Групповой суд

Дело Николая Мартыненко, обвиняемого в коррупции,— это борьба между политиками и новыми антикоррупционными органами. Пока первые выигрывают

Кристина Бердинских

21 человек — депутаты Народного фронта (НФ), три министра и один замглавы ЦИК Андрей Магера — именно такая VIP-группа собралась вечером 21 апреля в Соломенском суде, чтобы поддержать своего соратника, экс-депутата НФ Николая Мартыненко. И не просто поддержать.

“Александр Викторович [Бобровник], я не буду обращаться к вам “ваша честь”,— именно с таких слов начал свою апелляцию к судье Павел Пинзенык, один из депутатов НФ и экс-помощник Мартыненко. Суть его дальнейшего выступления свелась к тому, что бывшего патрона не стоит томить на нарах изолятора на период суда, а следует немедленно отпустить на поруки.

Пинзенык закончил свой спич в адрес Бобровника короткой скрытой угрозой: “Я искренне желаю, чтобы вы приняли такое решение, о котором вы потом никогда не пожалеете. Я вам желаю жить долго, счастливо и вместе с нами”.

Говорил депутат так, словно Бобровник должен был в этот момент выносить приговор Мартыненко, а не определять тому меру пресечения.

Днем ранее Национальное антикоррупционное бюро (НАБУ) и Специализированная антикоррупционная прокуратура (САП) задержали Мартыненко по подозрению в совершении преступлений, которые привели к растрате $17,28 млн на одном из госпредприятий Объединенной горно-химической компании (ОГХК). Прокуроры САП просили суд арестовать экс-депутата с возможностью выйти под залог в размере 300 млн грн.

Но судья — то ли впечатленный представительным десантом из министров и депутатов, то ли решивший, что ему действительно лучше “жить долго, счастливо и вместе с нами”,— уже 22 апреля отпустил Мартыненко на поруки на время досудебного расследования — два месяца.

“Группа поддержки” политиков и чиновников, готовых поручиться за Мартыненко, фигурирующего в расследованиях не только НАБУ, но и правоохранителей ряда европейских стран, сама по себе выглядела давлением на суд. И показала, что украинские топовые политики и чиновники в своих действиях больше напоминают Украину времен Леонида Кучмы и Виктора Януковича, чем современную европейскую страну. “Там, куда мы стремимся [в ЕС], политики дистанцируются от одиозных коллег, обвиняемых в коррупции в особо крупных масштабах”,— говорит Айварас Абромавичус, экс-министр экономического развития и торговли, который во время работы в Кабмине неоднократно заявлял о вопиющей коррупции на госпредприятиях.

В Украине же политики за своих стоят горой и нескоро изменят эту линию поведения. “Ближайший год — это год войны старой коррупционной системы за свое существование”,— объясняет Алексей Гриценко, член общественного совета НАБУ.

В словах соратников Мартыненко выглядит едва ли не героем Украины: он и создавал авторитетный аналитический Центр Разумкова, и на Майдане был, и независимые СМИ поддерживал. Между тем, как считает депутат Николай Княжицкий, один из представителей “группы поддержки”, именно его дело оказалось в суде, в то время как записных деятелей прежнего режима вроде Сергея Левочкина никто не трогает.

При этом Мартыненко, напоминает Княжицкий, еще в конце 2015‑го, когда его делами заинтересовалась прокуратура Швейцарии, сложил с себя депутатские полномочия члена фракции НФ. И не сбежал.

Мартыненко, по словам ряда экспертов, долгие годы был партийным спонсором политической структуры Арсения Яценюка.

Украинские и зарубежные правоохранительные органы знают Мартыненко с иной стороны.

Детективы НАБУ задержали его по серьезному делу — закупке госпредприятием ОГХК уранового концентрата из Казахстана через австрийскую фирму-посредника. Следователи установили, что сумма переплаты по контракту составила $17,28 млн — именно столько получила австрийская “прокладка” Steuermann. Часть средств, которые поступили на ее счета, дальше прошли через британскую и панамскую офшорные компании. А уже оттуда $0,8 млн попали к Мартыненко — об этом, как говорят в НАБУ, свидетельствуют расходы офшоров. Так, $200 тыс. пошли на оплату услуг адвокатов Мартыненко в Швейцарии. Еще $50 тыс. стали оплатой услуг, предоставленных жене экс-парламентария. Также офшоры перечислили $21 тыс. на аренду квартиры его дочери в Лондоне.

Сам Мартыненко еще в 2015‑м уверял НВ, что не причастен к ОГХК. Сейчас же в суде он заявил о том, что дело против него — исключительно политическое, а обвинения абсурдны. Экс-депутат даже обратился к послам стран Большой семерки по этому поводу.

В Европе к Мартыненко вряд ли прислушаются. Прокуратура Швейцарии уже несколько лет расследует эпизод с его участием — отмывание денег и дача взятки служебным лицам чешской компании Skoda JS при закупке оборудования для украинского госмонополиста, компании Энергоатом.

Директор Skoda JS несколько лет назад рассказал чешским журналистам, что ради получения заказа от Энергоатома перечислил панамской офшорной компании, которую якобы контролирует Мартыненко, $30 млн.

Делом уже занимаются не только швейцарцы, но и НАБУ. И представитель руководства прокуратуры Швейцарии, по информации НВ, недавно приезжал в Украину.

Артем Сытник, глава НАБУ, поясняет: расследуя “урановую” схему Мартыненко, они обращались за помощью к правоохранителям восьми государств. “По этому делу мы пересекаемся с расследованиями в трех странах,— добавляет он.— И если мы говорим о политическом преследовании, то очень сложно представить, каким образом правоохранительные органы других государств занимаются политическим преследованием [Мартыненко]".

Другого высокопоставленного фигуранта расследований НАБУ — главу Государственной фискальной службы Романа Насирова — его соратники не спешили поддерживать публично. К больнице, где укрывался от следователей чиновник, приезжали лишь двое депутатов Блока Петра Порошенко (БПП) — Александр Третьяков и Глеб Загорий. Но и они быстро ретировались. В итоге от СИЗО Насирова спасли не политики, а родственники, собравшие 100 млн грн залога.

Мартыненко же чувствовал себя уверенно в суде и улыбался. Одетый в белоснежную рубашку и красивый костюм, он выслушивал слова поддержки коллег.

Закон не запрещает политикам или министрам брать кого‑либо на поруки, и сам этот факт — не нарушение, объясняет Ярослав Юрчишин, исполнительный директор Transparency International Украина. Другое дело, что в развитых странах партии пытаются не вмешиваться в судебные процессы, демонстрируя их независимость. А здесь депутаты еще и не стесняясь давили на судью. В доказательство Юрчишин приводит тот самый двусмысленный спич Пинзеныка. “Он угрожал судье”,— уверен эксперт.

Сам Пинзенык заявил, что его действия не являются давлением на Фемиду.

Однако хотя за Мартыненко вступились два десятка соратников, это далеко на вся фракция НФ в Раде, которая насчитывает 81 мандат. Внутри НФ много групп влияния. И парламентарии, ориентирующиеся на главу МВД Арсена Авакова, спикера парламента Андрея Парубия, секретаря Совета нацбезопасности Александра Турчинова, а также близкие друзья Яценюка, как и сам экс-премьер, не явились в суд. Фракция лишь опубликовала совместное заявление в поддержку Мартыненко.

Сергей Лещенко из БПП уверен: многие представители НФ прекрасно понимают, что их партийный спонсор причастен к крупным коррупционным схемам. И поэтому они не хотят защищать его публично.

Юрчишин уверен, что процесс по делу Мартыненко затянется. Он, мол, может продлиться годы, но результат все равно важен, чтобы расставить все точки над i. “Процесс очень сложный, но его политизация приведет лишь к тому, что упадет доверие ко всем сторонам”,— считает эксперт.

Сложным будет и ближайшее будущее для новых антикоррупционных органов. Гриценко из общественного совета НАБУ предполагает: атаки политиков на них продолжатся. Но даже если САП и НАБУ будут вынуждены отступить, останется еще одна сила — общество. “Возможно, старая система сожрет НАБУ, но тогда могут быть совсем другие риски и может случиться то, что произошло в Румынии [люди вышли на акции протеста против коррупции]",— предполагает Гриценко. Но тут же высказывает надежду, что все решится в рамках справедливых судебных процессов.

Абромавичус напоминает, что в странах Балтии и Скандинавии политики и чиновники вынуждены были подавать в отставку и по менее резонансным причинам, чем уголовные расследования по мздоимству. А взять на поруки людей, обвиняемых в коррупции, там было бы равнозначно финалу политической карьеры.

В Украине же пока подобное все еще возможно. “У нас общество, к сожалению, остается слишком терпеливым и толерантным к подобному”,— заключает экс-министр.