Своим голосом

Колоритный украинский дубляж кинофильмов, восемь лет назад встреченный в штыки, не просто завоевал зрителей, но и пополнил их ряды: даже в кризис количество проданных билетов растет на 10% в год, а лучшие ленты смотрят более 1 млн человек

Екатерина Иванова

Когда восемь лет назад Министерство культуры обязало кинопрокатчиков дублировать все иностранные фильмы на украинский язык, особого восторга эта новость не вызвала. Некоторые даже утверждали, что на украинском языке фильмы смотреть не будут. Спустя четыре года вспыхнула новая волна негодования — уже по поводу отмены этого постановления.

“Все было на изломе сначала, мы делали все из‑под палки, никто не принимал,— вспоминает Владимир Паляница, актер дубляжа, также театральный и кинорежиссер.— Потом оказалось, что это интересно, что слова из фильмов начинают цитироваться в повседневной жизни, нам всем пошло это на пользу”.

Украинцы голосуют за украинский дубляж гривней, со знанием дела констатирует Богдан Батрух, владелец компании B&H Film Company Distribution, а также студии дубляжа Le Doyen Studiо и сети кинотеатров Кинопалац. Так, в 2015 году национальные кассовые сборы поставили рекорд. По данным аналитиков медиаконсалтинговой компании Медиа Ресурсы Менеджмент (МРМ), которая ежегодно составляет отчеты о состоянии рынка кинопроката, по сравнению с 2014‑м выручка выросла приблизительно на треть и составила 1,2 млрд грн, причем увеличилось и количество проданных билетов — на 8,8%, то есть кинотеатры посетили 21,19 млн человек.

Есть и еще одна тенденция: интерес к русскоязычному кино в Украине, по словам прокатчиков, сходит на нет. Фильмы, сделанные в РФ, которые идут в Украине на русском языке и с украинскими субтитрами, собирают здесь 3% от сборов в России — это в пять раз меньше, чем в 2013‑м.

Успех украинского дубляжа у зрителя Робин Грбич, руководитель Киномании, официального дистрибутора Warner Bros. Pictures в Украине, объясняет просто: он делает героев фильмов близкими украинцам. По его словам, заставить героя американского блокбастера или мульт­фильма говорить по‑украински — это только полдела. Главное — сделать это так, чтобы вместе с языком этот герой приобрел в тех фильмах, где это уместно, здешний колорит: разговорные слова, шутки, отсылки к знакомым каждому украинцу событиям и персонажам.

“Мне кажется, у украинского дубляжа это отлично выходит”,— убежден Грбич.

О качестве украинского дубляжа знают уже и в Голливуде. По словам Батруха, такие крупные студии, как Disney или Paramount, постоянно проводят сравнительный анализ всех дублированных версий в мире, и, бывает, украинская в этом рейтинге занимает первое место. Так, например, было с Капитаном Америка и Пиратами Карибского моря.

Украинский перевод фильмов Секреты домашних животных, Отряд самоубийц, Дэдпул, Облачный атлас, Алиса в Стране чудес и еще 135 кассовых лент — работа киевлянина Сергея Ковальчука. Он попал в дубляж в 1997 году студентом Киевского педагогического колледжа, вдохновившись украинским переводом популярного тогда телесериала Альф.

Свой первый перевод для большого экрана Ковальчук сделал в 2006‑м — это был мульт­фильм Рога и копыта — и теперь считается одним из лучших переводчиков кино в Украине. “Когда появляется какая‑то сумасшедшая дурогонная комедия, ее отдадут ему,— говорит о коллеге Екатерина Брайковская, актриса дубляжа и режиссер, которая работала с Ковальчуком над несколькими переведенными им фильмами.— Он так сделает эти шутки, найдет такие лазейки, что зритель будет валяться [от смеха]".

Совершенства перевода Ковальчук добивается погружением в рабочий материал. Например, работая над фильмом Фокус, он сначала несколько дней изучал язык блатного мира — “феню”. А прописывая диалоги в фильме Kingsman: Тайная служба, заставил героев говорить, по его собственному выражению, как “пацанчики с Троещины”.

“Я не мог по‑другому,— улыбается переводчик.— Там была сцена с типичными гопниками: выключаешь звук и видишь троещинских пацанов на экране, те же манеры, те же ужимки, даже скулы такие же”.

Однако кроме точного перевода, стилизованного под определенный образ, перед мастерами дубляжа стоит еще одна непростая задача — липсинг, попадание в артикуляцию актеров.

“Так постоянно бывает: придумал гениальную фразу, а она не ложится [в липсинг],— рассказывает Ковальчук.— Сидишь, перебираешь в голове варианты и понимаешь, что ни один не подходит. Хоть бейся головой об стену”.

Причем зритель в кинотеатре может не знать всех этих нюансов, однако недочеты обязательно заметит. “Он выйдет с ощущением, будто что‑то в дубляже было не так”,— говорит Брайковская.

К тому же оригинальные шутки, как и многие другие нюансы фильма, рассчитанного на западного зрителя, далеко не всегда будут понятны украинскому. Брайковская вспоминает, что в Отряде самоубийц был момент, когда актер Уилл Смит складывает руки треугольником и рассказывает что‑то о “золотом треугольнике” и некоем Филе Джонсе. Оказалось, что в США был когда‑то тренер по бейсболу, который разработал систему защиты под названием “золотой треугольник”. И именно к этому факту делали отсыл создатели фильма.

А бывает, что адаптация шуток по условиям заказчика недопустима, как было в фильме Дэдпул, где 90% шуток ориентированы на американского зрителя. Например, в фильме обыгрывалась шутка о Рози О’Доннелл, известной в США актрисе и борце за права ЛГБТ-меньшинств. И тогда Ковальчук, который занимался переводом этого фильма, взял другим: один из героев заговорил на корявом украинском — “как Азиров”.

При этом гонорары кинопереводчиков нельзя назвать большими: за проект в среднем они получают $450–500. Впрочем, Ковальчук подчеркивает, что для него эта работа — не только возможность самореализации, но и некий вклад в популяризацию украинского языка.

Хороший перевод может сделать отличный фильм еще лучше и даже вытянуть “проходное” кино, отмечает Грбич. Еще один немаловажный фактор при озвучке — работа актеров дубляжа и режиссера. “Мы вылизываем каждую шутку, придумываем, как обыграть эпизод так, чтобы это было интересно каждому”,— признается Брайковская.

Свою роль играет и то, что задействованные в процессе дубляжа профессионалы, как правило, работают по контракту и поэтому кровно заинтересованы в хорошем результате. “Если ты выдашь плохой результат — завтра тебя [на проект] не позовут”,— говорит Брайковская.

Иногда, чтобы поднять рейтинг фильмов, прокатчики прибегают к проверенному на Западе способу — приглашают на озвучку знаменитостей. Такой ход увеличивает посещаемость ленты примерно на 15%. Впрочем, специалисты относятся к озвучке, записанной телевизионными или музыкальными звездами, со скепсисом, отдавая предпочтение качественной работе профессиональных актеров.

Хотя герои голливудских фильмов заговорили на украинском из‑под бюрократической палки, уже первая ласточка украинского дубляжа на большом экране — мультфильм Тачки — имела оглушительный успех. За первый уикенд Тачки собрали в украинском прокате $188 тыс., тогда как демонстрирующийся в это же время Код да Винчи — всего $13 тыс. Мультфильм вышел в 2006 году одновременно и в русскоязычной версии и стал наглядным примером зрительских симпатий.

“Зрителей в кинотеатры никто не загонял”,— констатирует Батрух. По его данным, в среднем по стране на украиноязычном сеансе Тачек было 54 человека, а на русскоязычном — 50.

А когда в 2008 году британская компания First Movies по заказу киностудий Sony и Disney проводила в Украине опрос об отношении к украинскому дубляжу в кино, каждый пятый опрошенный заявил, что считает его “абсолютно необходимым”, четверть респондентов выбрали ответ “поддерживаю эту идею”, 30% отнеслись нейтрально и только 11% выступили категорически против.

“54% опрошенных жителей Киева ответили, что рост количества фильмов, дублируемых на украинский, не повлиял на частоту посещения кинотеатров, а 19% даже заявили, что стали ходить в кино чаще, чем раньше”,— добавляет Батрух.

Сегодня кинопрокатчики снова могут выбирать язык дубляжа на свое усмотрение — норма об обязательном дублировании была отменена в 2012 году. Однако теперь уже сам рынок требует украинского перевода. На волне возросшего патриотизма украинцы стали чаще поддерживать национального производителя, в том числе и в кино. К тому же появился и яркий антитренд — все российское вызывает теперь отторжение.

Например, российский фильм Елки-3 в декабре 2013 года собрал в украинском прокате $2,4 млн. Следующий фильм из этой серии — Елки 2014 — вышел ровно через год и собрал лишь $0,3 млн.

Сейчас B&H Film Company Distribution готовится к прокату фильма Александра Роднянского Дуэлянт, который снимался на студии Sony. “Мы делаем украинский дубляж, чтобы хоть как‑то его прокатить — люди не пойдут смотреть на русском,— говорит Батрух.— А 30% кинотеатров уже нам ответили, что не будут его показывать даже на украинском языке”.

Тем временем рынок продолжает расти. К примеру, находящийся сейчас в прокате Отряд самоубийц стал первым фильмом, который заработал в Украине более 70 млн грн. Прежним рекорд­сменом была лента Аватар. Причем последний в свое время собрал у больших экранов Украины более 1 млн зрителей. А в августе-сентябре 2016 года миллионный Рубикон перешагнули сразу два фильма — Отряд самоубийц и Секреты домашних животных. Хотя совсем недавно отечественные прокатчики считали вполне приемлемым результат в 100 тыс. зрителей.