Как вам протесты в России?

НВ обсудило с соотечественниками и россиянами многотысячные протесты, которые прокатились по России

Протестовать против Димона [премьер Дмитрий Медведев], когда страной рулит Вова [президент Владимир Путин],— это шоу. Россия неспособна на демократическую либеральную среду, а потасовка в кремлевском серпентарии, когда обычных людей используют в качестве массовки, это не протест. Давайте поговорим о протестах в России, когда в тамошний Беркут полетит брусчатка Красной площади.

Виталий Гайдукевич,
телеведущий

Масштабы протестов для меня лично оказались приятной неожиданностью. Я недооценивал потенциал протеста, который сегодня существует в России. При этом я не становлюсь сразу же безудержным оптимистом, но вижу, что произошли совершенно неожиданные для многих изменения.

Во-первых, можно констатировать, что Алексей Навальный больше не является, как утверждали многие, лидером московского креативного класса и “сетевых хомячков”. А его инициатива встретила отклик по всей России.

Еще одна неожиданность — количество больших городов, где прошли протестные выступления. Значит, недовольные есть не только в сытых Москве и Петербурге, но и в других городах, где совсем другая жизнь.

А еще совершенно неожиданным оказался качественный состав выступавших. Если в конце 2011‑го—начале 2012‑го в массовых протестах принимал участие недовольный средний класс, то сейчас на улицы вышла злая молодежь. Которая не видит для себя будущего в стране, где все — включая перспективы карьерного роста, социальные лифты, доступ к престижному образованию, успешным карьерам — заранее поделено между членами коррумпированной пропутинской верхушки.

Здесь просто било по глазам, что вышли молодые ребята. Вышли те, для кого интернет является главным источником. И, пожалуй, впервые были продемонстрированы возможности мобилизации людей через современные средства коммуникации — социальные сети.

Ситуация, в общем, интересно заворачивается. Ведь все эти “зомбоящики”, которые мобилизовывали людей предпенсионного и пенсионного возраста — мол, дружно ходите голосовать за Путина,— в данном случае стали оружием, бьющим из пушки по воробьям. Потому что молодежь телевизор не смотрит. А к работе в соцсетях власть не готова. Молодежь теперь более искушенная, научилась отлично различать, где настоящие онлайн-ресурсы, блогеры и комментарии, а где — проплаченные кремлеботы. Эту публику уже будет сложно провести.

Евгений Киселев,
журналист

Это совсем не Майдан. В России совершенно другая природа происходящего. Главное, что отличает эти два события, даже с учетом призывов Алексея Навального,— это все равно выход “из‑за бабок”. В смысле не проплаченная демонстрация, а в смысле — выйти добиться денег. Мол, Димон, верни наши деньги. Да и вообще, мотивация, чего они вдруг там зашевелились,— это падающая экономика. Вот это и вызывает у россиян беспокойство.

Если в Украине на фоне определенного экономического подъема и благосостояния соотечественники вышли на Майдан за фундаментальные свободы и справедливость, то в России — всегда “за бабки”. Даже если оппозиционер открывает какое‑то СМИ, пока ему не дашь московскую зарплату, он оппозиционировать не будет. А сейчас россияне вышли на улицу, потому что появилось беспокойство, что с "бабками" что‑то не то.

В целом все происходящее у меня вызывает брезгливость. У них вообще‑то уже три года война [с Украиной]. Они уже три года как развязали фактически мировой конфликт, убили тысячи людей у нас и тысячи полегло ихних. А они вышли, потому что там какая‑то не та дачка у премьера.

Олег Тистол,
художник

Насколько я понимаю, наконец‑то в России народ начинает просыпаться после пятилетнего засилья националистических победоносных лозунгов. И это хорошо. Ведь все происходящее в России является прямым отображением тех настроений, которые преобладают в молодом российском обществе. И если оно пробуждается и начинает смотреть в сторону руководящей власти более критично, это не может не радовать.

Но все же возникает очень много вопросов. Например, куда и как будут двигаться эти антикоррупционные движения, которые буквально недавно начались в РФ. Полагаю, что поскольку основная масса россиян очень сильно поддерживает Владимира Путина и его власть, то, скорее всего, эти манифестации продолжатся до [президентских] выборов, после которых опять выберут Путина, и на этом все накроется. Снова будут 5–6 лет молчания, а потом, перед новыми выборами, вновь начнутся взрывы каких‑то эмоций.

Ну, а Дмитрия Медведева в этом случае выбрали как мишень. Он не самый любимый персонаж в РФ, поэтому против него легче поднять народ и проще доказать, что вот именно он — коррупционер. Но на самом деле [недовольство] идет против всей власти как таковой, потому что все прекрасно понимают: что Путин, что Медведев — это одно целое.

Алекс Лисситса,
президент ассоциации Украинский клуб аграрного бизнеса

Формат митингов 26 марта стал неожиданностью и для оппозиции, и для власти. На улицы вышло новое поколение, которое ничего не боится, драки с полицией и ночь в камере ОВД считает подвигом, а не проблемой. Как реагировать на высокомотивированных детей, охотно дерущихся с ОМОНом, пока не могут понять ни в Кремле, ни в штабе Алексея Навального.

Сам он 26 марта окончательно подтвердил статус единого лидера российской оппозиции, обладающего эксклюзивной возможностью и даже обязанностью организовывать борьбу против власти. Все расколы среди противников Владимира Путина ликвидированы явочным порядком.

У оппозиции появилась новая повестка: власть принуждают не к смягчению нравов и либерализации, а напротив — к закручиванию гаек и даже к насилию, ответом на которое будет уже настоящий взрыв. Именно его и стоит ожидать в среднесрочной перспективе.

Иван Яковина,
журналист, обозреватель НВ

Коррупция — это та базовая причина, по которой граждане вышли на митинги. Однако, на мой взгляд, особенно значимой является не коррупция как таковая (в нее так или иначе вовлечена большая часть населения России — по-другому в стране просто не выжить), а реакция власти (точнее, отсутствие адекватной реакции) на антикоррупционные разоблачения.

Власть демонстративно попыталась игнорировать реально интересующие общество вопросы — и получила ясный ответ, свидетельствующий о том, что народ с таким отношением к себе категорически не согласен.

В итоге сегодня политика в России не зависит от экономики, а выступает концентрацией личных обид, недоверия и сомнений в честности власти. А развитие ситуации будет зависеть исключительно от того, будет ли Кремль готов к честному диалогу с народом.

Владислав Иноземцев,
руководитель Центра исследований постиндустриального общества

Я бы не преувеличивал влияние этих мероприятий на общество. Это можно считать перекличкой тех, у кого есть совесть и сила воли для будущих выступлений. Жесткая реакция власти как раз говорит о том, что после краха “болотного движения” власть хочет душить в зародыше все подобные выступления не безразличных к судьбе страны людей.

Александр Красовицкий,
гендиректор и владелец издательства Фолио