Деньги губят тишину

Банковская система пережила кризис, но спрятала деньги от потребителей, предлагая лишь очень ограниченный набор финансовых продуктов

Андрей Юхименко, Андрей Леденев, Виктория Берещак

Три года банковская система провела в состоянии кризиса и стресс-тестов, сведя почти на нет любые массовые формы финансирования физических и юридических лиц. Теперь худшее позади, но банки не торопятся открывать свои хранилища перед клиентами.

Кредитные программы едва живы. Риски невозврата денег пугают финансистов, учетная ставка НБУ по‑прежнему высока, а платежеспособных заемщиков мало. И такие клиенты, по словам Тамаша Хак-Ковача, председателя правления ОТП Банка, стали переборчивыми — ведь за ними охотятся многие.

Не лучше обстоит ситуация и с депозитами. Доверие к гривне и кредитным учреждениям слишком низкое, чтобы украинцы рисковали положить нацвалюту на счет на длительный срок.

Но перестать работать банки не могут. И потому хоть и в скромных объемах, но все же предлагают рынку депозитные и кредитные продукты, в том числе автокредитование и даже ипотеку. Массовыми их не назовешь, но в ближайшие три года таких инструментов станет больше. И пользоваться ими будет проще.

О том, что кредиты как явление все же существуют, сегодня лучше всего знают клиенты автомобильных салонов. Именно в этой сфере банки наиболее активны, хотя рынок все еще находится на дне — за год продается в три-четыре раза меньше автомобилей, чем до кризиса.

“Если посмотреть по Киеву, то половина улиц заклеена щитами “Машины в кредит под 0%”,— говорит Алексей Пузняк, вице-президент Альфа-Банка Украина.— Это как раз то самое оживление рынка автокредитования”.

А все потому, что понемногу растет спрос: за последние пару лет — примерно на 40%, до уровня более 70 тыс. новых автомобилей в год.

Как поясняет Евгения Шафран, директор программ Renault Finance в Украине, пик продаж в стране пришелся на 2007–2008 годы. Тогда рынок перевалил за отметку в 600 тыс. Этим автомобилям сегодня уже восемь-девять лет, и люди эксплуатировали их по максимуму. “Но в определенный момент старый автомобиль начинает обходиться дороже, чем новый”,— говорит Шафран.

Момент уже наступил: клиенты стали менять машины на новые. Сделать это не так просто, ведь цены в гривневом эквиваленте сильно подскочили. И в этом месте появились банки, предлагающие — правда, в компании с дилерами,— различные кредитные и лизинговые программы.

Самое распространенное предложение в этой сфере выглядит весьма осторожным с точки зрения финучреждений: клиент выплачивает приблизительно 50–60% от стоимости автомобиля сразу, а оставшуюся сумму ему дают в рассрочку — под 0% или около того — на два-три года.

“Мы должны постоянно инспектировать, что там есть, что банки предлагают”,— говорит Петр Рондяк, генеральный директор компании Виннер Импортс Украина, официального импортера сразу нескольких автомобильных марок. Кроме совместных программ, дилеры, по его словам, проводят акции на определенные модели в определенных дилерских центрах. “Мы называем это специальными кредитными условиями”,— поясняет руководитель Виннер Импортс.

Однако перечень компаний, которые предлагают подобные услуги, ограничен. “Большая часть дилеров такие программы предложить не может. Но те, у кого получается, имеют высокую долю кредитных продаж: втрое-вчетверо выше, чем в среднем по рынку”,— говорит Сергей Боровик, директор по маркетингу группы компаний АИС, также продающей автомобили.

Хуже обстоят дела с ипотекой. Большого разнообразия продуктов, по словам Сергея Наумова, председателя правления Пиреус Банка, здесь нет. Только некоторые структуры, зачастую государственные — Ощадбанк и Укргазбанк,— предлагают свои программы. Круг клиентов крайне ограничен, лишь немногие могут потянуть ипотеку в ее нынешнем виде. По данным пресс-службы компании Киевгорстрой, ставка составляет 25–30% годовых. “Вы же за 20 лет выплатите стоимость трех-четырех квартир”,— предупреждает Пузняк из Альфа-Банка.

Застройщики вынуждены брать инициативу в свои руки — ведь им грозит кризис перепроизводства: квадратных метров сдается слишком много. Поэтому до трети сделок на рынке проходит с помощью такого инструмента, как рассрочка от самого девелопера. Еще 2% сделок — это банковская ипотека. Во всех остальных случаях клиент самостоятельно вносит всю необходимую сумму, говорит Анна Лаевская, руководитель аналитического департамента девелоперской компании Интергал-Буд.

В Киевгорстрое отмечают: покупателей, которые в этом году воспользовались ипотекой, стало больше. Но речь, как правило, идет о людях, которым совсем немного не хватало до того, чтобы выплатить застройщику полную цену и получить на этом основании скидку в 10–20%. Также клиентами банков становятся покупатели, внезапно осознавшие: стоит добавить относительно небольшую сумму к уже имеющейся на руках, чтобы приобрести более просторное жилье.

По словам Вадима Непоседова, президента консалтинговой компании UTG, практически каждый застройщик на рынке жилой недвижимости сегодня предлагает рассрочку на длительный срок — вплоть до 10 лет. Но все программы привязаны к доллару. Стоимость рассрочки при этом включена в стоимость квадратного метра. Ставка — от 5% в долларе до 23% в гривне. Уже появляются и проекты с беспроцентной рассрочкой на срок до двух лет после ввода в эксплуатацию.

Банкиры видят, что желающих взять кредит по‑крупному не так уж много. И поэтому делают ставку на более простые продукты: кредитные карточки с бесплатным использованием средств на срок до 50 дней и короткие потребительские кредиты. При этом практически все ведущие розничные финучреждения стремятся автоматизировать свои процессы, чтобы привлечь наиболее платежеспособных клиентов. Последние, как правило, являются еще и наиболее занятыми.

“Мы заметили, что наши типичные розничные клиенты — это те люди, у которых нет времени. Или их жены”,— говорит Хак-Ковач из ОТП Банка.

И современные финучреждения трансформируются ради таких клиентов, развивая интернет-банкинг, каналы самообслуживания и call-центры, работающие в режиме 24/7. “Отделения сегодня превращаются из точек, где производятся трансакции платежей за коммунальные услуги, в места, куда потребитель может прийти и обсудить свои финансовые цели, сформировать правильный набор инструментов для их достижения”,— говорит Пузняк.

С развитием 3G и ростом числа пользователей смартфонов подобная стратегия оправдана. “Уже сейчас банки в состоянии работать с каждым конечным потребителем на кончиках пальцев”,— говорит Пузняк.

Некоторые идут дальше, добавляет Наумов, создавая полностью автоматизированные отделения, в которых практически нет персонала.

В 2014‑м, когда в Нацбанк пришла команда Валерии Гонтаревой, ее представители настойчиво убеждали украинцев перестать “думать в долларах” и начать ориентироваться на национальную валюту.

С того времени гривня подешевела в несколько раз. И вы­играли как раз те, кто продолжал “думать в долларах”. А еще те, кто размещал гривню на депозитных счетах в надежных банках и под высокие двузначные ставки — гривневые цены на рынке росли не так быстро, как курс доллара.

Для желающих приумножить накопления в нацвалюте депозит и сегодня является единственным способом инвестирования. “Для физических лиц в Украине нет альтернативного способа вложения денег. Разве что инвестировать в строящиеся квартиры, но это тоже достаточно рискованно”,— говорит Наумов.

По словам Пузняка из Альфа-Банка, сберегательные вклады в стране делятся на две категории. Краткосрочные — счет с процентной ставкой, которая начисляется на остаток средств. И среднесрочные, более доходные,— депозит, который вносится на определенный срок. Прочие инструменты не прижились из‑за того, что в них нет нужды: гораздо проще и выгоднее положить средства под высокую ставку на депозит или просто купить доллары.

Единственным гибридным инструментом, который присутствует на рынке, является накопительное страхование жизни: своего рода комбинация страховки от несчастного случая и программы накопления, которая позволяет зарабатывать на вложенных средствах.

Настроения, которые царят нынче среди участников рынка и экспертов, можно описать фразой “сдержанный оптимизм”. Большинство сходятся во мнении, что банковская система сейчас готова к активному кредитованию. Но пока нет подходящих условий.

Во-первых, необходимо, чтобы НБУ снизил учетную ставку — стоимость денег, которые кредитные учреждения берут у регулятора. Сейчас она составляет 14%, а это значит, что банки не могут выдать кредиты дешевле, чем под 16–17% годовых.

Но снижение ставки зависит от того, как будет развиваться украинская экономика. В частности, какой будет инфляция. “Если все будет хорошо, то банкам удастся немного возобновить кредитование. Но если стагнация продолжится — из‑за блокады Донбасса, каких‑то неприятных моментов,— будет сложнее”,— говорит Мария Репко, заместитель директора Центра экономической стратегии.

Еще одним важным условием является доверие вкладчиков к банкам. Сергей Фурса, специалист отдела по продаже долговых ценных бумаг инвесткомпании Dragon Capital, полагает: сегодня хорошее время для того, чтобы нести свои средства на депозит. “Я понимаю, что доверие к банкам на очень низком уровне из‑за того, что произошло на рынке в последние годы. Но парадокс заключается в том, что уровень надежности системы сегодня самый высокий за все время ее существования”,— говорит он. И поясняет, что сейчас с рынка выведены все проблемные учреждения.

Однако пока украинцы размещать свои средства на длительный срок не спешат. Их уровень доверия, выраженный в депозитах,— от шести месяцев до года. Из-за этого нет и дешевых кредитов, особенно ипотечных,— банки закладывают в учетную ставку свои риски.

Эксперты ожидают, что процентная ставка по депозитам — нынче довольно высокая — упадет до 6–8% до конца следующего года. Это станет сигналом о том, что пик недоверия пройден, и спровоцирует как оживление рынка, так и появление на нем новых продуктов. “Может быть, новая эра начнется с 2019‑го”,— предполагает Хак-Ковач.