Нижняя Вольта без ракет

В нынешнем состоянии ЛНР похожа на Абхазию, Приднестровье или Северную Корею — высокие цены, низкие зарплаты и хронические проблемы в инфраструктуре

Максим Бутченко

Двадцать минут без перерыва — именно столько понадобилось 47‑летней предпринимательнице Ларисе из города Антрацит, находящегося на территории так называемой ЛНР, чтобы рассказать — бегло — о проблемах. Она просит не называть ее фамилию, а дальше говорит и говорит: что налоги в республике вдвое выше, чем в Украине, что даже самый мелкий бизнес постоянно проверяют, что на границах не только с Украиной, но и Россией, и даже с так называемой ДНР стоят таможенные пункты. И там предприниматели платят налоги и пошлины, а также взятки.

“В ЛНР есть водочный завод, и в ДНР тоже есть водочный. И не дай бог провезти водку из одной республики в другую — это настоящее преступление”,— рассказывает Лариса.

Она каждый день на протяжении двух лет наблюдает, как меняется жизнь в республике.

Для Игоря Плотницкого, главаря ЛНР, это перемены к лучшему: с помощью российских кураторов он выстроил административную и силовую вертикаль, а еще подмял под себя самые лакомые бизнес-сферы — прежде всего торговлю углем и операции с автомобильным топливом.

Для электората Плотницкого все выглядит иначе. Экономическое положение ЛНР с каждым годом ухудшается. Проявляется это во всем. Цены на продукты питания растут неумолимо и заметно превысили среднеукраинский уровень. Даже введение в оборот российских рублей не спасает. Большая часть предприятий простаивает, шахты если и работают, то лишь на поддержание процессов. А единственным источником доходов для основной части населения стали украинские пенсии и соцвыплаты. Чтобы их получить, нужно потратить деньги и время: в среднем за 3 тыс. грн можно оформить пенсию без выезда из ЛНР, а еще за 2 тыс. грн.— с выездом, но за день.

Недостаток денег в ЛНР местные власти пытаются компенсировать увеличением налоговой нагрузки. Например, недавно ввели сбор на наличие автотранспорта: в среднем каждый автолюбитель должен отдать ежегодно 400 руб. (150 грн), причем за неуплату грозят административной ответственностью.

А еще чем дальше на юг, то есть подальше от Луганска, тем хуже становятся экономика и положение населения — такая вот новая география молодой псевдореспублики.

Луганский журналист Сергей Сакадынский, 148 дней проведший по надуманному обвинению в подвале республиканских спецслужб, продолжает жить в ЛНР. Он говорит, что формально жизнь в городе выглядит более-менее приличной. Правда, у этого “более-менее” есть оговорки. Так, общественный транспорт в Луганске работает почти в обычном режиме, но на некоторые направления он не ходит после 18:00. В магазинах нет пустых полок. Из знакомых Сакадынскому предпринимателей больше половины занимаются тем же, что и раньше. “Если убрать сюрреализм в виде бордов с надписью Госреклама ЛНР, то город выглядит так же, как и до военных действий”,— рассуждает Сакадынский.

Да еще расчеты в российских рублях выдают с головой новые реалии.

Некоторые здания в городе уже отремонтировали, говорит он: например, библиотеку имени Максима Горького, пострадавшую от артобстрелов. В расположенном в центре торговом центре Атриум, который пару месяцев пустовал, появились арендаторы. И по всему городу открылись комиссионные магазины — неизменный атрибут 1990‑х.

В обед в городе даже бывает оживленно. Но начиная с 16:00 Луганск пустеет. По словам Сакадынского, под вечер редкая машина промчится по трассе и пешеходов на улицах очень мало.

А ведь раньше в это время в городе лишь начиналась жизнь.

Живущий в Киеве публицист Сергей Иванов, до 2008 года работавший в прокуратуре Луганской области, поддерживает обширные контакты с земляками. И те свидетельствуют, что обстановка в республике походит на театр: на сцене все выглядит более или менее, а вот за кулисами идет совсем иная жизнь.

Бывший луганский адвокат Игорь Чудовский, пострадавший от сторонников Новороссии, рассказывает, что за этими кулисами действует так называемое министерство госбезопасности — МГБ. На вооружении у него — проверенные советские методы времен “большой чистки”: людей могут задерживать на улицах и в домах, обвинения выдвигаются самые абсурдные, никакой адвокатской защиты не существует. Предприниматели могут попасть “на подвал” лишь потому, что кто‑то захотел отобрать их имущество.

Но некоторым бизнесменам везет — они становятся влиятельными фигурами в окружении Плотницкого. Иванов называет среди таких “счастливцев” Зинаиду Найден, руководителя большого зерноперерабатывающего предприятия Луганск-Нива, и Татьяну Молчанову, директора Луганского мясокомбината.

Однако больше всех, мол, преуспел Виктор Пеннер. “Это человек со сложной судьбой — сидел за убийство, занимался ГСМ-бизнесом,— рассказывает Иванов.— Сейчас он координирует все финансовые учреждения и один из основных источников дохода [Плотницкого] — операции с автомобильным топливом”. Речь идет о контрабанде бензина на территорию республики из России и Украины.

Все финансовые успехи республики заканчиваются за гранью ближайшего окружения Плотницкого. Дальше начинается жизнь реальная.

Александр Талавера, эксперт VoxUkraine и преподаватель британского Шеффилдского университета, проводивший исследование экономики ЛНР-ДНР, отмечает, например, такую деталь: разброс цен между городами луганской республики может отличаться в разы.

“Такая картина свидетельствует о некачественном распределении ресурсов, плохой логистике и слабой экономике”,— говорит Талавера. Исследование оценивает экономику республик примерно в 20–50% от довоенного уровня.

Луганчанин Сакадынский из собственных наблюдений за жизнью малой родины делает следующие выводы: заводы, которые работали раньше, активны и сейчас, но примерно на треть от прежней мощности. Потому что некуда вывозить продукцию и тяжело завозить сырье.

Ухудшается положение и бюджетников. Так, на сайте центра занятости города Краснодон предлагают работу учителю русского языка и литературы — с зарплатой в 1,2 тыс. руб. (480 грн) в месяц. Открыта вакансия врача горбольницы — 3–4 тыс. руб. (1,1–1,5 тыс. грн) и уборщицы — 2,9 тыс. руб. (1 тыс. грн).

Для Украины это мало, а для республики — и того меньше. Ведь цены растут. Особенно на украинские продукты и лекарства — все то, что завозят из России, хуже по качеству и дороже. Да и ввезти те же лекарства из “братской” РФ уже сложно: на границе представители ЛНР требуют чек, сертификат качества и рецепт. Выход один — скрывать подобные товары. Так, православный батюшка Александр Авдюгин из Ровеньков, что на Луганщине, некогда агитировал свою паству на борьбу с Украиной. А недавно похвастал в Фейсбуке, что привез из России таблетки, спрятанные в упаковке с памперсами. И посетовал при этом на нелегкую жизнь новоросса.

Правительство прилагает всяческие усилия для того, чтобы улучшить экономическое положение завоеванной территории. Недавно луганские СМИ выложили видеозапись заседания так называемого совета министров ЛНР. На нем обеспокоенный обнищанием народных масс Плотницкий в течение 15 минут выяснял себестоимость стратегического товара — тушки курицы — “с потрошками и без”.

Еще молодая псевдореспублика пытается привлечь иностранных туристов. По словам Павла Пилавова, и. о. министра по делам семьи, молодежи, спорта и туризма ЛНР, они подготовили маршрут по трем направлениям: По следам Молодой гвардии, пешеходная экскурсия Луганск исторический и Королевские скалы, Провальская степь.

Королевские скалы представляют собой невысокие скалистые образования. Кто поедет ими любоваться — министр не уточнил.

На фоне всего этого “расцвета” настроения в местном обществе меняются кардинально. Жительница Антрацита Тамара Редько видит, что основная масса ее земляков ропщет: мол, не ожидали такой жизни.

Сильней всего, по ее наблюдениям, пострадали шахтеры и рабочие крупных предприятий.

В былые времена именно эти категории населения зарабатывали больше других. “Теперь им выдали 15% зарплаты за апрель. И это при ставке в 5 тыс. руб. [1,8 тыс. грн]. Представляете, какое у них настроение?” — говорит Редько.

Чтобы как‑то выкрутиться и выжить, почти все луганские пенсионеры оформили выплаты в Украине. Там же оформляют пособия для переселенцев.

Сакадынский приводит прайс на услуги: выезд для оформления пенсий — 2 тыс грн. с каждого. Набирают группу 6–7 человек и отправляют микроавтобусом на ту сторону — в Северодонецк или Рубежное, контролируемые украинскими войсками. Местные “решалы” берутся все оформить за один день.

При этом в Минсоцполитики НВ заверили, что с июня 2016 года они усовершенствовали систему назначения и контроля за социальными выплатами. Мол, теперь начисление происходит по фактическому месту жительства.

Но луганчане с той и другой стороны фронта, зарабатывающие на стариках, нашли выход: прописывают пенсионеров по фиктивным адресам. 62‑летняя Нина Сергеевна, проживающая в Ровеньках, рассказывает: им предлагали за 3–4 тыс. грн оформить прописку в Славянске, по старому или несуществующему адресу. Ехать никуда не надо — с украинской стороны получить пенсию помогает посредник. По словам ровенчанки, услугами таких “помощников” пользуются многие.

На частные проблемы накладываются инфраструктурные — в ЛНР постоянно происходят веерные отключения электричества и регулярно возникают перебои в подаче воды.

А еще с дорог, особенно в области, начал сползать асфальт. А ремонтники на трассах — редкость. И покрытие добивает тяжелая военная техника.

“Дело дрянь во всем”,— резюмирует предпринимательница Лариса из Антрацита.

Но так думает она — человек активный. А большей части населения, как обычно, все равно: лишь бы не стреляли и была работа.