукой Генлейна, пока не получил назначение в Прагу.

Франк показал себя во всей красе в мае 1942‑го, когда члены чешского сопротивления взорвали и. о. протектора Богемии и Моравии Генриха Гейдриха. В наказание Франк приказал разрушить чешские села Лидице и Лежаки, убить местных мужчин, а женщин и детей отправить в концлагерь.

ОТОБРАННЫЕ: Снятые с чешских костелов колокола, приготовленные к переплавке и производства армии Третьего рейха, 1942 год

К весне 1945 года итог войны не был очевиден только Гитлеру. Франк попытался спастись, изменив фюреру. Для этого он собрал нескольких министров протектората во главе с премьером Рихардом Бинертом и промышленников. Эта компания должна была выйти на контакт с американцами и уверить их в своей полной политической лояльности и экономических выгодах от владения Чехословакией.

Франк, с его длинным шлейфом массовых убийств чехов и евреев, снабдил переговорщиков тезисами, один из которых звучал так: “Немецкое командование гарантирует полную защиту чешского населения во всех сферах. Основой сосуществования немецкого и чешского населения будет полное равенство”.

Делегация вылетела 25 апреля в баварский Аихех, где была ставка маршала Альберта Кессельринга, главнокомандующего германским западным фронтом. “Сожалею, но фронт движется настолько быстро, что связаться с американцами невозможно”,— заявил тот потенциальным капитулянтам.

Франк впопыхах оставил свою роскошную резиденцию в пражском Чернецком дворце и с семьей устремился на занятую американцами территорию. Но янки арестовали госсекретаря и отправили обратно в Прагу, в которую уже вошли советские войска.

В тюрьме Франк узнал, что его соратник Генлейн, также задержанный чехами, на следующий день после ареста вскрыл себе вены стеклами от очков.

Самому Франку пришлось целый год объяснять суду свои деяния в протекторате. Никого не интересовало его стремление мирно отдать свои полномочия союзникам: экс-госсекретаря осудили за массовые убийства и в мае 1946‑го повесили на глазах многих тысяч пражан, а тело закопали в общей могиле.

ЧУЖАЯ РОДИНА: Поезд с депортированными из Чехословакии судетскими немцами на приграничной станции Визау (Верхний Пфальц). В ведрах — пища для переселенцев, осень 1945 года

Непростая судьба постигла и простых судетских жителей. Вернувшийся из эмиграции президент Бенеш объявил по радио, что лица, получившие немецкие паспорта во время оккупации, лишаются гражданства Чехословакии. С конца мая 1945 года к западным границам страны потянулись длинные вереницы переселенцев. Особенно печальным был исход 18 тыс. жителей Брно, которые прошли пешком 55 км до границы. По пути от болезней и от рук чехов и словаков погибли 5 тыс. человек.

В итоге за 1945–1946 годы из Чехословакии депортировали порядка 3 млн человек — как немцев, так и венгров. Часть из них погибли в ходе переселения.
Чехи оценили изгнание немцев как восстановление исторической справедливости. Послевоенный премьер Чехословакии Зденек Фирлингер высказался об этом так: “Мы празднуем принятие важнейшего акта — конфискацию земель наших исконных врагов, немцев и венгров. Поражение, постигшее наш народ на Белой Горе и при нацистском режиме, полностью искуплено!”