Время больших перемен

Губернатор Одесской области Михаил Саакашвили представил в Украине свою книгу Пробуждение силы, в которой дал оценку ситуации в Украине и спрогнозировал ближайшее будущее: страну ждет политический кризис и новая смена политических элит

Ольга Духнич

В центре Кахи Бендукидзе на Подоле в Киеве сентябрським вечером многолюдно и весело. Экс-президент Грузии и нынешний губернатор Одесской области Михаил Саакашвили представляет киевским читателям второе издание своей книги Пробуждение силы.

Именитый автор много шутит и по памяти цитирует самые острые отрывки текста, без обиняков называя хорошо знакомые аудитории фамилии действующих и бывших украинских и зарубежных политиков.

Книгу вполне можно назвать политической автобиографией Саакашвили, в которой достижения и провалы грузинских реформаторов, а также международное закулисье российско-грузинской войны 2008 года впервые изложены от первого лица.

Выбивается из общего ритма только последний раздел. Он посвящен анализу процесса реформ в Украине и написан уже от лица Саакашвили-губернатора. С ним перекликается и название книги.

Пессимистично оценивая нынешнюю политическую ситуацию в стране, автор убежден, что Украину ждет новый политический кризис, который окончательно унесет из власти политическую элиту старого образца.

НВ представляет наиболее интересные цитаты книги Саакашвили.

Разница между Грузией и Украиной была поколенческая [о разности пришедших к власти в 2003–2004 годах политических элит]. В Украине после оранжевой революции к власти пришло поколение, которое было старше нашего. У нас был разрыв с грузинами предыдущего поколения, к которому относились, например, Нино Бурджанадзе и ее муж — их интересовали только деньги. Я был самым старшим в нашей команде, но и я еще учился в университете, когда Советский Союз распался. Те же, кто успел несколько лет поработать при Союзе, стали частью системы. И эти люди пришли к власти в Украине.

Как‑то я был на обеде у генерального секретаря ООН в Нью-Йорке. Меня посадили за один столик с Ильхамом Алиевом, президентом Польши Коморовским и Януковичем. Я не знал, о чем разговаривать с Януковичем <…> спросил у него, будет ли судебная реформа. Он сказал: “Они все у меня еще попляшут”. И стал рассказывать о Межигорье, о том, что председатель Верховного суда попросил у него взятку в 50 миллионов. А я, говорит, заплатил ему 20.

Янукович предлагал перечислить деньги на офшор, но председатель суда хотел, чтобы всю сумму доставили наличными ему на дачу. Вместо этого Янукович привез ему взятку прямо в Верховный суд. Привез средь бела дня купюрами по $20 в нескольких чемоданах. Янукович сказал: “Он посмеет против меня пойти? Нет! Все это видели”. Это он рассказывал при всех.

Путин борется не за Мариуполь или Херсон. Ему нужен Киев. Он помнит, как было с Грузией. Через полгода Европа и Америка снимут санкции. К тому времени экономика Украины будет полностью ослаблена. Украинцы запомнят, что страну довели до ручки прозападные министры. Запомнят, что Европа их предала. И тогда украинцы могут захотеть договориться с Россией. Путин будет ждать этого момента. Тем более, что у него есть опыт Грузии. С 2008 года Грузия развивалась бешеными темпами, а в 2012‑м народ решил, что зря правительство упрямится, не хочет сдаваться, тем более что все нас бросили. Путин как‑то говорил, что грузинские выборы 2012 года были его самой успешной операцией. На следующих выборах в Украине он постарается ее повторить.

Когда мы начали выходить на митинги [речь идет о предшествовавших революции роз в Грузии парламентских выборах, на которых политическая сила Саакашвили получила первое место, но манипуляциями ее сместили на третье], американцам это очень не понравилось. Представители американских властей через моих знакомых передавали, что мы должны немедленно прекратить митинги, так как это приведет к насилию и этим воспользуется Россия. Ну, это очень знакомо и по Украине <…> Американцы уговаривали меня согласиться на второе место. Они готовы были признать подтасовку, но, так сказать, частично. На что я им ответил: у нас первое место, с какой стати я должен соглашаться на второе? Ради сохранения страны аджарцев надо пропустить на первое место, отвечают американцы, иначе будет сепаратизм и Грузия развалится. Не хватало, чтоб я <…> послушался. Тогда Грузии вообще не существовало бы. Это прекрасный пример того, что нечего слушаться всех подряд.

После моего избрания президентом Жвания [Зураб Жвания, премьер-министр Грузии в 2003–2005 годах] привез меня к [Бадри] Патаркацишвили [крупнейший грузинский олигарх, поддерживаемый РФ] <…> Он нас встретил такими словами: “Я очень недоволен результатами выборов. Я такого не ожидал. Начудили вы тут, у меня были совсем другие планы. Хочешь, чтобы я тебе помогал? Мне нужны гарантии”. “А какие гарантии тебе нужны?” — спрашиваю. “Например,— говорит он,— когда Березовский финансировал Лебедя, мы заставили его заняться сексом с мальчиками и сняли это на видео. Это наши гарантии”. Думаю, он врал, но разговаривал со мной бесцеремонно. Я сказал что‑то резкое ему в ответ. Жвания прибежал нас мирить. У нас было еще несколько застолий в его дворце — и я точно знал, что все это записывается. На кадрах, которые он потом выдал в эфир, чтобы показать, что у нас с ним были общие дела, я просто много ем — мне совершенно не хотелось там разговаривать.

Для меня было принципиально важно, чтобы моя семья не была связана с бизнесом. За годы президентства бóльшая часть родственников перестала со мной разговаривать. У нас были семейные и околосемейные драмы, потому что некоторые родственники считали, что я обязан им помогать. Получилось как раз наоборот. Один мой близкий родственник возглавлял профсоюзы Грузии и, естественно, помогал мне перед революцией роз <…> У них было огромное количество зданий, которые они продавали, сдавали в аренду. Частью денег они делились с правительством и правоохранителями. Равно то же самое происходит сейчас в Украине. Мы национализировали все имущество профсоюзов. Родственник был в истерике, его жена к нам бегала, упрекала: как вам не стыдно, вы оставляете его без дохода, семья будет умирать с голоду.

…новая грузинская прокуратура принялась возвращать государству деньги, наворованные старыми коррупционерами. В первую очередь это касалось представителей старой власти, о которых все знали, что они очень богаты. С ними разговор был короткий: верни деньги и иди на все четыре стороны <…> Например, при Шеварднадзе у нас был мегакоррумпированный глава железной дороги Чхаидзе <…> После революции он сбежал в Аджарию, якобы чтобы лечь на обследование в больницу Батуми <…> Тогда министр Барамидзе посадил в вертолет спецназ и полетел за ним. Вертолет сел во дворе больницы, коррупционера у всех на глазах вывели из палаты, посадили в вертолет и улетели. По дороге их обстреляли из автоматов, но все закончилось благополучно. Чхаидзе привезли и посадили. Он сразу начал договариваться и предложил столько денег, что мы смогли заказать несколько железнодорожных составов в Украине.

В апреле 2004 года в Грузию на похороны приехал очень известный вор в законе по кличке Чай. На нем висело много уголовных дел, и полиция его арестовала. Вдруг мне звонит министр иностранных дел России Иванов и говорит, что летит через Грузию и хочет заехать в гости. Оказалось, он приехал с одной-единственной просьбой — отпустить Чая. А тот за неделю до этого предлагал $2 млн за то, чтобы его выпустили. Мы на это не пошли. Иванов очень настаивал, а поскольку у нас тогда были очень сложные переговоры с Россией и от него многое зависело, мы Чая отпустили. В дальнейшем я не раз сталкивался с дикими для меня фактами близких отношений российских лидеров с ворами в законе.

Я прилетел в Москву обычным рейсом грузинской авиакомпании — этот факт освещался в России как большое событие. После официальной церемонии Путин повел меня в свой кабинет. “Большие советские партийные секретари имели большие кабинеты, и Ельцин — тоже, а я перенес кабинет в другое помещение, намного меньше, зато с более славной историей”,— сказал он. Оказалось, это был кремлевский кабинет Сталина.

Европа сегодня слаба. Мы не знаем, что будет в Америке. Если президентом станет Дональд Трамп, Америка надолго перестанет интересоваться делами нашего региона. В этом случае Европейский cоюз будет думать только о себе. Я уверен, что в ближайшие месяцы политические лидеры Западной Европы попытаются достигнуть очень грязных договоренностей с Путиным. Единственный наш выход — не зацикливаться на том, что нам говорят в Париже или Берлине, а строить региональный союз.

Украина — пока слабое звено такого союза. Но она сдержала Россию, и это ключевой фактор. Она должна быть и будет лидером этого региона. Мы все время оглядываемся на Берлин и Париж, и это ошибка. Переговоры с этими столицами будут все менее плодотворными, а неприятных сюрпризов будет становиться все больше.

Есть два сценария развития [Украины] — полная смена политического класса в результате выборов или государственный переворот. В стране хватает формирований, готовых взять власть в свои руки. Нет ни политической, ни военной силы, которая бы это сдержала,— даже российская угроза не является достаточным сдерживающим фактором.

Противники выборов напирают на то, что закон о выборах нужно менять. Я уверен, что даже при нынешнем законе выборы дадут лучший результат. Эти люди, наверное, не понимают сложившейся ситуации. Это будет волна — и такая волна, что сметет все плотины <…> Без выборов ситуация будет заблокирована надолго.

Если не предпринять решительных действий по продолжению реформы, новая украинская полиция полностью обанкротится, и потом ее будет очень трудно восстановить. А если обанкротится полиция, то обанкротится и вся нынешняя власть в Украине