С одной стороны, проукраинская часть в европейском парламенте остается в большинстве — Европейская народная партия. Но в то же время видим усиление позиций правых партий. Очень сильно эти выборы ударили по позициям Макрона и Шольца. Много процентов набрала альтернатива для Германии. Так же с триумфом победила партия Марин Ле Пен Национальное объединение во Франции, что в итоге привело к роспуску парламента президентом Эммануэлем Макроном.
Но я не делал бы сейчас из этого сенсации и трагедии. Потому что, знаете, в демократических обществах работает принцип маятника.
Подпишитесь на NV Премиум и читайте без ограничений
Нам необходима ваша поддержка, чтобы заниматься качественной журналистикой
Вот в один момент общество идет, скажем так, влево, потом занимает где-то период центрального положения, затем немного возвращается вправо и обратно. То есть это такие традиционные движения политического маятника в каждой европейской стране — где больше, где меньше. Но если говорить о результатах, то три ключевые силы в европейском парламенте, грубо говоря, народники, либералы и социалисты удерживают большинство. То есть это вовсе не означает, что что-либо принципиально изменилось, если рассматривать общеевропейский уровень.
Да, в некоторых странах ситуация стала хуже, с центристской точки зрения. Ну, вот в той же Венгрии Орбан вроде бы победил, но его ближайший и самый неожиданный оппонент взял 30% голосов. На должность мэра Будапешта выходит не проорбановский, а оппозиционный лидер. И вот как здесь оценить ситуацию в Венгрии? Она ухудшилась или улучшилась? Да, она вроде бы является подтверждением, и об этом Орбан уже заговорил, что, мол, народ Венгрии дал мне очередной, так сказать, мандат на то, чтобы бороться против войны, и так далее. Но, с другой стороны, это означает, что следующие выборы для него могут быть последними. Во Франции, да, ситуация стала действительно немного другой. И, видите, такая неожиданная реакция Макрона о многом говорит. Безусловно, усложнит для Макрона жизнь, если Ле Пен возьмет большинство. Хотя, опять-таки, мы же неоднократно говорили о том, что какая-то правопопулистская или европопулистская партия может получить относительное большинство, но не быть в парламенте.
Эти выборы очень сильно ударили по позициям Макрона и Шольца
Та же Альтернатива для Германии, да, она является популистской, пророссийской, и я думаю, что финансово зависимой от России партией, но она никогда не будет в правительстве. Потому что в Германии достаточно трезвых политиков, которые понимают, что такую партию к власти допускать нельзя. И они будут делать все для нее зависимо, дабы создать те или иные коалиции, но без Альтернативы для Германии. Поэтому я бы не впадал сейчас в какие-то крайности и не говорил бы или все пропало, или все хорошо. Это традиционное движение Европы к тому, чтобы она была более-менее сбалансированной. Ну да, правые берут какие-то определенные позитивы для себя, но это не означает, что Европа становится опасной.
Да, если говорить глобально и смотреть на результаты, общие результаты выборов в Европарламент, то действительно там не все так катастрофично, или там даже вовсе не катастрофично для Украины. Но если смотреть сквозь призму отдельных государств, как Франции и Германии, где, например, оппозиция к действующим президенту и главе правительства на этих выборах победила, то это же о многом говорит и нам, как людям, живущим в Украине, которые надеются на поддержку этих стран в дальнейшей войне против России. А ситуация такова, что большинство избирателей этих стран поддержали пророссийские партии. И во Франции очень мощная президентская республика. Безусловно, парламент играет свою роль, парламент — это важно, но все ключевые внешнеполитические решения принимает президент. В Германии, как я уже сказал, ни одна политическая сила не пойдет на коалицию с Альтернативой для Германии. Поэтому, да, она понемногу набирает, и тенденция у нее действительно от меньшего к большему. Но это не то большинство, которое даст ей возможность прийти к власти.
Поэтому мы, безусловно, должны понимать, что это те политические силы, которые будут работать не в интересах Украины, а в интересах Москвы. Но мы также должны понимать, что они сегодня решающего политического значения ни во Франции, ни в Германии не имеют. Поэтому, ну, как говорится, надо из этого делать выводы, но не впадать в отчаяние и крайности. И я не думаю, что в Кремле сейчас празднуют и пьют шампанское. Вот давайте возьмем Италию. Ну, казалось бы, не процентристские силы у власти, но что мы видим? Мы видим очень проукраинскую позицию премьер-министра и многих министров этого правительства.
То есть даже при таких обстоятельствах, когда победили явно не сторонники Украины, но на практике это правительство является таким, которое помогает нам. Поэтому, я думаю, в Кремле сейчас эйфория и радость от того, что произошло. Тем более на фоне того, что все эти страны, где происходят вроде бы какие-то там определенные сдвиги в сторону Москвы, позволяют своим оружием наносить удары по Москве, фигурально выражаясь, не конкретно по Москве, а по тем приграничным регионам, которые для нас крайне важны, чтобы обезопасить себя от прямых нападений на гражданскую структуру Украины. Так что, я не думаю, что в Москве сейчас фейерверк радости.
Полную версию интервью с Владимиром Огрызко слушайте на Radio NV