Играют все

Сначала футбол вытащил Германию из пропасти. Затем Германия вытащила из пропасти футбол, превратив его в коммерчески успешное предприятие и самую посещаемую лигу в мире

Александр Пасховер

4 июля 1954 года. Берн (Швейцария). Финал чемпионата мира по футболу. Играют фавориты турнира — сборная Венгрии — и аутсайдеры из Германии. За два года до этого матча венгры выиграли олимпийское золото в Хельсинки, победив в четырех поединках с общим счетом 16:1. За месяц до мундиаля они же вынесли сборную Англии на своем поле со счетом 7:1. В групповых поединках мирового первенства деклассировали корейцев (9:0) и немцев (7:3).

И вот снова на пути к золоту мадьяр встала бундескоманда. Уже к 8‑й минуте стараниями легендарного Ференца Пушкаша и его партнера Золтана Цибора венгры выигрывали 2:0. Дело сделано? Как бы не так. В следующие 10 минут немцы сравняли счет.

Второй тайм превратился в бой. Бой — в сражение. 86‑я минута матча. “Мяч у Рана. Ран должен пробить,— сообщает своим слушателям немецкий комментатор Герберт Циммерман.— Ран бьет. Гол! Гол! Гол! Гол! Скажите мне, что я не сошел с ума! 3:2 в пользу Германии, называйте меня сумасшедшим”.

В этот день сошел с ума не только Циммерман, но и вся Германия. В следующий раз немцы стали чемпионами мира в 1974, 1990 и 2014 годах. Но все футбольные поколения помнили важность первого триумфа воли. “Германия почувствовала себя снова кем‑то,— вспоминал капитан сборной Германии 1974 года Франц Беккенбауэр.— Для всех, кто вырос в нищете в послевоенные годы, Берн стал необыкновенным вдохновением”.

Действующий чемпион мира сборная Германии — первая в Европе и вторая в мире (после Бразилии) по числу побед на мундиале. Комментируя НВ нынешнюю причину успеха сборной, спортивный журналист из Франкфурта-на-Майне Рональд Ренг предложил совершить путешествие в относительно свежее, но уже не столь героическое прошлое.

Речь о громком провале команды на Евро-2000. На сломе поколений немцы даже не вышли из своей не слишком‑то проблемной группы. “В немецком футболе тогда поняли, что системе обучения молодежи необходим капитальный ремонт — говорит Ренг.— Акцент в развитии молодых игроков был смещен с физической подготовки на технические навыки”.

Иными словами, современный футбол уже не требует отчаянного героизма и морально-волевых сверхусилий. Он нуждается в стройной системе детско-юношеских академий, инфицированном футболом обществе и высокой самоотдаче высокооплачиваемых звезд.

“В Германии никто не платит просто так,— поясняет Андрей Воронин, в недавнем прошлом форвард футбольной сборной Украины.— Это не Украина и не Россия. Здесь деньги надо заработать”.

Большая футбольная карьера воспитанника одесского Черноморца Андрея Воронина началась в 1995 году с немецкого клуба Боруссия (Менхенгладбах), а закончилась в 2013‑м в дюссельдорфской Фортуне. Между этими двумя командами были игры за Кельн, Майнц, Байер и берлинскую Герту. А еще два коротких периода в английском Ливерпуле и московском Динамо.

За свою карьеру Воронин неплохо изучил немецкую футбольную кухню и немецкий язык. “Для меня Германия — один из топовых, если не самый топовый чемпионат,— говорит он НВ.— В Германии сильнее чемпионат, чем, например, в Испании”.


ДИЛЕММА: Марио Лео сложно определиться, за кого
он сейчас болеет — за дорт­мундскую Боруссию или Гамбург.
Спортивный бизнес — его профессия, ему трудно быть субъективным

Правда, такой яркой бундеслига стала не так давно. Началось все с большого провала немцев на чемпионате Европы 2000‑го. Как иначе назовешь последнее место на этапе группового турнира? Это было время, когда старое поколение звезд размером с 39‑летнего Лотара Маттеуса или 32‑летнего Оливера Биркоффа уже уходило, а нового на горизонте еще не появилось.

“После 2000‑го [футбольные] клубы были вынуждены инвестировать значительные средства в образование молодых игроков и молодых тренеров,— говорит Ренг.— Стало модным давать 18‑летним игрокам шанс в бундеслиге. Таким образом фонд молодых игроков топ-уровня стал очень богат”.
Но для начала этих юных супергероев нужно было найти в 80‑миллионной Германии и соответствующе подготовить. Для этих целей в 2003‑м немецкая футбольная ассоциация и бундеслига выделили €700 млн на организацию футбольных академий. Кроме того, бундеслига стала перечислять на развитие тренировочных программ 3% доходов от телетрансляций и 2% от продажи билетов.

Марио Лео, генеральный менеджер маркетинговой компании Result-Sports (в числе его клиентов дортмундская Боруссия, туринский Ювентус, ФК Барселона, донецкий Шахтер и т. д.), говорит, что футбол в Германии — это спорт номер один. А вот и цифры, которыми он подтверждает сказанное: примерно 6,5 млн немцев (то есть почти каждый 12) — члены одного из 27 тыс. футбольных клубов. В этих полупрофессиональных клубах тренируются около 2 млн ребят в возрасте до 18 лет.

Для них разработана двухступенчатая программа поддержки талантов. Первая ступень — так называемые опорные пункты. Они финансируются футбольной федерацией, по всей стране их свыше 360. Несколько тысяч детских тренеров наблюдают в футбольных школах, к которым они прикреплены, за 600 тыс. юных игроков от 11 до 14 лет.

Приблизительно 14 тыс. из них приглашаются на дополнительные еженедельные тренировки в опорные пункты. Оттуда самые перспективные призываются в специальные центры — их в Германии 46, 36 из них созданы при профессиональных клубах и называются молодежными подразделениями команд бундеслиги. Это уже вторая ступень на пути в большой футбол.

В 2003 году в Германии была проведена реформа тренерского образования. Национальная футбольная федерация проводит очное и удаленное обучение всех желающих работать с перспективными юношами.

В результате получить лицензию детского тренера могут школьные преподаватели, полицейские и все, у кого есть опыт работы с молодежью. Они трудятся не на полной ставке, проводя четыре тренировки в месяц, и получают €300. За их работой наблюдают около 30 координаторов — штатные сотрудники футбольного союза.

Лео рассказывает, что в 2007 году Национальная футбольная федерация усовершенствовала механизм поиска и развития талантов. В нем уже были учтены демографические изменения и сама эволюция футбола. К особенности немецкого футбола теперь стоит отнести его интернациональность. Ключевые игроки чемпионской сборной — не коренные немцы. Лукас Подольски, Мирослав Клозе имеют польские корни, Месут Озиль — турецкого происхождения, Сами Хедира — тунисского. “Тот же [защитник сборной Германии Жером] Боатенг,— включается Воронин.— Он же не немец. Его брат играет за Гану”.

Мультикультурная футбольная сборная — зеркало немецкого общества. Она преображает не только страну, но и футбол. “Раньше подавляющее большинство тренеров были немцами,— продолжает Воронин.— Сейчас часто приходят голландские, итальянские, испанские специалисты. Плюс приезжают игроки с других чемпионатов. Те же турки”.

При этом трансферная политика немецких клубов весьма скромная. Воронин цитирует Ули Хенесса, президента ФК Бавария, прославленного полузащитника национальной сборной 1970‑х: “Я не представляю себе, как можно за футболиста дать €50–60 млн”. В итоге в бундеслиге 60% составляют немецкие игроки, а, например, в Англии — только 39% англичан.

“Это говорит о том, что в Германии очень качественная школа. Они воспитывают много хороших футболистов вместо того, чтобы тратить большие деньги на трансферы,— говорит Воронин.— Если посмотреть на траты Англии или Испании, например, то таких [дорогих] трансферов в Германии никогда не было”.

И еще одна деталь от Воронина: немцы не только не приглашают звезд в свой чемпионат, но и сами довольно редко уходят играть на чужбину. Исключения случаются разве что с ветеранами — как, например, произошло с 32‑летним Бастианом Швайнштайгером. “Он говорил, что если уйдет, то только в Манчестер [Юнайтед],— резюмирует Воронин.— Это его мечта”.

9 февраля 2016 года во время четвертьфинала Кубка Германии между Штутгартом и дортмундской Боруссией фанаты гостей забросали поле теннисными мячиками. Предварительно они вывесили плакат: “Футбол должен быть доступным”. Этот необычный флешмоб был направлен против ценовой политики хозяев поля. Билет на матч стоил от €19,5 до €38,5. Капитан ФК Боруссия Матс Хуммельс с трудом успокоил своих фанатов. Германия далеко не бедная страна. Немцы могут позволить себе дорогие машины, хорошее пиво, дорогостоящие путешествия в любую часть мира. Но футбол священен — а значит, должен быть зрелищным и доступным. Так и есть: средняя посещаемость игр бундеслиги — самая высокая в мире (42,4 тыс. болельщиков, согласно отчету Ассоциации европейских профессиональных футбольных лиг. Англия — 35,2 тыс., Испания — 25,5 тыс., Италия — 23,7 тыс., Франция — 19,8 тыс.).

Из 10 самых посещаемых клубов Европы два — представители английской премьер-лиги, два — из испанской ла-лиги, шесть — команды немецкой бундеслиги. Причем Бавария (Мюнхен) — единственный клуб Старого Света со 100‑процентной посещаемостью всех домашних игр, а Боруссия (Дортмунд) — самый посещаемый клуб континента (единственная команда в Европе со средним показателем посещаемости более 80 тыс. человек). “Из них около 55 тыс.— это абонементы, которые переходят из поколения в поколение,— говорит Воронин.— И это касается всех стадионов — Баварии, Шальке, Леверкузена”.

DEUTSCH­LAND ÜBER ALLES: Украинский форвард
Андрей Воронин (на фото слева) провел в бундеслиге
16 лет и за свою немецкую карьеру выступил в шести местных ФК

Тому есть несколько причин. Цена билетов на матчи бундеслиги — самая низкая в сравнении с лигами в Англии, Испании, Италии и Франции. Посещение одного матча обойдется немцу от €12 до €56, британцу — от €33 до €70. В Германии цена самого дорогого абонемента — €890, в Испании — €950, в Англии — €2.330.

Самый дорогой годовой абонемент ФК Бавария стоит меньше, чем самый дешевый ФК Тоттенхэм (Лондон).

Лео поясняет, что немецкий футбол скорректировал свою бизнес-стратегию в сторону доступности игр, так как матчи без зрителей неинтересны ни футболистам, ни телетрансляторам, ни рекламодателям. А последние и есть источник богатства немецкого футбола. Один лишь контракт ФК Бавария с фирмой Adidas, подписанный до 2030 года, ежегодно приносит клубу €60 млн, а если прибавить еще €30 млн от Deutsche Telekom и похожие контракты с Henkel, Samsung, Alianz и Audi, то стоимость билетов кажется вопросом непринципиальным. Хотя и они, ввиду ажиотажа, составляют третью часть доходов немецкого чемпиона. Кроме того, в течение года ФК Бавария продает свыше 1 млн клубных футболок и т. д.

“Была цель,— резюмирует Лео,— привлечь на стадионы все слои населения. И сегодня вы видите большое разнообразие зрителей: молодые, пожилые, мужчины, женщины и семьи”. Футбол в Германии — больше чем футбол.